Я yвидел эту нoвость, когда ел купленные в киоске салат и бутерброды. Вот до чего доводит офисная работа — мне было уже лень идти в столовую, хотя она и находится в десяти минутах ходьбы от нашего здания.
Добавить в моё избранное
8 мин, 45 сек 15487
Вместо этого я покупаю в киоске на первом этаже сомнительные салаты и не менее подозрительные бутерброды. Уношу все это на свой четвертый этаж, где и обедаю, не отрываясь от монитора. Но хуже всего поступают те мои коллеги, кто берет вместо салатов «второе блюдо» из того же киоска.
«В Хакасии на берегу реки нашли третью за последние месяцы оторванную руку. Все руки — правые, и принадлежали мужчинам. В милиции отметили, что связи между тремя находками пока не установлено. Личности людей, которым принадлежали отрезанные руки, также еще не удалось установить. Местные жители предполагают, что руки могут принадлежать жертвам организованной преступности. Сообщается, что…».
Дальше читать я не стал. Закрыл новостной сайт, выбросил остатки еды в мусорное ведро и достал из тумбочки сигареты. Мусмал вернулся. И судя по всему, он снова хочет есть!
Эта история случилась давно. Я тогда еще учился в школе и жил в небольшом хакасском поселке. В то лето родители уехали в долгую командировку, а меня на все каникулы оставили с дедом. Я не жаловался. С дедом было интересно, он рассказывал мне разные истории, иногда брал с собой в лес собирать грибы и ягоды. Кроме того, утром мне было дозволено спать сколько захочется, а вечером никто не загонял в постель. Я мог до поздней ночи смотреть старенький черно-белый телевизор или играть во дворе маленького покосившегося домика. В то злополучное лето я и встретил Мусмала. И потерял деда. Это произошло в один день.
Первую руку нашел местный рыбак, когда утром отправился готовить лодку к сплаву по реке Абакан. Оторванная рука плавала в небольшой заводи, где рыбаки оставляли свои суденышки. Ее качало водой, и она стукала закоченевшими костяшками в борт лодки. Тук! Тук! Тук! Будто просила взять ее на борт. Рука была правая.
Через несколько дней ребятишки пошли купаться на запруду. Один из них чуть не утонул от страха, когда увидел в воде еще одну руку. Пальцы были крепко сжаты и торчал только указательный. Когда этот палец вынырнул из реки и указал прямо на мальчишку, тот заорал так громко, что сбежалась половина поселка. Родители схватили своих детей и увели их по домам, строго настрого запретив больше ходить купаться. А руку отправили в райцентр на экспертизу. Позже выяснилось, что она принадлежала пастуху из Таштыпского района.
Когда на берег выбросило шестую руку, но уже не в нашем поселке, а в соседнем, мой дед засобирался в дорогу. Полдня он пропадал где-то в поселке, а вернувшись домой, принялся собирать рюкзак.
— Деда, ты куда?
— Дело есть у меня важное. Мусмал проголодался и выбрался из своей норы, нужно усмирить его.
— Кто такой Мусмал?
— Это злой дух, внучек. Древний хакасский дух.
— Деда, это Мусмал людей съел, руки которых нашли у реки?
— Да, это он. Ладно, время у меня еще есть, давай расскажу тебе про него. Садись рядом.
Закурив самодельную папиросу, дед начал свою историю. Мы сидели на крыльце, солнце уже садилось, а над поселком стояла тишина, нарушаемая лишь редким лаем собак и шумом ветра в деревьях. Я смотрел как горит огонек дедовой папиросы и внимательно слушал.
— Я узнал это от своего отца, а он от своего отца. Раньше, когда на этих землях жили одни хакасы, все знали, что кроме людей и животных, нас окружают духи. Сейчас мало кто верит в них, но они по-прежнему существуют. Из-за того, что мы забыли про них, они стали реже выходить к людям. Но есть добрые духи, а есть и злые. Главными злыми духами у древних хакасов считались Поончах и Мусмал. Поончах — это черт, которых приходил к людям в образе красивой женщины и уговаривал их повеситься. Часто его жертвами становились те, кто потерял душевный покой и поддался на искушения Поончаха. Он обещал, что после смерти люди встретят тех, кого они потеряли, или же найдут свое счастье на той стороне жизни. А вот Мусмал — это людоед. Говорят, что он выглядит наполовину как человек, наполовину как медведь. Он годами спит в своей норе где-то в лесах Хакасии, но если проснется, то выходит на охоту, чтобы набить свое брюхо. После этого он опять надолго впадает в спячку, пока его кто-нибудь не разбудит…
— Кто же его будит? — спросил я.
— Тот, кто попробует человеческое мясо.
— Как папуасы в Африке? Разве у нас кто-то ест людей?
— Как папуасы, да. Нет, конечно, у нас людей никто не ест. Но иногда такое все-таки случается. Сегодня я прошелся по поселку, узнавал новости. Оказывается, несколько недель назад в лесу под Таштыпом заблудились туристы. Они долго бродили по лесу, и один из них погиб — его придавило деревом. У них уже давно кончилась еда, лесом они прокормиться не могли — городские, нежные люди, с чего их вообще понесло в тайгу? В общем, товарища своего они от голода зажарили.
— Ничего себе! — воскликнул я. Почему-то в тот момент эта история про туристов показалась мне даже более страшной, чем легенды о духе-людоеде.
«В Хакасии на берегу реки нашли третью за последние месяцы оторванную руку. Все руки — правые, и принадлежали мужчинам. В милиции отметили, что связи между тремя находками пока не установлено. Личности людей, которым принадлежали отрезанные руки, также еще не удалось установить. Местные жители предполагают, что руки могут принадлежать жертвам организованной преступности. Сообщается, что…».
Дальше читать я не стал. Закрыл новостной сайт, выбросил остатки еды в мусорное ведро и достал из тумбочки сигареты. Мусмал вернулся. И судя по всему, он снова хочет есть!
Эта история случилась давно. Я тогда еще учился в школе и жил в небольшом хакасском поселке. В то лето родители уехали в долгую командировку, а меня на все каникулы оставили с дедом. Я не жаловался. С дедом было интересно, он рассказывал мне разные истории, иногда брал с собой в лес собирать грибы и ягоды. Кроме того, утром мне было дозволено спать сколько захочется, а вечером никто не загонял в постель. Я мог до поздней ночи смотреть старенький черно-белый телевизор или играть во дворе маленького покосившегося домика. В то злополучное лето я и встретил Мусмала. И потерял деда. Это произошло в один день.
Первую руку нашел местный рыбак, когда утром отправился готовить лодку к сплаву по реке Абакан. Оторванная рука плавала в небольшой заводи, где рыбаки оставляли свои суденышки. Ее качало водой, и она стукала закоченевшими костяшками в борт лодки. Тук! Тук! Тук! Будто просила взять ее на борт. Рука была правая.
Через несколько дней ребятишки пошли купаться на запруду. Один из них чуть не утонул от страха, когда увидел в воде еще одну руку. Пальцы были крепко сжаты и торчал только указательный. Когда этот палец вынырнул из реки и указал прямо на мальчишку, тот заорал так громко, что сбежалась половина поселка. Родители схватили своих детей и увели их по домам, строго настрого запретив больше ходить купаться. А руку отправили в райцентр на экспертизу. Позже выяснилось, что она принадлежала пастуху из Таштыпского района.
Когда на берег выбросило шестую руку, но уже не в нашем поселке, а в соседнем, мой дед засобирался в дорогу. Полдня он пропадал где-то в поселке, а вернувшись домой, принялся собирать рюкзак.
— Деда, ты куда?
— Дело есть у меня важное. Мусмал проголодался и выбрался из своей норы, нужно усмирить его.
— Кто такой Мусмал?
— Это злой дух, внучек. Древний хакасский дух.
— Деда, это Мусмал людей съел, руки которых нашли у реки?
— Да, это он. Ладно, время у меня еще есть, давай расскажу тебе про него. Садись рядом.
Закурив самодельную папиросу, дед начал свою историю. Мы сидели на крыльце, солнце уже садилось, а над поселком стояла тишина, нарушаемая лишь редким лаем собак и шумом ветра в деревьях. Я смотрел как горит огонек дедовой папиросы и внимательно слушал.
— Я узнал это от своего отца, а он от своего отца. Раньше, когда на этих землях жили одни хакасы, все знали, что кроме людей и животных, нас окружают духи. Сейчас мало кто верит в них, но они по-прежнему существуют. Из-за того, что мы забыли про них, они стали реже выходить к людям. Но есть добрые духи, а есть и злые. Главными злыми духами у древних хакасов считались Поончах и Мусмал. Поончах — это черт, которых приходил к людям в образе красивой женщины и уговаривал их повеситься. Часто его жертвами становились те, кто потерял душевный покой и поддался на искушения Поончаха. Он обещал, что после смерти люди встретят тех, кого они потеряли, или же найдут свое счастье на той стороне жизни. А вот Мусмал — это людоед. Говорят, что он выглядит наполовину как человек, наполовину как медведь. Он годами спит в своей норе где-то в лесах Хакасии, но если проснется, то выходит на охоту, чтобы набить свое брюхо. После этого он опять надолго впадает в спячку, пока его кто-нибудь не разбудит…
— Кто же его будит? — спросил я.
— Тот, кто попробует человеческое мясо.
— Как папуасы в Африке? Разве у нас кто-то ест людей?
— Как папуасы, да. Нет, конечно, у нас людей никто не ест. Но иногда такое все-таки случается. Сегодня я прошелся по поселку, узнавал новости. Оказывается, несколько недель назад в лесу под Таштыпом заблудились туристы. Они долго бродили по лесу, и один из них погиб — его придавило деревом. У них уже давно кончилась еда, лесом они прокормиться не могли — городские, нежные люди, с чего их вообще понесло в тайгу? В общем, товарища своего они от голода зажарили.
— Ничего себе! — воскликнул я. Почему-то в тот момент эта история про туристов показалась мне даже более страшной, чем легенды о духе-людоеде.
Страница 1 из 3
