Светлые грани тёмной души

Конечно, за молчание он хотел много денег, и неважно, что их у нас не было. Он угрожал, что сообщит о нашем пребывании в Петербург, и Евгения повесят, как его бунтарских друзей, а меня будет ждать не лучшая участь, как соучастницу, которая помогла преступнику сбежать. Я с трудом уговорила Ивана подождать немного с деньгами, обратившись письмом к своим друзьям с просьбой выслать определенную сумму. Но этих денег Ивану хватило ненадолго, и вскоре он потребовал еще. Мы были у него на крючке, потому что уехать уже не могли из-за больного, парализованного отца, который лежит, не в состоянии пошевелиться, и которого ни в коем случае нельзя перевозить. И денег мне больше не у кого просить. Иван дал нам последний срок — месяц, после которого он выдаст нас властям. Ведь тогда ему тоже заплатят вознаграждение, хотя он и хотел получить большее от нас.

Ольга на миг замолчала, вытирая слезы.

— Мы с Евгением были очень рады, что ты вызвался нам помочь, и надежда еще слабо тлела в наших сердцах, но сегодня вечером… Иван ввалился в магазин жутко пьяный, и стал ко мне приставать. Он хотел… чтобы я… Ольга всхлипнула, и судорожные рыдания стали сотрясать ее хрупкое тело. Я сидел рядом, не в силах поверить во всё, что услышал. Если бы я знал раньше, то уже давно свернул шею этому негодяю! Я не был бы так щепетилен в вопросах морали и чести, узнай обо всем прежде!

— Ну что ты — прошептал я, неловко обнимая ее за плечи, чтобы успокоить — Всё будет хорошо. Ты в безопасности рядом со мной, никто не причинит тебе вреда.

Ольга подняла на меня полные слез глаза, и прерывисто произнесла:

— Сегодня вечером, я подписала себе приговор. Обороняясь, я схватила нож, и ранила Ивана в руку. Он пришел в бешенство, но мне чудом удалось выскочить на улицу и броситься бежать. Евгений раньше рассказывал, как добраться до твоего дома, а мне просто некуда было идти. Прости, что втянула тебя в эту историю, но мне не к кому больше обратиться за помощью.

— А почему Евгений не заступился за тебя? — со злостью спросил я, не понимая, как жених мог допустить, чтобы его возлюбленной угрожала такая опасность.

Ольга пожала плечами, словно и не ожидала от Евгения ничего подобного.

— Он остался с отцом. За ним нужен постоянный уход, и он не смог его бросить.

Мы молча сидели, каждый погруженный в свои мысли. Я знал, что сделаю этим утром. Если Евгений не в состоянии избавить свою невесту от бандита, то это сделаю я, хотя бы потому, что очень люблю эту девушку. И пусть мои руки обагрятся кровью, я переступлю через свои принципы, и смогу защитить дорогого мне человека.

— Всё будет хорошо — тихо прошептал я, чувствуя невероятную любовь к этой отважной девушке — Я не дам тебя в обиду.

Ольга подняла на меня красивые карие глаза, и мое сердце трепетно сжалось от нежности и ласки в этом взгляде.

— Спасибо. Только не делай глупостей. Ты мне очень дорог, и я никогда себя не прощу, если с тобой что-то случиться.

Или мне показалось, или в ее голосе сквозило такое долгожданное для меня чувство, от которого закружилась голова.

— Что значит дорог? — хрипло спросил я, рассматривая девушку так близко от себя, что стоило огромных усилий сдержаться, и не поцеловать ее — Разве может быть тебе дорог другой мужчина, кроме своего жениха?

Ольга резко отстранилась, с недоумением глядя мне в глаза, словно я сказал какую-то чушь.

— Какого жениха? У меня нет жениха, и никогда не было.

Теперь настала моя очередь удивляться.

— А Евгений?

— Он мой брат — улыбнувшись, произнесла Ольга — И уж точно не может быть женихом.

— Брат? Нет, это невозможно!

Мне казалось, что внутри что-то произошло, будто с сердца свалился огромный камень, который давил на него всем своим весом.

Ольга всё еще улыбалась, а потом внезапно стала очень серьезной и тихо прошептала, не сводя с меня нежного взгляда:

— Есть только один человек, которого бы я хотела видеть своим женихом, но боюсь, что он ко мне ничего не чувствует. Он каждый раз ведет себя со мной довольно холодно и заставляет мое сердце безумно страдать из-за неразделенной любви.

Я смотрел в ее широко раскрытые глаза, ощущая, что мир вокруг становится цветным и ярким. Это было сном, который не мог оказаться правдой.

— Он просто глупый осел — прошептал я, понимая, что больше не могу скрывать свои чувства — Боже мой, если бы ты знала, как я тебя люблю! Я даже подумать не мог, что ты отвечаешь мне взаимностью!

— Еще как отвечаю… — смущенно вымолвила Ольга, опуская глаза.

Медленно наклонившись вперед, я с тихим стоном приник к ее полураскрытым губам, не веря своему счастью. Время застыло на месте, и только биение сердец в унисон, и бесконечный поцелуй, наполняли наши души счастьем и безграничной любовью.

Всю ночь напролет Ольга рассказывала о своей прошлой жизни.