Концепция: Образ двухсотлетнего мужчины в теле подростка. Тема парадоксального единства невинности и жестокости. Противоестественная и разрушительная красота.
Добавить в моё избранное
84 мин, 47 сек 12533
— Но я хочу, чтобы ты оставил для меня запись. На память о нашей встрече, — Даня обезоруживающе улыбнулся.
Григорий неуверенно покосился на громаду стереосистемы.
— Соблазняешь на богопротивные штуки? — полушутя возразил он. Даня старательно сделал невинное лицо.
— Прощальный подарок. Неужели твой бог запретит такую малость?
Григорий безнадёжно махнул рукой. Стеклянные линзы слегка блеснули, и в каменных недрах пробежала почти незаметная рябь.
«Вот и пришла пора прощаться. Хотя не совсем понятно, кто из нас уходит в вечность. Похоже, вопросы, с которых началось наше знакомство, существовали только в моём воображении. Ведь он был бессмертным, а я пытался понять его, как обычного человека. Наша жизнь, она похожа на шум. А у него был голос. Даня, я всегда буду тебя помнить. И надеюсь, что ты меня тоже».
Григорий неуверенно покосился на громаду стереосистемы.
— Соблазняешь на богопротивные штуки? — полушутя возразил он. Даня старательно сделал невинное лицо.
— Прощальный подарок. Неужели твой бог запретит такую малость?
Григорий безнадёжно махнул рукой. Стеклянные линзы слегка блеснули, и в каменных недрах пробежала почти незаметная рябь.
«Вот и пришла пора прощаться. Хотя не совсем понятно, кто из нас уходит в вечность. Похоже, вопросы, с которых началось наше знакомство, существовали только в моём воображении. Ведь он был бессмертным, а я пытался понять его, как обычного человека. Наша жизнь, она похожа на шум. А у него был голос. Даня, я всегда буду тебя помнить. И надеюсь, что ты меня тоже».
Страница 25 из 25
