Внезапный шорох заставил его вздрогнуть, прямо как в первый день их визита. Джеймс попытался проигнорировать его, сославшись на свою усталость и расшатанную психику. Кажется, у него получилось.
Добавить в моё избранное
8 мин, 20 сек 8716
Голова его будто наполнилась свинцом, в затылке стало жарко. Он попытался закричать, но выдавил из себя лишь подобие скулежа. Сейчас лестница казалась бесконечной, стены сужались, точно какая-то тёмная масса, а шорох сопровождался громкими шлепками. Джеймс, не помня себя от страха и почти обезумев, чуть не потерял сознание, но всё же выбежал из подвала, резко развернулся и с грохотом захлопнул дверь.
Снова наступила тишина.
Вряд ли он долго простоял так — держась за деревянную ручку и прижавшись к двери плечом. Когда опомнился — на улице по-прежнему было вечернее время.
— Я этого не слышал, — отрешённо сказал себе Джеймс.
— Это всего лишь воображение, не более.
Он прошёл в зал, достал из ящика чистый лист и карандаш, а затем сел за стол. Джеймс был бледен как лист бумаги. Глаза его таращились куда-то в пустоту, а рот непроизвольно двигался, издавая лишь причмокивание. Правая кисть подёргивалась, словно в эпилептическом припадке, а ступня отбивала монотонный ритм.
— Мне показалось, что оно ползало, — прошептал Джеймс. Сейчас он слышал лишь стук собственного сердца.
— Нет. Я ничего не видел.
Дженнифер нервно открыла входную дверь запасным ключом и вошла в дом.
— Вот ты козлина! Стоит мне оставить дома ключи, так обязательно надо смыться! — она огляделась по сторонам.
Дом утопал в абсолютной тишине.
— Сапоги и пальто на месте… Так ты дома? — она сняла обувь и прошла в зал, где, предположительно, должен был сидеть Джеймс.
Каково было её удивление, когда вместо него она обнаружила лишь листок бумаги с криво написанным несуразным текстом.
«Прибудет он, дабы вновь сторожить обиталище и избавить от страданий того, чьё мучение — приспешники чумы.»
Руководство по замене. Сторож заменит крыс.
Крысы — корм. Нет крыс — нет корма. Нет корма — нет контроля«.»
Снова наступила тишина.
Вряд ли он долго простоял так — держась за деревянную ручку и прижавшись к двери плечом. Когда опомнился — на улице по-прежнему было вечернее время.
— Я этого не слышал, — отрешённо сказал себе Джеймс.
— Это всего лишь воображение, не более.
Он прошёл в зал, достал из ящика чистый лист и карандаш, а затем сел за стол. Джеймс был бледен как лист бумаги. Глаза его таращились куда-то в пустоту, а рот непроизвольно двигался, издавая лишь причмокивание. Правая кисть подёргивалась, словно в эпилептическом припадке, а ступня отбивала монотонный ритм.
— Мне показалось, что оно ползало, — прошептал Джеймс. Сейчас он слышал лишь стук собственного сердца.
— Нет. Я ничего не видел.
Дженнифер нервно открыла входную дверь запасным ключом и вошла в дом.
— Вот ты козлина! Стоит мне оставить дома ключи, так обязательно надо смыться! — она огляделась по сторонам.
Дом утопал в абсолютной тишине.
— Сапоги и пальто на месте… Так ты дома? — она сняла обувь и прошла в зал, где, предположительно, должен был сидеть Джеймс.
Каково было её удивление, когда вместо него она обнаружила лишь листок бумаги с криво написанным несуразным текстом.
«Прибудет он, дабы вновь сторожить обиталище и избавить от страданий того, чьё мучение — приспешники чумы.»
Руководство по замене. Сторож заменит крыс.
Крысы — корм. Нет крыс — нет корма. Нет корма — нет контроля«.»
Страница 3 из 3
