1 марта, США, Сиэтл — Кругом лишь снег, холодный и белый. Тёмно-синий небосвод покрыли звёзды, сияние которых немного разгоняет тьму. Свет бледной, полной луны отражается от снежного покрова, заполняя всё призрачным блеском. Лунный диск так близко, будто реально долететь до него, будь у меня крылья, но увы!
Добавить в моё избранное
7 мин, 46 сек 5260
— Она, кажется, больна.
— Да, я слышала, как она кашляла, — спокойно ответила я.
— Ей долго не протянуть, — подхватил тему Мэтт, иногда назойливый и бесцеремонный блондин чуть младше Билла.
— Я думаю, вы в курсе, что в таких ситуациях делают с самыми слабыми.
— Ты о чём? — испугавшись, спросила я.
— Не дури! Ты давно поняла, что её нужно съесть. Нам придётся это сделать!
— Мэтт, мы люди, а не звери, — пробормотал Билл, схватив его за плечо.
— Мы не будем никого есть, за нами скоро придёт помощь.
— Миа, выслушай! Никакая помощь за нами не придёт. Они максимум отыщут нас в ноябре, чтобы похоронить, не больше. Она слаба и умирает. У Лидии не только кашель, но и насморк, и температура, и конечности отморожены. Девчонка начала бредить, у неё предсмертная агония!
— А ведь в чём-то он прав, — расстроенно произнес Билл.
— В чём же?
— В том, что мы всё равно умрём, это лишь вопрос времени. А мясо Лидии даст нам лишнее время, Миа.
— Мы сделаем всё гуманно: задушим во сне, допустим, а затем пожарим и съедим.
— Я хочу есть, я очень сильно хочу есть, но не знаю, правильно ли это.
На самом деле эта идея возникла у меня в голове очень давно, мне просто нужно было, чтобы предложила убийство не я. После этого странного разговора мы подозвали к себе Джессику, а затем направились к слабой и беззащитной Лидии. Она лежала под несколькими тёплыми куртками в спальном мешке, её лицо было покрыто холодным потом, а чёрные круги под глазами заполонили лицо. Некогда Лидия была очень красивой девушкой, ей завидовала и я. Мэтт сомкнул на её тонкой шее руки и не отпускал, пока она не перестала подавать признаки жизни. Мы съели её постепенно, в течение двух недели примерно. Я не чувствовала сожаления или вины, ощущая только насыщение.
Через три недели после убийства Лидии куда-то исчезла Джессика. Точнее говоря, она пошла ловить сигнал на возвышенность, в тот день метель стихла на несколько часов. Вновь нашему взору открылась бескрайняя белизна полей и ледников, Джессика не вернулась. После этого инцидента мы решили рискнуть, ибо терять было нечего.
— Выдвигаемся, ребята, либо мы умрём здесь, либо в пути, — кричал Мэтт, заводя снегоход.
Метель в тот день была слабая, временами вовсе утихала, но температура опустилась до минус сорока шести. Шанс у нас был, но небольшой. Ни техника, ни я не были приучены к таким погодным условиям, из-за чего всё внутри меня сжалось в маленький дрожащий клубок.
— Миа, а ты бы съела меня, будь я на месте Лидии?
— Нет, я бы стояла за тебя стеной, ты же мой лучший и единственный друг.
— Я люблю тебя, Миа. Прости, что мы оказались в такой ситуации из-за меня. Этот месяц ужасной пурги сделал из нас животных, а ведь виноват только я.
— Я могла тебе отказать, но не сделала этого, поэтому виноваты мы оба.
Через несколько минут после нашего диалога сзади раздался хруст и душераздирающий скрежет металла. Я не успела ещё обернуться, как Мэтт провалился под лёд, издав глухой крик. Его было не спасти из этой холодной бездны, да мы и не пытались. Билл только лишь нажал на газ, разогнав наш снегоход до максимума. Мы чудом выжили, но какую цену заплатили за это.
1 марта, США, Сиэтл — Где же сейчас ваш друг? Вы говорили, что из последней экспедиции вернулись с другом.
— Бил мёртв — повесился в собственной ванной две недели назад. Он написал записку, указав в ней, что убил себя, потому что боялся причинить вред другим. Он всегда хотел казаться благородным, это его и погубило.
— Миа, вы сильная девушка, по вам это видно, но я не могу понять, что происходит. Ведь мне известно только то, что вы долгое время провели вдали от цивилизации, а потом вас эвакуировали. Вы можете мне доверять, опишите подробно вашу изоляцию, расскажите в чём проблема.
— Проблема в том, что две недели назад я съела лучшую подругу, хотя она кричала и звала на помощь, пытаясь вразумить свою любимую подружку, но голод одолел меня, я словно не слышала её криков. Неделю назад любящая сестра Миа съела своего брата, он мирно спал и лишь издал негромкий стон, когда я перегрызла его горло. Хорошо, что все подумали, что это койоты. Три дня назад мной был загрызан неизвестный мужчина на автобусной остановке. Этот голод невозможно сдержать, я слабее, чем желание есть. Ну а сейчас? Сейчас я снова голодна и хочу съесть вас.
— Я знаю, как это называется, я могу помочь вам. Вендиго?
— Дух суровой зимы и ужасного холода. Да, он во мне. Вендиго не нужен психотерапевт, ему нужна еда.
Постскриптум Смотря в зеркало, Миа не узнавала своё отражение: её кожа сильно побледнела, зубы выросли в два ряда, а клыки заострились, ногти стали расти быстро. Глаза посинели и засияли, как лунный свет.
— Да, я слышала, как она кашляла, — спокойно ответила я.
— Ей долго не протянуть, — подхватил тему Мэтт, иногда назойливый и бесцеремонный блондин чуть младше Билла.
— Я думаю, вы в курсе, что в таких ситуациях делают с самыми слабыми.
— Ты о чём? — испугавшись, спросила я.
— Не дури! Ты давно поняла, что её нужно съесть. Нам придётся это сделать!
— Мэтт, мы люди, а не звери, — пробормотал Билл, схватив его за плечо.
— Мы не будем никого есть, за нами скоро придёт помощь.
— Миа, выслушай! Никакая помощь за нами не придёт. Они максимум отыщут нас в ноябре, чтобы похоронить, не больше. Она слаба и умирает. У Лидии не только кашель, но и насморк, и температура, и конечности отморожены. Девчонка начала бредить, у неё предсмертная агония!
— А ведь в чём-то он прав, — расстроенно произнес Билл.
— В чём же?
— В том, что мы всё равно умрём, это лишь вопрос времени. А мясо Лидии даст нам лишнее время, Миа.
— Мы сделаем всё гуманно: задушим во сне, допустим, а затем пожарим и съедим.
— Я хочу есть, я очень сильно хочу есть, но не знаю, правильно ли это.
На самом деле эта идея возникла у меня в голове очень давно, мне просто нужно было, чтобы предложила убийство не я. После этого странного разговора мы подозвали к себе Джессику, а затем направились к слабой и беззащитной Лидии. Она лежала под несколькими тёплыми куртками в спальном мешке, её лицо было покрыто холодным потом, а чёрные круги под глазами заполонили лицо. Некогда Лидия была очень красивой девушкой, ей завидовала и я. Мэтт сомкнул на её тонкой шее руки и не отпускал, пока она не перестала подавать признаки жизни. Мы съели её постепенно, в течение двух недели примерно. Я не чувствовала сожаления или вины, ощущая только насыщение.
Через три недели после убийства Лидии куда-то исчезла Джессика. Точнее говоря, она пошла ловить сигнал на возвышенность, в тот день метель стихла на несколько часов. Вновь нашему взору открылась бескрайняя белизна полей и ледников, Джессика не вернулась. После этого инцидента мы решили рискнуть, ибо терять было нечего.
— Выдвигаемся, ребята, либо мы умрём здесь, либо в пути, — кричал Мэтт, заводя снегоход.
Метель в тот день была слабая, временами вовсе утихала, но температура опустилась до минус сорока шести. Шанс у нас был, но небольшой. Ни техника, ни я не были приучены к таким погодным условиям, из-за чего всё внутри меня сжалось в маленький дрожащий клубок.
— Миа, а ты бы съела меня, будь я на месте Лидии?
— Нет, я бы стояла за тебя стеной, ты же мой лучший и единственный друг.
— Я люблю тебя, Миа. Прости, что мы оказались в такой ситуации из-за меня. Этот месяц ужасной пурги сделал из нас животных, а ведь виноват только я.
— Я могла тебе отказать, но не сделала этого, поэтому виноваты мы оба.
Через несколько минут после нашего диалога сзади раздался хруст и душераздирающий скрежет металла. Я не успела ещё обернуться, как Мэтт провалился под лёд, издав глухой крик. Его было не спасти из этой холодной бездны, да мы и не пытались. Билл только лишь нажал на газ, разогнав наш снегоход до максимума. Мы чудом выжили, но какую цену заплатили за это.
1 марта, США, Сиэтл — Где же сейчас ваш друг? Вы говорили, что из последней экспедиции вернулись с другом.
— Бил мёртв — повесился в собственной ванной две недели назад. Он написал записку, указав в ней, что убил себя, потому что боялся причинить вред другим. Он всегда хотел казаться благородным, это его и погубило.
— Миа, вы сильная девушка, по вам это видно, но я не могу понять, что происходит. Ведь мне известно только то, что вы долгое время провели вдали от цивилизации, а потом вас эвакуировали. Вы можете мне доверять, опишите подробно вашу изоляцию, расскажите в чём проблема.
— Проблема в том, что две недели назад я съела лучшую подругу, хотя она кричала и звала на помощь, пытаясь вразумить свою любимую подружку, но голод одолел меня, я словно не слышала её криков. Неделю назад любящая сестра Миа съела своего брата, он мирно спал и лишь издал негромкий стон, когда я перегрызла его горло. Хорошо, что все подумали, что это койоты. Три дня назад мной был загрызан неизвестный мужчина на автобусной остановке. Этот голод невозможно сдержать, я слабее, чем желание есть. Ну а сейчас? Сейчас я снова голодна и хочу съесть вас.
— Я знаю, как это называется, я могу помочь вам. Вендиго?
— Дух суровой зимы и ужасного холода. Да, он во мне. Вендиго не нужен психотерапевт, ему нужна еда.
Постскриптум Смотря в зеркало, Миа не узнавала своё отражение: её кожа сильно побледнела, зубы выросли в два ряда, а клыки заострились, ногти стали расти быстро. Глаза посинели и засияли, как лунный свет.
Страница 2 из 3
