Муха с сердитым гудением билась в стекло. Жирная, черная, глупая муха. Столько раз удариться о преграду, но так и не понять, что отсюда нет выхода. И не будет…
Добавить в моё избранное
7 мин, 36 сек 4806
И вот — пожалуйте обратно, господин вечный неудачник, теперь можно и отдыхать. Жаль, недолго… несколько минут блаженства и снова-здорово!
Или нет?
Материнские объятия Вечности так недолги в отличие от наполненных болью часов, проводимых в бесконечном земном аду. Теперь он знал и помнил все — спасибо Веньке-перебежчику. Или переродышу, как Там называли подобных ему ослушников.
Вместо того, чтобы пойти к двери, Вадим развернулся и зашагал в противоположную сторону. Его никто не держал — хотя сзади слышался стон.
Вечность оплакивала его. У Тьмы был вкус слез — видимо, не зря…
Возле школы проходила дорога — на ее обратной стороне колыхалась густая, чернильная темнота. Она пугала до дрожи, звала и манила.
Не оглядываясь, Вадим перешел дорогу. Треск лопающихся крыльев за спиной не заставил его вздрогнуть. Он неспешно шел вперед, в пахнущие кровью и слезами объятия Тьмы.
Спешить было некуда…
Или нет?
Материнские объятия Вечности так недолги в отличие от наполненных болью часов, проводимых в бесконечном земном аду. Теперь он знал и помнил все — спасибо Веньке-перебежчику. Или переродышу, как Там называли подобных ему ослушников.
Вместо того, чтобы пойти к двери, Вадим развернулся и зашагал в противоположную сторону. Его никто не держал — хотя сзади слышался стон.
Вечность оплакивала его. У Тьмы был вкус слез — видимо, не зря…
Возле школы проходила дорога — на ее обратной стороне колыхалась густая, чернильная темнота. Она пугала до дрожи, звала и манила.
Не оглядываясь, Вадим перешел дорогу. Треск лопающихся крыльев за спиной не заставил его вздрогнуть. Он неспешно шел вперед, в пахнущие кровью и слезами объятия Тьмы.
Спешить было некуда…
Страница 3 из 3
