История моя абсолютно реальна… Все имена, фамилии, места — настоящие, можете погуглить, чтобы проверить. Если вы ожидаете сказку про руки из-под двери и выражения вроде «я срал кирпичами» — не по адресу.
Добавить в моё избранное
8 мин, 39 сек 6710
Опять… Не меня… пожалуйста… Я ничего не делал, не брызгал кровь! — остальные зэки тоже шепчут отговорки. Кто-то громко молится…
Кровь стынет у меня в жилах. Впервые в жизни мне хочется попасть в камеру, а не стоять на виду посреди коридора…
— Пошли, быстро, только не беги, вниз смотри, — тихим голосом повелевает мне сопровождающий солдат, и чуть ли не за шкирку тащит к посту. Постовой с закрытыми глазами громко молится Аллаху. Везде слышен тихий плач. Моргает свет. Мой сопровождающий вздрагивает всем телом, чуть не оторвав мне рукав куртки. К счастью, свет мигнул только на секунду.
— Где он? — мой голос кажется мне женским.
— В конце коридора, но не вздумай смотреть!
— До поста совсем немного.
— Я его уже несколько раз видел. Посмотришь на него, он просто стоит, в глаза смотрит. Моргнешь или взгляд отведешь — а он уже на десяток метров ближе, угловиной машет… Кто долго смотрит… Говорят, что это он их из-за взгляда. Они видели плохо, рассмотреть пытались…
Меня, абсолютно онемевшего, выводят с подвала. В последнюю секунду, уже поворачиваясь на лестницу наверх, смотрю в конец коридора. Успеваю заметить лишь темный силуэт с угловиной… в руках или вместо руки. Под стоны и крики зэков я вылетаю на улицу — во внутренний двор СИЗО, на свежий воздух. Меня пробирает крупная дрожь. Другой солдатик понимающе на меня смотрит испуганными глазами.
— Опять он? — мой сопровождающий кивает в ответ (его тоже изрядно потряхивает)
Тот солдатик в ответ произносит несколько крепких словечек и уходит.
Стою курю на улице. Руки дрожат. Два раза роняю сигарету на снег. Поднимаю и курю дальше. Негигиенично, конечно, особенно в тюрьме, но мне по…
Докурив, залетаю к начальнику СИЗО, благодарю за экскурсию и, ссылаясь на срочную работу, убегаю прочь. Чуть ли не вырываю на контрольно-пропускном пункте из рук сотрудника ГСИН свое удостоверение и выбегаю на улицу, на волю.
Прошло уже два дня. Заставляю себя думать, что это ГСИНовцы специально для меня спектакль устроили — чтобы скрыть настоящие обстоятельства убийства, а заодно и поржать над впечатлительным журналюгой. Стараюсь не верить… Иначе просто спать не могу.
Кровь стынет у меня в жилах. Впервые в жизни мне хочется попасть в камеру, а не стоять на виду посреди коридора…
— Пошли, быстро, только не беги, вниз смотри, — тихим голосом повелевает мне сопровождающий солдат, и чуть ли не за шкирку тащит к посту. Постовой с закрытыми глазами громко молится Аллаху. Везде слышен тихий плач. Моргает свет. Мой сопровождающий вздрагивает всем телом, чуть не оторвав мне рукав куртки. К счастью, свет мигнул только на секунду.
— Где он? — мой голос кажется мне женским.
— В конце коридора, но не вздумай смотреть!
— До поста совсем немного.
— Я его уже несколько раз видел. Посмотришь на него, он просто стоит, в глаза смотрит. Моргнешь или взгляд отведешь — а он уже на десяток метров ближе, угловиной машет… Кто долго смотрит… Говорят, что это он их из-за взгляда. Они видели плохо, рассмотреть пытались…
Меня, абсолютно онемевшего, выводят с подвала. В последнюю секунду, уже поворачиваясь на лестницу наверх, смотрю в конец коридора. Успеваю заметить лишь темный силуэт с угловиной… в руках или вместо руки. Под стоны и крики зэков я вылетаю на улицу — во внутренний двор СИЗО, на свежий воздух. Меня пробирает крупная дрожь. Другой солдатик понимающе на меня смотрит испуганными глазами.
— Опять он? — мой сопровождающий кивает в ответ (его тоже изрядно потряхивает)
Тот солдатик в ответ произносит несколько крепких словечек и уходит.
Стою курю на улице. Руки дрожат. Два раза роняю сигарету на снег. Поднимаю и курю дальше. Негигиенично, конечно, особенно в тюрьме, но мне по…
Докурив, залетаю к начальнику СИЗО, благодарю за экскурсию и, ссылаясь на срочную работу, убегаю прочь. Чуть ли не вырываю на контрольно-пропускном пункте из рук сотрудника ГСИН свое удостоверение и выбегаю на улицу, на волю.
Прошло уже два дня. Заставляю себя думать, что это ГСИНовцы специально для меня спектакль устроили — чтобы скрыть настоящие обстоятельства убийства, а заодно и поржать над впечатлительным журналюгой. Стараюсь не верить… Иначе просто спать не могу.
Страница 3 из 3
