Если война подступает к самому порогу, то долг мужчины — защитить свою семью, свой дом и свою страну. Рюдигер фон Шлотерштайн воспринял известие о войне спокойно. Он всегда знал, что настанет день, когда стране пригодится его меч. Его предки всегда были опрой трона, именно вампирам короли Алдании доверяли свою жизнь и безопасность. Его жене остается лишь ждать и молиться чтобы разлука не оказалась вечной.
Добавить в моё избранное
538 мин, 42 сек 2546
Важек пытался нанести на лист углем лицо девицы с большими удивленными глазами и спутанными кудряшками. Яромир сразу узнал в ней Лану, но Важек, недовольный своим творением снова внес несколько поправок. Рюдигер лежал на кровати, повернушись к стене, и делал вид, что спит. Яр окликнул его, но тот даже не шевельнулся. Яромир удивленно повернулся к друзьям. Римар оторвался от письма:
— Он с утра такой, почти не разговаривает и даже, представь себе, не ест!
Между тем все было довольно просто. Барона фон Шлотерштайна мучили угрызения совести. Он часто вспоминал слова старого священника о том, что надо стараться не потерять свою душу, надо суметь остаться человеком даже на войне. А он во время штурма города почти не владел собой, чуть не убил безоружного… Рюдигер со стыдом вспомнил совсем еще детские голубые глаза и россыпь веснушек на переносице.
Он почти наяву перенесся на полуразрушенные стены города, снова ощутил сводящий с ума запах чужой крови, горячую, почти обжигающую ладонь рукоять клинка, который уверенно вел его от одного противника к другому, с радостным звоном забирая чужие жизни. Неужели это и есть его настоящее предназначение, его сущность? Значит, те, кто считает их адскими созданиями, безжалостными убийцами, не так уж и не правы?
Ему очень хотелось поговорить о б этом, но в тоже время казалось, что товарищи презирают его и возможно, больше не считают равным себе. Ему ужасно не хватало рядом.
Иоганна. Уж он бы точно смог понять, что за сомнения мучают его крестника, и нашел бы подходящие слова, чтобы снять камень с души. Но старый солдат остался на этот раз дома, и Рюгу приходилось сражаться с тревожными мыслями в одиночку.
Его друзья между тем были не на шутку обеспокоены. Оставив всякую деликатность, они заставили Рюга повернуться к ним.
— Да что с тобой такое, может заболел или отравился чем? Хотя ты второй день на еду не смотришь.
— Оставьте меня в покое! — вампир попытался накрыть голову подушкой.
— Такое пренебрежение своим здоровьем может быть опасным для окружающих. Вдруг ты подцепил какую сильную заразу, надо тебя осмотреть. Задирай рубаху! — строго скомандовал Важек. Озадаченный его строгим тоном Рюдигер подчинился.
— Так, сыпи вроде бы нет… Ну– ка открой рот пошире, высунь язык!
— Важек с видом заправского лекаря приступил к осмотру мнимого больного. Римар и Яр с трудом сохраняли серьезный вид. Рюдигер наконец понял, что его разыгрывают.
— Иди ты к черту, всезнайка! — он резко отстранился от Важека и сердито уселся на кровати, — Со мной все нормально!
— Но что-то тебя все же мучает, а ты не хочешь об этом говорить! Не считаешь нас достойными своего доверия! — возмутился Яромир — Я думал, что мы друзья, на всю жизнь!
— Да, друзья, но только я пожалуй не достоин таких замечательных друзей, я слишком от вас отличаюсь, во время боя просто схожу с ума. — он печально взглянул на ребят грустными синими глазами и шмыгнул носом. Парни переглянулись, еле сдерживаясь, чтобы не рассмеяться.
— Послушай, ты воин, а не монах! — серьезно сказал Яр.
— Твои противники не будут думать о милосердии, и если ты хоть на минуту расслабишься, потеряешь жизнь! А нам твоя жизнь очень даже дорога!
— Это здорово, что у тебя доброе сострадательное сердце, но только ты зря считаешь себя виноватым в этом кошмаре. Виноваты те, кто начал войну, не надо брать на себя их грехи!
добавил Римар.
— Конечно, нам с тобой в бою не сравниться. Мы еще детям будем рассказывать, что воевали с тобой плечом к плечу!
— Нет, ребята, это для меня честь быть вашим другом! — растроганный их неожиданной заботой Рюг быстро смахнул непрошенные слезы и обнял друзей.
— По– моему за это стоит выпить! — сделал неожиданный вывод Важек.
— Мы ведь еще города толком не видели, наверняка тут есть уютные таверны. Вперед!
Город показался им довольно большим и на удивление чистым. Тесно стоящие друг к другу двух и даже трехэтажные домики имели яркий праздничный вид. У каждого окна был небольшой балкончик с яркими цветами. Фронтоны почти всех домов, включая церковь и ратушу, поднимались вверх небольшими ступенями. На главной площади среди разнообразных лавочек и ремесленных мастерских, расположенных на нижних этажах домов, бросалась в глаза яркая вывеска таверны «Золотой гусь». Парни решительно направились туда, но Рюдигер, подхватив под руки Римара и Яра, резко развернул их, и они оказались у дверей церкви.
Почтительно склонив головы, они шагнули под своды старинного собора. Сегодня был обычный непраздничный день, начало недели, и в храме было тихо. Мягко горели свечи, блестело золото и серебро, украшавшее оклады икон. Храм Рандебурга славился своим органом, но к великому разочарованию Важека сейчас он молчал. Римар разглядывал красочные фрески на потолке и витражи на высоких окнах.
— Он с утра такой, почти не разговаривает и даже, представь себе, не ест!
Между тем все было довольно просто. Барона фон Шлотерштайна мучили угрызения совести. Он часто вспоминал слова старого священника о том, что надо стараться не потерять свою душу, надо суметь остаться человеком даже на войне. А он во время штурма города почти не владел собой, чуть не убил безоружного… Рюдигер со стыдом вспомнил совсем еще детские голубые глаза и россыпь веснушек на переносице.
Он почти наяву перенесся на полуразрушенные стены города, снова ощутил сводящий с ума запах чужой крови, горячую, почти обжигающую ладонь рукоять клинка, который уверенно вел его от одного противника к другому, с радостным звоном забирая чужие жизни. Неужели это и есть его настоящее предназначение, его сущность? Значит, те, кто считает их адскими созданиями, безжалостными убийцами, не так уж и не правы?
Ему очень хотелось поговорить о б этом, но в тоже время казалось, что товарищи презирают его и возможно, больше не считают равным себе. Ему ужасно не хватало рядом.
Иоганна. Уж он бы точно смог понять, что за сомнения мучают его крестника, и нашел бы подходящие слова, чтобы снять камень с души. Но старый солдат остался на этот раз дома, и Рюгу приходилось сражаться с тревожными мыслями в одиночку.
Его друзья между тем были не на шутку обеспокоены. Оставив всякую деликатность, они заставили Рюга повернуться к ним.
— Да что с тобой такое, может заболел или отравился чем? Хотя ты второй день на еду не смотришь.
— Оставьте меня в покое! — вампир попытался накрыть голову подушкой.
— Такое пренебрежение своим здоровьем может быть опасным для окружающих. Вдруг ты подцепил какую сильную заразу, надо тебя осмотреть. Задирай рубаху! — строго скомандовал Важек. Озадаченный его строгим тоном Рюдигер подчинился.
— Так, сыпи вроде бы нет… Ну– ка открой рот пошире, высунь язык!
— Важек с видом заправского лекаря приступил к осмотру мнимого больного. Римар и Яр с трудом сохраняли серьезный вид. Рюдигер наконец понял, что его разыгрывают.
— Иди ты к черту, всезнайка! — он резко отстранился от Важека и сердито уселся на кровати, — Со мной все нормально!
— Но что-то тебя все же мучает, а ты не хочешь об этом говорить! Не считаешь нас достойными своего доверия! — возмутился Яромир — Я думал, что мы друзья, на всю жизнь!
— Да, друзья, но только я пожалуй не достоин таких замечательных друзей, я слишком от вас отличаюсь, во время боя просто схожу с ума. — он печально взглянул на ребят грустными синими глазами и шмыгнул носом. Парни переглянулись, еле сдерживаясь, чтобы не рассмеяться.
— Послушай, ты воин, а не монах! — серьезно сказал Яр.
— Твои противники не будут думать о милосердии, и если ты хоть на минуту расслабишься, потеряешь жизнь! А нам твоя жизнь очень даже дорога!
— Это здорово, что у тебя доброе сострадательное сердце, но только ты зря считаешь себя виноватым в этом кошмаре. Виноваты те, кто начал войну, не надо брать на себя их грехи!
добавил Римар.
— Конечно, нам с тобой в бою не сравниться. Мы еще детям будем рассказывать, что воевали с тобой плечом к плечу!
— Нет, ребята, это для меня честь быть вашим другом! — растроганный их неожиданной заботой Рюг быстро смахнул непрошенные слезы и обнял друзей.
— По– моему за это стоит выпить! — сделал неожиданный вывод Важек.
— Мы ведь еще города толком не видели, наверняка тут есть уютные таверны. Вперед!
Город показался им довольно большим и на удивление чистым. Тесно стоящие друг к другу двух и даже трехэтажные домики имели яркий праздничный вид. У каждого окна был небольшой балкончик с яркими цветами. Фронтоны почти всех домов, включая церковь и ратушу, поднимались вверх небольшими ступенями. На главной площади среди разнообразных лавочек и ремесленных мастерских, расположенных на нижних этажах домов, бросалась в глаза яркая вывеска таверны «Золотой гусь». Парни решительно направились туда, но Рюдигер, подхватив под руки Римара и Яра, резко развернул их, и они оказались у дверей церкви.
Почтительно склонив головы, они шагнули под своды старинного собора. Сегодня был обычный непраздничный день, начало недели, и в храме было тихо. Мягко горели свечи, блестело золото и серебро, украшавшее оклады икон. Храм Рандебурга славился своим органом, но к великому разочарованию Важека сейчас он молчал. Римар разглядывал красочные фрески на потолке и витражи на высоких окнах.
Страница 69 из 149
