Синопсис

Они стояли ровным белоснежным рядом. По два клыка сверху и снизу выделялись из общего ряда. Отмывая шею, я обратил внимание на уши. Мочки практически исчезли, а верх был немного заострен.

Умывшись, я вышел к жене.

Пройдя на кухню, я начал всё объяснять.

— Это может прозвучать тупо, но я вампир, — начал я.

— Что? Что за бред ты несешь? Нормально объясни, что стряслось то?

— Прошу, чуть тише, — я поморщился от резких звуков.

— Я и так говорю тихо, да что с тобой? — она схватила меня, обхватив ладонь своими руками.

— Знаю… — Твоя рука… она холодная как лед — перебила она, удивленно раскрыв глаза.

— В лесу на нас напал кто-то, — я высвободил руку и зажал уши. Мерные удары словно молот стучали по моей голове, эти удары раздавались невероятно громко.

— Как же громко.

— Я не слышу ничего — сказала мне на это она.

Глядя на нее, я понял, что это был за звук. Сердце. Сердце моей жены стучало подобно молоту. Я слышал его. Я чувствовал, как оно толкает кровь, как кровь разливается по венам и артериям. Жажда… я почувствовал сильную жажду.

Я никогда не причинил бы ей вред, никогда! Я смог тогда пересилить себя, не поддавшись инстинктам. Долгий выдох и я продолжил говорить.

— Дима мертв, оно убило его, а я стал таким.

Мария только безмолвно смотрела на меня.

— Милая, я… другой. Посмотри на меня.

— Я не могу поверить, — она провела рукой по моей щеке.

Повернув голову, я коснулся губами её ладони.

— Я почти не вижу тебя в темноте — сказала она.

— Мне плохо при свете, безумно болят глаза, но иди сюда.

Я взял её за руку и подвел к окну. Фонарь стоял почти под нашими окнами, и довольно приемлемо освещал окрестности.

Слегка прикрыв глаза, я взглянул на фонарь. Мария в шоке смотрела на меня.

— Этого не может быть — тихо прошептала она. Моя любимая медленно провела рукой по моей голове, касаясь заостренных ушей. Я показал зубы. До сих пор передо мной стоит эта картина. Тот ужас в её прекрасных глазах. Момент этого осознания отчетливо отпечатался на просторах моей памяти.

— Я не могу больше жить здесь — прошептал я, садясь на стул.

— Я не смогу так жить, не смогу — в её глазах блестели слезы.

— Ты должна.

— Но как?! Как же я смогу объяснить твое отсутствие, если ты уйдешь?

— Не знаю, скажи, что пропал, не вернулся с рыбалки, подай на розыск, уверяю, никто меня не найдет.

— Как мне быть без тебя? Ты бросишь меня вот так?! Ты же обещал быть всегда рядом!

— Я и буду рядом. Всегда. Обещаю тебе, я не покину тебя, и буду следить за вами с Софией.

Встав, я обнял её. Она зарыдала.

— Пойми, я тоже не хочу этого, я не хочу уходить, но мне придется. Прямо сейчас во мне говорит жажда. Я никогда в жизни не причиню вам вреда, но это может оказаться сильнее меня. Если такое произойдет, не хочу, чтобы вы были рядом.

— Не надо — всхлипнула она, — прошу тебя.

Мне хотелось зарыдать в тот момент, но я не смог. Словно и не мог никогда плакать. Сердце разрывалось от осознания того, что я должен уйти. Я мягко отстранил её руки.

Она смотрела на меня заплаканными глазами. Я осторожно вытер слезу с её щеки и поцеловал.

Тепло её губ, пульсирующая кровь, разжигали мою жажду. Пересилив себя, я отстранился.

— Я буду рядом, обещаю — произнес я, и вышел из дома.

— Я люблю тебя — произнесла она, когда я пересек порог.

— Я тоже тебя люблю.

Я ушел.

С высоты прожитых лет, я размышляю, к чему было сложнее всего привыкнуть в своей новой жизни. Труднее всего было привыкнуть питаться. Поначалу было сложно пересилить себя, однако, со временем, я привык. Первый раз я помню до сих пор.

Выйдя из дома, я слонялся по городу, пока не уткнулся в переулок на другом конце города. Сознание было затуманенным, жажда уже терзала меня вовсю. Я стал ощущать, как мой разум неуловимо уходит на второй план, а на его место выползают чисто животные инстинкты. Оглушающий рев со всех сторон сводил меня с ума. Я увидел собаку, и тут мой разум дал сбой. Я молниеносно ринулся к животному, зубами вырвал клок шерсти вместе с кожей и припал к шее. Собака лишь коротко взвизгнула. Кровь потекла в горло. Это было невероятное чувство. Это умиротворение и удовольствие не опишешь. Взрыв эмоций, истинная эйфория.

Насытившись, я вытер губы и отправился искать себе место обитания. Выбор мой пал на одну из старых многоэтажек в черте города. Она стояла заброшенной уже лет пять. Окна в большинстве квартир были заколочены, что было хорошим знаком для меня.

Я вошел в здание, нашел не заколоченную дверь и вошел в квартиру. В этой бетонной коробке не было ничего. Я сел на пол, прислонившись к стене. Я сразу заметил, что совершенно не ощущаю холода.