Я думаю: любил он свой голос или ненавидел? Как-никак, этот голос принёс ему деньги и славу. Попробовал бы он заказывать по дюжине шлюх на зарплату сторожа, вроде моей.
Добавить в моё избранное
74 мин, 49 сек 12650
16 августа 2034 года.
Вспышка. Оглушительный грохот до боли в ушах. Сверкнувшая перед глазами синяя молния — и чернота.
«Опять не прошёл. Надо что-то делать с этим».
Узкие, почти девчачьи ладони упёрлись в круглый серебристый шлем, стянули его с головы. Поморгав, привыкая к утреннему свету (опять забыл про жалюзи), герой-воитель уставился в экран. Никнейм — Vivo. Квест 34X16ZC — не пройден. Статус — разоблачён. Миссия «Аврора» на грани срыва. И эта неотвязная«помощница» — кто только придумывает персонажей?
Шлем оказался на подставке как раз в тот момент, когда раздался почти беззвучный звонок телефона. Вив щёлкнул в воздухе пальцами, не желая тянуться за мобильником, и с невероятной скоростью застучал по клавиатуре.
— Здравствуй, дорогой. Опять за компьютером? — раздался из динамика обеспокоенный женский голос.
— И не спал всю ночь? Бросай такую работу.
— Да все нормально, мам, — отозвался он, не прекращая подбирать сложные кодовые комбинации.
— В выходные отосплюсь.
Наивная женщина, предполагающая, что её образцовое дитя целыми днями трудится над дипломным проектом, подрабатывая в оставшиеся часы в качестве программиста, рисковала разочароваться.
— Если ты не перестанешь работать круглые сутки, я приеду, и лично прослежу, чтоб ты ложился вовремя.
— Мам, всё хорошо, правда. Я не так устал, как ты думаешь.
— Я послезавтра поеду к тёте Раславе — загляну. Приберись.
Своё обещание мама вполне могла сдержать, но Вив знал: с вероятностью восемьдесят два процента она забудет/не успеет/поменяет планы… Уж четвёртый год угрожает контролем — и четвёртый год его почти стерильная квартира ни разу не была оценена.
— Хорошо, мам. Я немного занят.
— Вечно ты занят… Ладно уж, иди к своему вымогателю.
Почему она компьютер называла вымогателем, Вив мог только гадать.
Завершив разговор, он оглядел комнату. Что здесь прибирать? Вещей — только жизненно необходимый набор, и каждая из них имеет своё, чётко определённое место. На мониторах ни пылинки, стойка с дисками аккуратно заполнена, ровная стопка компашек возле неё (Вив никак не мог найти время подыскать вторую) — не создаёт даже видимости бардака. Книжный шкаф плотно закрыт, и туда лучше не заглядывать. Кровать — просто образец строгости — девственно чиста, и ни единой складочки. Подставка под игровой шлем и напульсники… кстати, напульсники. Он расстегнул браслеты, мягко обхватывавшие его запястья, дотянувшись, повесил их рядом со шлемом. Вот теперь точно всё на месте. Конечно, лучше в его спальню (усмехнулся столь не соответствующему функционалу названию) маму не пускать совсем…
Раздался тонкий, сверлящий писк. Вив посмотрел на большой экран, перевёл курсор мыши на второй, нажал несколько виртуальных кнопок. На третьем, позаимствованном у мобильника, таком маленьком, что входило лишь 16 символов в ширину и 8 строк, замелькали десятизначные номера.
Сетевая игра по известному роману «Маска» пользовалась небывалой популярностью. Но Вив интересовался отнюдь не развлекательной её стороной. Вернее, не только ею. У него были основания полагать, что главный персонаж игры обладает собственным, не обусловленным законами игровой реальности и параметрами уровня сознанием. Он самообучался: каждый из геймеров оставлял след о своём пребывании в его памяти. Каждый раз, когда Вив загружал игру, он обнаруживал новые навыки у Маски, как те, что могли быть следствием его, Вива, собственных достижений, так и не объяснимые ничем иным, кроме постороннего опыта. Больше всего парнишке хотелось подобрать код к самым сокровенным слоям, к«подсознанию» программы — и попытаться повлиять на него. Это дало бы не только прохождение очередного уровня, но подтвердило (или опровергло) предположения о наличии у героя искусственного интеллекта, вбирающего в себя абсолютно все реалии, которые так или иначе осознаются игроками. И, как он подозревал, оказывающего влияние на головы девчонок и парней, увлечённо отдающихся игре. Свою он ухитрился защитить, создав пару уникальных барьеров и тщательно контролируя весь процесс от загрузки до финальной темноты.
Да, он был «айтишником». Но в отличие от сокурсников не мотался по компьютерным клубам, не собирал у себя пивных компаний «коллег» и не хвастал своей технической продвинутостью перед девчонками. Не то чтобы не хотел — не было у Вива ни друзей надёжных, ни девушки (и это еще одна тема, которой он в общении с мамой не хотел он не хотел касаться). Просто Вив, по воле судьбы, похож был на девушку. Только лицом — утончённым, с мягкими андрогинными чертами — да изящными,«музыкальными» кистями рук. Но и этого хватало. Ему не раз предлагали стать альтернативной моделью… суля совершенно не то будущее, на которое он рассчитывал. Истинной страстью Вива были бесконечные ряды чередующихся в строго выверенном порядке двух цифр.
Вспышка. Оглушительный грохот до боли в ушах. Сверкнувшая перед глазами синяя молния — и чернота.
«Опять не прошёл. Надо что-то делать с этим».
Узкие, почти девчачьи ладони упёрлись в круглый серебристый шлем, стянули его с головы. Поморгав, привыкая к утреннему свету (опять забыл про жалюзи), герой-воитель уставился в экран. Никнейм — Vivo. Квест 34X16ZC — не пройден. Статус — разоблачён. Миссия «Аврора» на грани срыва. И эта неотвязная«помощница» — кто только придумывает персонажей?
Шлем оказался на подставке как раз в тот момент, когда раздался почти беззвучный звонок телефона. Вив щёлкнул в воздухе пальцами, не желая тянуться за мобильником, и с невероятной скоростью застучал по клавиатуре.
— Здравствуй, дорогой. Опять за компьютером? — раздался из динамика обеспокоенный женский голос.
— И не спал всю ночь? Бросай такую работу.
— Да все нормально, мам, — отозвался он, не прекращая подбирать сложные кодовые комбинации.
— В выходные отосплюсь.
Наивная женщина, предполагающая, что её образцовое дитя целыми днями трудится над дипломным проектом, подрабатывая в оставшиеся часы в качестве программиста, рисковала разочароваться.
— Если ты не перестанешь работать круглые сутки, я приеду, и лично прослежу, чтоб ты ложился вовремя.
— Мам, всё хорошо, правда. Я не так устал, как ты думаешь.
— Я послезавтра поеду к тёте Раславе — загляну. Приберись.
Своё обещание мама вполне могла сдержать, но Вив знал: с вероятностью восемьдесят два процента она забудет/не успеет/поменяет планы… Уж четвёртый год угрожает контролем — и четвёртый год его почти стерильная квартира ни разу не была оценена.
— Хорошо, мам. Я немного занят.
— Вечно ты занят… Ладно уж, иди к своему вымогателю.
Почему она компьютер называла вымогателем, Вив мог только гадать.
Завершив разговор, он оглядел комнату. Что здесь прибирать? Вещей — только жизненно необходимый набор, и каждая из них имеет своё, чётко определённое место. На мониторах ни пылинки, стойка с дисками аккуратно заполнена, ровная стопка компашек возле неё (Вив никак не мог найти время подыскать вторую) — не создаёт даже видимости бардака. Книжный шкаф плотно закрыт, и туда лучше не заглядывать. Кровать — просто образец строгости — девственно чиста, и ни единой складочки. Подставка под игровой шлем и напульсники… кстати, напульсники. Он расстегнул браслеты, мягко обхватывавшие его запястья, дотянувшись, повесил их рядом со шлемом. Вот теперь точно всё на месте. Конечно, лучше в его спальню (усмехнулся столь не соответствующему функционалу названию) маму не пускать совсем…
Раздался тонкий, сверлящий писк. Вив посмотрел на большой экран, перевёл курсор мыши на второй, нажал несколько виртуальных кнопок. На третьем, позаимствованном у мобильника, таком маленьком, что входило лишь 16 символов в ширину и 8 строк, замелькали десятизначные номера.
Сетевая игра по известному роману «Маска» пользовалась небывалой популярностью. Но Вив интересовался отнюдь не развлекательной её стороной. Вернее, не только ею. У него были основания полагать, что главный персонаж игры обладает собственным, не обусловленным законами игровой реальности и параметрами уровня сознанием. Он самообучался: каждый из геймеров оставлял след о своём пребывании в его памяти. Каждый раз, когда Вив загружал игру, он обнаруживал новые навыки у Маски, как те, что могли быть следствием его, Вива, собственных достижений, так и не объяснимые ничем иным, кроме постороннего опыта. Больше всего парнишке хотелось подобрать код к самым сокровенным слоям, к«подсознанию» программы — и попытаться повлиять на него. Это дало бы не только прохождение очередного уровня, но подтвердило (или опровергло) предположения о наличии у героя искусственного интеллекта, вбирающего в себя абсолютно все реалии, которые так или иначе осознаются игроками. И, как он подозревал, оказывающего влияние на головы девчонок и парней, увлечённо отдающихся игре. Свою он ухитрился защитить, создав пару уникальных барьеров и тщательно контролируя весь процесс от загрузки до финальной темноты.
Да, он был «айтишником». Но в отличие от сокурсников не мотался по компьютерным клубам, не собирал у себя пивных компаний «коллег» и не хвастал своей технической продвинутостью перед девчонками. Не то чтобы не хотел — не было у Вива ни друзей надёжных, ни девушки (и это еще одна тема, которой он в общении с мамой не хотел он не хотел касаться). Просто Вив, по воле судьбы, похож был на девушку. Только лицом — утончённым, с мягкими андрогинными чертами — да изящными,«музыкальными» кистями рук. Но и этого хватало. Ему не раз предлагали стать альтернативной моделью… суля совершенно не то будущее, на которое он рассчитывал. Истинной страстью Вива были бесконечные ряды чередующихся в строго выверенном порядке двух цифр.
Страница 16 из 22
