В мире не было более опасного корабля, чем атомная подводная лодка К-219, которой командовал капитан 2 ранга Игорь Британов. Это был престранный гибрид ракетодрома и подводной лодки, начиненный ядерными реакторами и атомными боеголовками. Помимо нескольких центнеров прессованного тротила и оружейного плутония, а также урановых стержней, то есть веществ взрывающихся и радиирующих, он нес в себе тонны серной и азотной кислот, тонны жутчайшего по своей едкой силе окислителя ракетного топлива — гептила.
Добавить в моё избранное
5 мин, 41 сек 12920
Он покинул (а рисковал вовсе не покинуть) свой корабль лишь тогда, когда подводная лодка ушла под воду по самые «уши» — под рули глубины на боевой рубке. Едва Британов перебрался на надувной плотик, как через три минуты полузатопленный крейсер с бушующим внутри окислителем, навсегда ушел в бездну. Это случилось в 23 часа 03 минуты по московскому времени 6 октября 1986 года посреди Саргассова моря.
Момент был исторический: впервые за всю эпоху мореплавания уходил в пучину атомный ракетный крейсер. По старой морской традиции полагалось провожать тонущий корабль криками «Ура!». Но экипаж К-219 «ура» не кричал… В глазах подводников стояли слезы… Как только воздетая корма атомарины, взблеснув под луной огромными бронзовыми винтами, скрылась под волнами, все суда, дрейфовавшие поблизости, поспешили прочь от опасного места. Никто не мог сказать, что произойдет в следующую минуту — вырвется ли из толщи океана ядерный гриб или шарахнет в борт мощный гидродинамический удар. Британов греб на своем плотике вслед уходящим спасателям. Его подобрала шлюпка, спущенная с«Красногвардейска».
Спасенные подводники были доставлены на Кубу, а затем — спецавиарейсом — в Москву. На командира-«аварийщика» и его командира БЧ-5 (старшего механика) Красильникова, как водилось до той поры, немедленно завели уголовное дело. От суда скорого и предвзятого — обоим«преступникам» светило по восемь лет лагерей — их спасли разве что общая оттепель перестройки да грандиозный скандал в связи с посадкой немецкого пилота Матиаса Руста на Красной площади. Только что назначенный после смещенного предшественника министр обороны СССР генерал армии Дмитрий Язов посчитал, что скандалов и без того хватает и повелел уголовное дело на командира К-219 и его механика закрыть. На этом же настаивал и тогдашний Главнокомандующий ВМФ СССР Адмирал Флота Владимир Чернавин. Но на флотской судьбе Британова поставили кадровый крест. Бывалого подводника, не по своей вине приобретшего уникальный опыт действий в небывалой аварии, отправили на«гражданку».
Я познакомился с Игорем Британовым у решетки французского посольства в Москве. Мы вместе летели в Париж, а потом в Брест на 36-й международный конгресс моряков-подводников. На обратном пути один из участников российской делегации попал в весьма сложный переплет, перепутав авиабилеты. Я видел, как на помощь пришел Британов. В считанные минуты он принял нестандартное решение и выручил коллегу. Командир, он и в Париже командир! А еще я видел с каким почтением подходили к нему подводники-проффи из Англии, Германии, Италии, Франции. Одни пожимали ему руку, другие просили подписать книгу о К-219, в герои которой он вышел творческой волей трех соавторов. Годом раньше Британов побывал в США — в столице американских ВМС Аннаполисе. Офицерский клуб Военно-морской академии был полон. Когда в зал вошел капитан 2 ранга запаса Игорь Британов, его встретили овацией. Далее слова очевидцев: «Американцы встали! Встали все! А это были те, кто всю жизнь считал своими врагами именно русских, те, кто командовал авианосцами и фрегатами, подлодками-охотниками, противолодочными самолетами, защищая свою страну от угрозы, и в первую очередь из глубины. Но сейчас они отдавали дань мужеству своего достойного противника, человека, который своей волей спас их побережье от ядерной катастрофы».
Момент был исторический: впервые за всю эпоху мореплавания уходил в пучину атомный ракетный крейсер. По старой морской традиции полагалось провожать тонущий корабль криками «Ура!». Но экипаж К-219 «ура» не кричал… В глазах подводников стояли слезы… Как только воздетая корма атомарины, взблеснув под луной огромными бронзовыми винтами, скрылась под волнами, все суда, дрейфовавшие поблизости, поспешили прочь от опасного места. Никто не мог сказать, что произойдет в следующую минуту — вырвется ли из толщи океана ядерный гриб или шарахнет в борт мощный гидродинамический удар. Британов греб на своем плотике вслед уходящим спасателям. Его подобрала шлюпка, спущенная с«Красногвардейска».
Спасенные подводники были доставлены на Кубу, а затем — спецавиарейсом — в Москву. На командира-«аварийщика» и его командира БЧ-5 (старшего механика) Красильникова, как водилось до той поры, немедленно завели уголовное дело. От суда скорого и предвзятого — обоим«преступникам» светило по восемь лет лагерей — их спасли разве что общая оттепель перестройки да грандиозный скандал в связи с посадкой немецкого пилота Матиаса Руста на Красной площади. Только что назначенный после смещенного предшественника министр обороны СССР генерал армии Дмитрий Язов посчитал, что скандалов и без того хватает и повелел уголовное дело на командира К-219 и его механика закрыть. На этом же настаивал и тогдашний Главнокомандующий ВМФ СССР Адмирал Флота Владимир Чернавин. Но на флотской судьбе Британова поставили кадровый крест. Бывалого подводника, не по своей вине приобретшего уникальный опыт действий в небывалой аварии, отправили на«гражданку».
Я познакомился с Игорем Британовым у решетки французского посольства в Москве. Мы вместе летели в Париж, а потом в Брест на 36-й международный конгресс моряков-подводников. На обратном пути один из участников российской делегации попал в весьма сложный переплет, перепутав авиабилеты. Я видел, как на помощь пришел Британов. В считанные минуты он принял нестандартное решение и выручил коллегу. Командир, он и в Париже командир! А еще я видел с каким почтением подходили к нему подводники-проффи из Англии, Германии, Италии, Франции. Одни пожимали ему руку, другие просили подписать книгу о К-219, в герои которой он вышел творческой волей трех соавторов. Годом раньше Британов побывал в США — в столице американских ВМС Аннаполисе. Офицерский клуб Военно-морской академии был полон. Когда в зал вошел капитан 2 ранга запаса Игорь Британов, его встретили овацией. Далее слова очевидцев: «Американцы встали! Встали все! А это были те, кто всю жизнь считал своими врагами именно русских, те, кто командовал авианосцами и фрегатами, подлодками-охотниками, противолодочными самолетами, защищая свою страну от угрозы, и в первую очередь из глубины. Но сейчас они отдавали дань мужеству своего достойного противника, человека, который своей волей спас их побережье от ядерной катастрофы».
Страница 2 из 2
