Несмотря на что, что сейчас в комнате стоит тишина, я могу расслышать шорох листьев за окном. С них по-прежнему продолжает капать вода от совсем недавно прошедшего дождя. Я знаю, они жадно впитывают влагу, несмотря на то, что дождь здесь идет около пяти раз в неделю. Каждый листок и травинка тянутся к его каплям, к воде. Она — их жизнь. О, как бы хотел поменяться местами с этими бессловесными, но такими прекрасными созданиями природы! Однако увы, для меня жизнь заключается в жидкости, что будет малость погуще…
Добавить в моё избранное
102 мин, 30 сек 12078
Девушка самостоятельно еще никого не убила, даже не принимала участие в охоте: кровь ей приносил Кристиан из своих некоторых запасов. Однако они оба понимали, что совсем скоро Ланере придется узнать и то, как необходимо пить кровь из самого человека, а не из бокала. К счастью, до этого момента еще оставалось время, и скрипач молился, чтобы оно продлилось как можно дольше.
— Здесь сейчас так хорошо, это прекрасное место. — произнесла Ланера, прижимаясь к плечу любимого. Кристиан улыбнулся в ответ и ответил: «Все верно, прежде я уже здесь бывал, однако в одиночестве, и потому не испытывал того восхищения, что чувствую теперь, находясь рядом с тобой». В этот же миг на небе зажглась особо яркая звезда. Кристиан сделал жест рукой, словно снимая ее с неба и отдавая Ланере.
Нежно коснувшись лица девушки, юноша еще раз про себя отметил, как же она прекрасна. Да, Ланера заворожила его еще будучи человеком, однако теперь… Она сделалась самим Совершенством.
Внезапно в кустах послышался шорох. Опасаясь, что это могут быть припозднившиеся люди, чьего присутствия Ланера может не выдержать, Кристиан взял ее за руку и тихо произнес: «Нам лучше уйти. Нет, не домой, я знаю еще одно место, где нас уже точно никто не застанет».
Этим местом оказалось старое кладбище на окраине. Несмотря на показную мрачность, в нем также царили почти незримые волшебство и тайна, скрытые от любопытных глаз плющом и другими зарослями. Мраморные надгробия и памятники в виде печальных ангелов, кресты и скульптуры, одновременно скорбящие и блаженствующие… Здесь было еще тише, чем в парке и Ланера, восхищенная царящей в обители усопших атмосферой, бросилась на шею Кристиану. Через несколько минут они оба лежали на земле и улыбались. В это же время в небе взошла полная Луна, озаряя все вокруг своим холодным и гипнотическим светом.
— Это… Бесподобно. — выдохнула Ланера.
— Если я смогу, непременно в будущем сделаю такую же картину.
— Сделаешь. — подтвердил Кристиан.
— Знаешь, здесь возле могилы одной девушки когда-то росли розы, возможно, они и теперь остались.
Внезапно над крестами и склепами пролетела черная птица. Сев на одно из надгробий, она повернула голову в сторону вампиров, внимательно за ними наблюдая.
— Не смотри ворону в глаза. — шепнул Кристиан Ланере.
— Он украдет через них твою душу, а затем улетит.
— Правда?
— Если верить известному нам с тобой американскому поэту, то да.
— Ты имеешь в виду По?
— Верно. Должен признать, я был в Штатах именно тогда, когда он прославился данным стихотворением, мне посчастливилось однажды даже увидеть его выступление на вечере, однако познакомиться мы так и не смогли. Может, это было и к лучшему.
— Боже, сколько ты всего повидал… — проговорила юная художница, проводя рукой по волосам любимого.
— Тебе посчастливилось родиться в самое лучшее из времен в истории, ты прошел через весь наш век, видел, как изменяются течения и направления во всех отраслях искусства и науки…
— Возможно, однако науку я откровенно презираю из-за слишком большого самолюбия нынешних ученых, возомнивших себя богами мира сего. (смеясь) Да, я говорю сейчас прямо как мой наставник, поскольку и сам уже давно отношусь ко многим людям пренебрежительно из-за их пороков и самомнения. Эти существа всегда стремились к бессмертию, к Вечности, которая им не дана по одной простой причине — такие как они непременно бы окончательно изуродовали этот мир, если бы не были смертны.
Ланера ничего не сказала в ответ на слова Кристиана, просто поднялась и медленно направилась к могиле, где по словам юноши когда-то цвели розы. Вскоре девушка ее нашла, однако вместо цветов увидела лишь голые и засохшие стебли.
— Как жаль, они все уже мертвы…
— Подожди, дай мне посмотреть. Быть может, еще не все потеряно.
Наклонившись к увядшим стеблям, Кристиан дотронулся до них, осмотрел, а затем улыбнулся.
— Вот, один еще живой, правда он еще не раскрылся…
Действительно, сквозь землю все же пробивался цветок, пока что скрытый в бутоне. Это не могло не порадовать Ланеру.
— Как же хорошо, что он еще жив, как только он расцветет, я непременно это зарисую. (касаясь самого памятника) А тебе тоже станет лучше, потому что ты почувствуешь, что над тобой растут самые прекрасные цветы на свете.
Казалось, от этих слов изображенное на памятнике страдальческое лицо чуть просветлело. Вновь повернувшись к Кристиану и взяв его за руку, Ланера сказала: «А теперь пора возвращаться домой, скоро точно начнется дождь.» Улыбаясь, юноша взял девушку на руки и прошептал:«Обещаю, что к моменту нашего прибытия на тебя не успеет упасть ни одна капля, милая».
Кристиан не солгал. Ближе к полуночи дождь уже лил как из ведра, однако оба Избранных уже находились у себя дома.
— Здесь сейчас так хорошо, это прекрасное место. — произнесла Ланера, прижимаясь к плечу любимого. Кристиан улыбнулся в ответ и ответил: «Все верно, прежде я уже здесь бывал, однако в одиночестве, и потому не испытывал того восхищения, что чувствую теперь, находясь рядом с тобой». В этот же миг на небе зажглась особо яркая звезда. Кристиан сделал жест рукой, словно снимая ее с неба и отдавая Ланере.
Нежно коснувшись лица девушки, юноша еще раз про себя отметил, как же она прекрасна. Да, Ланера заворожила его еще будучи человеком, однако теперь… Она сделалась самим Совершенством.
Внезапно в кустах послышался шорох. Опасаясь, что это могут быть припозднившиеся люди, чьего присутствия Ланера может не выдержать, Кристиан взял ее за руку и тихо произнес: «Нам лучше уйти. Нет, не домой, я знаю еще одно место, где нас уже точно никто не застанет».
Этим местом оказалось старое кладбище на окраине. Несмотря на показную мрачность, в нем также царили почти незримые волшебство и тайна, скрытые от любопытных глаз плющом и другими зарослями. Мраморные надгробия и памятники в виде печальных ангелов, кресты и скульптуры, одновременно скорбящие и блаженствующие… Здесь было еще тише, чем в парке и Ланера, восхищенная царящей в обители усопших атмосферой, бросилась на шею Кристиану. Через несколько минут они оба лежали на земле и улыбались. В это же время в небе взошла полная Луна, озаряя все вокруг своим холодным и гипнотическим светом.
— Это… Бесподобно. — выдохнула Ланера.
— Если я смогу, непременно в будущем сделаю такую же картину.
— Сделаешь. — подтвердил Кристиан.
— Знаешь, здесь возле могилы одной девушки когда-то росли розы, возможно, они и теперь остались.
Внезапно над крестами и склепами пролетела черная птица. Сев на одно из надгробий, она повернула голову в сторону вампиров, внимательно за ними наблюдая.
— Не смотри ворону в глаза. — шепнул Кристиан Ланере.
— Он украдет через них твою душу, а затем улетит.
— Правда?
— Если верить известному нам с тобой американскому поэту, то да.
— Ты имеешь в виду По?
— Верно. Должен признать, я был в Штатах именно тогда, когда он прославился данным стихотворением, мне посчастливилось однажды даже увидеть его выступление на вечере, однако познакомиться мы так и не смогли. Может, это было и к лучшему.
— Боже, сколько ты всего повидал… — проговорила юная художница, проводя рукой по волосам любимого.
— Тебе посчастливилось родиться в самое лучшее из времен в истории, ты прошел через весь наш век, видел, как изменяются течения и направления во всех отраслях искусства и науки…
— Возможно, однако науку я откровенно презираю из-за слишком большого самолюбия нынешних ученых, возомнивших себя богами мира сего. (смеясь) Да, я говорю сейчас прямо как мой наставник, поскольку и сам уже давно отношусь ко многим людям пренебрежительно из-за их пороков и самомнения. Эти существа всегда стремились к бессмертию, к Вечности, которая им не дана по одной простой причине — такие как они непременно бы окончательно изуродовали этот мир, если бы не были смертны.
Ланера ничего не сказала в ответ на слова Кристиана, просто поднялась и медленно направилась к могиле, где по словам юноши когда-то цвели розы. Вскоре девушка ее нашла, однако вместо цветов увидела лишь голые и засохшие стебли.
— Как жаль, они все уже мертвы…
— Подожди, дай мне посмотреть. Быть может, еще не все потеряно.
Наклонившись к увядшим стеблям, Кристиан дотронулся до них, осмотрел, а затем улыбнулся.
— Вот, один еще живой, правда он еще не раскрылся…
Действительно, сквозь землю все же пробивался цветок, пока что скрытый в бутоне. Это не могло не порадовать Ланеру.
— Как же хорошо, что он еще жив, как только он расцветет, я непременно это зарисую. (касаясь самого памятника) А тебе тоже станет лучше, потому что ты почувствуешь, что над тобой растут самые прекрасные цветы на свете.
Казалось, от этих слов изображенное на памятнике страдальческое лицо чуть просветлело. Вновь повернувшись к Кристиану и взяв его за руку, Ланера сказала: «А теперь пора возвращаться домой, скоро точно начнется дождь.» Улыбаясь, юноша взял девушку на руки и прошептал:«Обещаю, что к моменту нашего прибытия на тебя не успеет упасть ни одна капля, милая».
Кристиан не солгал. Ближе к полуночи дождь уже лил как из ведра, однако оба Избранных уже находились у себя дома.
Страница 24 из 28
