Можно ли вампира превратить в человека? Сделать так, чтобы он не ощущал жажду крови и снова стал смертным? Не верьте, если ответят «нет». Иногда возможно всё. Но вот вопрос, что станет с душой того, кто много лет поклонялся тьме? Вырвется ли спрятанный свет из глубин мрака или так и останется замурован до конца дней? И узнать очень сложно. Почти невозможно. А цена ответа — жизнь.
Добавить в моё избранное
262 мин, 30 сек 12950
— Не волнуйся. Меня зовут Михаил. Михаил Воронов. Я нашел тебя вчера без сознания недалеко отсюда. Вот пытаюсь, чтобы ты выздоровела.
Девушка с любопытством рассматривала меня, словно со мной было что-то не так.
— Меня зовут Ивнэ. А что случилось?
Наверное, она ничего не помнила. Но я не знал ответа, и лишь отрицательно покачал головой.
— У тебя на теле многочисленные царапины, словно от когтей дикого зверя. Возможно, он напал на тебя и ты чудом спаслась.
Ивнэ на секунду зажмурилась, а потом с тихим стоном повернулась на бок.
— Да… мы с отцом пошли на охоту… а потом… огромный медведь напал на нас… Отца было не спасти, а я… я долго бежала, чувствуя сзади дыхание смерти… Ее тело сотрясалось в рыданиях, и я успокаивающе коснулся ее плеча, чтобы утешить.
— Мне жаль. Успокойся, тебе нельзя волноваться. Сейчас я дам тебе поесть. Ты еще очень слаба и должна быстрее поправиться.
Девушка затихла, перестав всхлипывать. Она снова повернулась ко мне, и в ее глазах было столько преданности, что мне стало неловко.
— Спасибо тебе… Ты спас мою жизнь… Я этого не забуду.
Прошло еще пять дней. Ивнэ поправилась, раны на теле почти зажили, и я мысленно благодарил бабку, которая помогла выжить. Я был уверен, что без ее помощи, у меня бы ничего не получилось. Всё это время я был рядом с девушкой, помогая по хозяйству, пока ее силы не восстановятся полностью. С Ивнэ познакомился и Алексей, представившись моим другом. Его вполне устраивало отсыпаться днем в яранге, и он был даже рад, что мы тут прячемся от Кайнына. Несколько раз я ловил взгляды, которые он бросал на девушку, и они мне не нравились. Я понимал, что Алексей с большим трудом сдерживает жажду крови рядом с хозяйкой дома, и когда-нибудь, она может пересилить его силу воли.
Ивнэ не знала, что мы вампиры. Она была слишком молода, чтобы задумываться, куда мы уходим каждую ночь, и почему никогда ничего не едим в ее присутствии.
Мне кажется, она привязалась к нам, особенно ко мне. Она всюду ходила за мной днем, с преданностью глядя в глаза, отчего заставляла меня смущаться. И хоть моя забота о ней была исключительно братской, порой казалось, что в ее сердце просыпаются другие чувства. И конечно, я никоим образом не хотел, чтобы они проснулись. Именно поэтому я всё чаще задумывался о том, что нам с Алексеем пора уходить.
Во время бесед с девушкой, я узнал, что недавно у нее умерла мать, и отец, убитый горем, забрал дочку, решив поселиться вдали от всех, чтобы справиться со своей потерей. Но теперь, когда Ивнэ осталась одна, ей надо было жить с кем-то, кто будет о ней заботиться. Я всё чаще напоминал ей, что надо вернуться в поселок, где у нее остались родственники, которые обязаны ее приютить.
Но однажды вечером, когда я снова завел разговор о поселке, она внезапно села совсем рядом и взяла меня за руку. Я даже вздрогнул от неожиданности и ощущения тепла ее кожи.
— Может быть, ты останешься жить со мной? — влюблено глядя в глаза, прошептала она — Я буду хорошей женой. Обещаю, что смогу заботиться о тебе, готовить еду, разводить огонь. Я буду делать всё, что хочешь, лишь бы ты стал моим мужем.
У меня пропал дар речи от этого простого, чистосердечного признания. Несколько секунд я даже не мог сообразить, что ей ответить, и мне стоило больших трудов говорить ровно и спокойно.
— Послушай, Ивнэ, ты многого не знаешь обо мне. Я не такой хороший, как тебе кажется. Поверь, моя жизнь довольно… странная. И иногда я делаю не совсем правильные и добрые вещи.
— Ну и что? Я же знаю, что мне ты не сделаешь ничего плохого! Какая мне разница до других? Ты спас меня, и я всегда буду тебе благодарна!
— Вот именно. Ты путаешь чувство благодарности с другим. Пойми, я не заслуживаю слишком доброго отношения к себе.
Но Ивнэ ничего не хотела слушать. Она резко встала, отвернувшись.
— Ты жестокий! — воскликнула она, всхлипнув — Я же люблю тебя, а тебе всё равно!
Я медленно встал, подходя к ней сзади.
— Прости, но я не могу ответить тебе взаимностью. Мое сердце, оно… — Занято? — девушка оглянулась, не сводя с меня чуть раскосых глаз.
Она стояла совсем рядом, и мне искренне захотелось ее обнять. Но я лишь осторожно коснулся кончиками пальцев ее щеки, и тихо прошептал:
— Ты еще ребенок и обязательно встретишь того, кто полюбит тебя всей душой. А мое сердце… оно не подходит для любви. В нем слишком много тьмы и почти нет света. Меня нельзя любить, я могу причинить боль.
— Это неправда… Ты хороший… И я всё равно люблю тебя… Повисла неловка пауза. Я не мог ничего сказать, и только взгляд юных глаз напротив, проникал мягким светом в мою темную душу. Разве можно полюбить вампира? Демона, духа ночи и зла? Наверное, мир сошел с ума, если девичье сердце предпочитает другим мужчинам того, кто с трудом сдерживается, чтобы не вонзить в нежную шею свои зубы.
Девушка с любопытством рассматривала меня, словно со мной было что-то не так.
— Меня зовут Ивнэ. А что случилось?
Наверное, она ничего не помнила. Но я не знал ответа, и лишь отрицательно покачал головой.
— У тебя на теле многочисленные царапины, словно от когтей дикого зверя. Возможно, он напал на тебя и ты чудом спаслась.
Ивнэ на секунду зажмурилась, а потом с тихим стоном повернулась на бок.
— Да… мы с отцом пошли на охоту… а потом… огромный медведь напал на нас… Отца было не спасти, а я… я долго бежала, чувствуя сзади дыхание смерти… Ее тело сотрясалось в рыданиях, и я успокаивающе коснулся ее плеча, чтобы утешить.
— Мне жаль. Успокойся, тебе нельзя волноваться. Сейчас я дам тебе поесть. Ты еще очень слаба и должна быстрее поправиться.
Девушка затихла, перестав всхлипывать. Она снова повернулась ко мне, и в ее глазах было столько преданности, что мне стало неловко.
— Спасибо тебе… Ты спас мою жизнь… Я этого не забуду.
Прошло еще пять дней. Ивнэ поправилась, раны на теле почти зажили, и я мысленно благодарил бабку, которая помогла выжить. Я был уверен, что без ее помощи, у меня бы ничего не получилось. Всё это время я был рядом с девушкой, помогая по хозяйству, пока ее силы не восстановятся полностью. С Ивнэ познакомился и Алексей, представившись моим другом. Его вполне устраивало отсыпаться днем в яранге, и он был даже рад, что мы тут прячемся от Кайнына. Несколько раз я ловил взгляды, которые он бросал на девушку, и они мне не нравились. Я понимал, что Алексей с большим трудом сдерживает жажду крови рядом с хозяйкой дома, и когда-нибудь, она может пересилить его силу воли.
Ивнэ не знала, что мы вампиры. Она была слишком молода, чтобы задумываться, куда мы уходим каждую ночь, и почему никогда ничего не едим в ее присутствии.
Мне кажется, она привязалась к нам, особенно ко мне. Она всюду ходила за мной днем, с преданностью глядя в глаза, отчего заставляла меня смущаться. И хоть моя забота о ней была исключительно братской, порой казалось, что в ее сердце просыпаются другие чувства. И конечно, я никоим образом не хотел, чтобы они проснулись. Именно поэтому я всё чаще задумывался о том, что нам с Алексеем пора уходить.
Во время бесед с девушкой, я узнал, что недавно у нее умерла мать, и отец, убитый горем, забрал дочку, решив поселиться вдали от всех, чтобы справиться со своей потерей. Но теперь, когда Ивнэ осталась одна, ей надо было жить с кем-то, кто будет о ней заботиться. Я всё чаще напоминал ей, что надо вернуться в поселок, где у нее остались родственники, которые обязаны ее приютить.
Но однажды вечером, когда я снова завел разговор о поселке, она внезапно села совсем рядом и взяла меня за руку. Я даже вздрогнул от неожиданности и ощущения тепла ее кожи.
— Может быть, ты останешься жить со мной? — влюблено глядя в глаза, прошептала она — Я буду хорошей женой. Обещаю, что смогу заботиться о тебе, готовить еду, разводить огонь. Я буду делать всё, что хочешь, лишь бы ты стал моим мужем.
У меня пропал дар речи от этого простого, чистосердечного признания. Несколько секунд я даже не мог сообразить, что ей ответить, и мне стоило больших трудов говорить ровно и спокойно.
— Послушай, Ивнэ, ты многого не знаешь обо мне. Я не такой хороший, как тебе кажется. Поверь, моя жизнь довольно… странная. И иногда я делаю не совсем правильные и добрые вещи.
— Ну и что? Я же знаю, что мне ты не сделаешь ничего плохого! Какая мне разница до других? Ты спас меня, и я всегда буду тебе благодарна!
— Вот именно. Ты путаешь чувство благодарности с другим. Пойми, я не заслуживаю слишком доброго отношения к себе.
Но Ивнэ ничего не хотела слушать. Она резко встала, отвернувшись.
— Ты жестокий! — воскликнула она, всхлипнув — Я же люблю тебя, а тебе всё равно!
Я медленно встал, подходя к ней сзади.
— Прости, но я не могу ответить тебе взаимностью. Мое сердце, оно… — Занято? — девушка оглянулась, не сводя с меня чуть раскосых глаз.
Она стояла совсем рядом, и мне искренне захотелось ее обнять. Но я лишь осторожно коснулся кончиками пальцев ее щеки, и тихо прошептал:
— Ты еще ребенок и обязательно встретишь того, кто полюбит тебя всей душой. А мое сердце… оно не подходит для любви. В нем слишком много тьмы и почти нет света. Меня нельзя любить, я могу причинить боль.
— Это неправда… Ты хороший… И я всё равно люблю тебя… Повисла неловка пауза. Я не мог ничего сказать, и только взгляд юных глаз напротив, проникал мягким светом в мою темную душу. Разве можно полюбить вампира? Демона, духа ночи и зла? Наверное, мир сошел с ума, если девичье сердце предпочитает другим мужчинам того, кто с трудом сдерживается, чтобы не вонзить в нежную шею свои зубы.
Страница 53 из 69
