Если война подступает к самому порогу, то долг мужчины — защитить свою семью, свой дом и свою страну. Рюдигер фон Шлотерштайн воспринял известие о войне спокойно. Он всегда знал, что настанет день, когда стране пригодится его меч. Его предки всегда были опрой трона, именно вампирам короли Алдании доверяли свою жизнь и безопасность. Его жене остается лишь ждать и молиться чтобы разлука не оказалась вечной.
Добавить в моё избранное
538 мин, 42 сек 2544
Заметив, что они уже собираются рассплатиться, он быстро и незаметно вышел на улицу.
Покинув таверну, один из незнакомцев вдруг потерял из виду своего товарища. Только что он был здесь, и вдруг исчез, как сквозь землю провалился. Он позвал его, и тот ответил ему откуда– то из-за угла, приглашая подойти поближе. Завернув за угол, он действительно увидел своего приятеля, пришпиленного длинным ножом к деревянной стене. В горло ему уперлось острие невиданного меча со странным волнами изогнутым лезвием. Угрожавший мечом незнакомец показался ему настоящим монстром из-за высокого роста и острых вампирских клыков. Верзила еще раз ткнул его мечом и почти спокойно спросил:
— Почему вы убили барона фон Шлотерштайна, и у кого из вас, грязных скотов, поднялась рука на его жену? Я знаю, что ты был там, вся трава заляпана твоей вонючей кровью!
Разбойник понял, что надеяться на милосердие не стоит, и торопливо заговорил:
— Ох, я сразу почувствовал, что ничего хорошего нам эта работа не принесет. Ведь надо быть полным дураком, чтобы похитить женщину благородного происхождения, к тому же вампиршу, чей муж отмечен самим королем и почти полжизни провел на войне. Бросить ему вызов — чистое самоубийство!
— Но ты все же решился, — наемник слегка надавил на меч, и его собеседник сильнее вжался в стену таверны.
— Нам предложили столько, что отказаться было невозможно. Мы должны были только выкрасть баронессу, чтобы обменять ее на нечто, невероятно ценное. Но все пошло не по плану. Получив то, что хотели, они убили женщину…
— Кто они?
— Иоганн начал терять остатки терпения.
— Те, кто нас нанял, их было трое. Они говорили со странным акцентом и почти никогда не называли друг друга по именам, только «брат мой» словно монахи.
Иоганн достал свободной рукой найденный у развалин стилет:
— Чья это вещь?
— Старшего из троих. У него светлые волосы и необычное кольцо с треугольным знаком. Послушай, я не знаю, сколько тебе заплатили, но я дам больше. Янека убил барон, бедняга Ганс наткнулся на твой нож, так что им золото ни к чему. Может договоримся как-нибудь?
Негодяй отчаянно торговался на пороге смерти, но Иоганн только пожал плечами:
— Я наемный солдат, а не наемный убийца. Ты помог лишить жизни моего друга и ни в чем неповинную женщину, что же, может палачу в королевской тюрьме ты расскажешь побольше! Снимай ремень!
Разбойник непонимающе взглянул на вампира, но тот только поторопил его:
— Свяжу тебя, и отправимся в тюрьму.
Вдруг в придорожных кустах что-то зашумело, и разбойник тихо вскрикнул. В его руку немного повыше локтя вонзился стилет, точно такой же, какой нашел Иоганн у развалин.
Лицо негодяя вдруг посинело, он схватился за ворот рубахи, как будто ему стало нечем дышать. Похоже, стилет был отравлен.
— Вот черт! Они убрали всех свидетелей, Лангдорф, епископ из Лангдорфа… — его взгляд вдруг остановился, лицо исказила жуткая гримаса, он в последний раз дернулся и и замер.
Ошарашенный случившимся наемник убрал меч, и мертвец сполз на землю. Иоганн бросился к кустам у дороги, но там уже никого не было.
— Вот и все, что мне известно. Лангдорф в Готхейме, недалеко от границы. Вернувшись домой, я надолго застрял в Темнолесье. Сначала похороны, потом с твоим отцом было немало хлопот. Да нет, я пытался что-то разузнать, тебе еще года не было. Да только еле ноги унес из этого Лангдорфа. Вампир в Готхейме– это настоящий смертник. Прошло почти двадцать пять лет. За это время многое изменилось.
Старый солдат опустил голову, ему было нелегко признаться, что он не отомстил за смерть друга. Рюдигер накрыл его руку своей ладонью:
— Я побываю в Лангдорфе, обещаю. Ведь мне известно, ради чего было совершено убийство!
Глава 14.
На чужой земле.
Катапульта, со свистом раскручивая до предела натянутые веревки, поднялась почти вертикально, обрушив на Рандебург тяжелый каменный снаряд. Следом за ним справа и слева на стены города упали еще два таких же монстра, превращая изящные башни и зубчатые стены в кучу каменных обломков и оставляя от неуспевших отбежать подальше людей кровавое месиво. Защитники города на минуту содрогнулись от ужаса, но тут же ответили тучей стрел. На головы шустро карабкавшихся по лестницам алданских солдат полетели камни, и даже полилась смола. Некоторые из лестниц удалось опрокинуть, но часть из нападавших уже была наверху. Готхеймцы защищались с отчаянием обреченных, наслышанные о нелюдях в алданском войске, они решили ни за что не сдавать город.
Однако сейчас на стену первыми ворвались именно нелюди, которых традиционно бросали на самые опасные участки и поручали им почти безнадежные задачи. Воины на стене слегка дрогнули перед почти звериной яростью жителей Моравских гор, которые отчаянно бросались на врагов, не думая о их численном превосходстве и не замечая полученных ран.
Покинув таверну, один из незнакомцев вдруг потерял из виду своего товарища. Только что он был здесь, и вдруг исчез, как сквозь землю провалился. Он позвал его, и тот ответил ему откуда– то из-за угла, приглашая подойти поближе. Завернув за угол, он действительно увидел своего приятеля, пришпиленного длинным ножом к деревянной стене. В горло ему уперлось острие невиданного меча со странным волнами изогнутым лезвием. Угрожавший мечом незнакомец показался ему настоящим монстром из-за высокого роста и острых вампирских клыков. Верзила еще раз ткнул его мечом и почти спокойно спросил:
— Почему вы убили барона фон Шлотерштайна, и у кого из вас, грязных скотов, поднялась рука на его жену? Я знаю, что ты был там, вся трава заляпана твоей вонючей кровью!
Разбойник понял, что надеяться на милосердие не стоит, и торопливо заговорил:
— Ох, я сразу почувствовал, что ничего хорошего нам эта работа не принесет. Ведь надо быть полным дураком, чтобы похитить женщину благородного происхождения, к тому же вампиршу, чей муж отмечен самим королем и почти полжизни провел на войне. Бросить ему вызов — чистое самоубийство!
— Но ты все же решился, — наемник слегка надавил на меч, и его собеседник сильнее вжался в стену таверны.
— Нам предложили столько, что отказаться было невозможно. Мы должны были только выкрасть баронессу, чтобы обменять ее на нечто, невероятно ценное. Но все пошло не по плану. Получив то, что хотели, они убили женщину…
— Кто они?
— Иоганн начал терять остатки терпения.
— Те, кто нас нанял, их было трое. Они говорили со странным акцентом и почти никогда не называли друг друга по именам, только «брат мой» словно монахи.
Иоганн достал свободной рукой найденный у развалин стилет:
— Чья это вещь?
— Старшего из троих. У него светлые волосы и необычное кольцо с треугольным знаком. Послушай, я не знаю, сколько тебе заплатили, но я дам больше. Янека убил барон, бедняга Ганс наткнулся на твой нож, так что им золото ни к чему. Может договоримся как-нибудь?
Негодяй отчаянно торговался на пороге смерти, но Иоганн только пожал плечами:
— Я наемный солдат, а не наемный убийца. Ты помог лишить жизни моего друга и ни в чем неповинную женщину, что же, может палачу в королевской тюрьме ты расскажешь побольше! Снимай ремень!
Разбойник непонимающе взглянул на вампира, но тот только поторопил его:
— Свяжу тебя, и отправимся в тюрьму.
Вдруг в придорожных кустах что-то зашумело, и разбойник тихо вскрикнул. В его руку немного повыше локтя вонзился стилет, точно такой же, какой нашел Иоганн у развалин.
Лицо негодяя вдруг посинело, он схватился за ворот рубахи, как будто ему стало нечем дышать. Похоже, стилет был отравлен.
— Вот черт! Они убрали всех свидетелей, Лангдорф, епископ из Лангдорфа… — его взгляд вдруг остановился, лицо исказила жуткая гримаса, он в последний раз дернулся и и замер.
Ошарашенный случившимся наемник убрал меч, и мертвец сполз на землю. Иоганн бросился к кустам у дороги, но там уже никого не было.
— Вот и все, что мне известно. Лангдорф в Готхейме, недалеко от границы. Вернувшись домой, я надолго застрял в Темнолесье. Сначала похороны, потом с твоим отцом было немало хлопот. Да нет, я пытался что-то разузнать, тебе еще года не было. Да только еле ноги унес из этого Лангдорфа. Вампир в Готхейме– это настоящий смертник. Прошло почти двадцать пять лет. За это время многое изменилось.
Старый солдат опустил голову, ему было нелегко признаться, что он не отомстил за смерть друга. Рюдигер накрыл его руку своей ладонью:
— Я побываю в Лангдорфе, обещаю. Ведь мне известно, ради чего было совершено убийство!
Глава 14.
На чужой земле.
Катапульта, со свистом раскручивая до предела натянутые веревки, поднялась почти вертикально, обрушив на Рандебург тяжелый каменный снаряд. Следом за ним справа и слева на стены города упали еще два таких же монстра, превращая изящные башни и зубчатые стены в кучу каменных обломков и оставляя от неуспевших отбежать подальше людей кровавое месиво. Защитники города на минуту содрогнулись от ужаса, но тут же ответили тучей стрел. На головы шустро карабкавшихся по лестницам алданских солдат полетели камни, и даже полилась смола. Некоторые из лестниц удалось опрокинуть, но часть из нападавших уже была наверху. Готхеймцы защищались с отчаянием обреченных, наслышанные о нелюдях в алданском войске, они решили ни за что не сдавать город.
Однако сейчас на стену первыми ворвались именно нелюди, которых традиционно бросали на самые опасные участки и поручали им почти безнадежные задачи. Воины на стене слегка дрогнули перед почти звериной яростью жителей Моравских гор, которые отчаянно бросались на врагов, не думая о их численном превосходстве и не замечая полученных ран.
Страница 67 из 149
