Если война подступает к самому порогу, то долг мужчины — защитить свою семью, свой дом и свою страну. Рюдигер фон Шлотерштайн воспринял известие о войне спокойно. Он всегда знал, что настанет день, когда стране пригодится его меч. Его предки всегда были опрой трона, именно вампирам короли Алдании доверяли свою жизнь и безопасность. Его жене остается лишь ждать и молиться чтобы разлука не оказалась вечной.
Добавить в моё избранное
538 мин, 42 сек 2550
Вскоре один из разбойников тяжело грохнулся вниз лицом, запнувшись о вовремя выставленную вперед ногу. Второй имел весьма смутное представление об искусстве фехтования и полагался больше на грубую силу. Совершенно измотанный ловкими маневрами противника, он теперь только защищался, неловко отбиваясь от свистящего в воздухе клинка гвардейца. Наконец палаш Римара вошел в грудь противника. Быстро выдернув клинок, он обернулся, что встретиться с успевшим подняться на ноги вторым негодяем.
Рассерженный разбойник пытался достать гвардейца коротким мечом с круглой рукоятью, в просторечии именуемым кошкодером. Похоже за плечами негодяя было немало боев, он оказался более опасным соперником, чем его невезучий приятель. Римар стиснул зубы, стараясь не замечать мелких порезов, в изобилии покрывших его рукава.
Оборотень без устали поднимал и опускал секиру, он был твердо уверен, что рано или поздно разделает вампира на кусочки, как тушу в мясной лавке. Хотя Рюдигер сумел еще пару раз достать его клинком, это совсем не отразилось на скорости и силе ударов. Главарь почти прижал своего противника к толстому стволу дерева и, кажется, собирался нанести решающий удар.
Но в последний миг Рюдигер сумел отскочить в сторону, острое лезвие чуть не укоротило его нос и с размаха врубилось глубоко в ствол дерева. Кажется, удача улыбнулась ему! Не дав противнику вытащить надежно застрявшее в дереве оружие, Рюдигер перешел в атаку. Оборотень выхватил из висевших у пояса ножен кинжал, но только перебросил его в левую руку. Стремительно нагнувшись, он подхватил меч одного из убитых. Человек-волк похоже был настоящим мастером боя в две руки, и Рюг тоже достал кинжал. Ему пришлось вспомнить все, чему он когда-либо учился. Впрочем пока он вполне достойно отбивал атаки противника.
— Ты слишком хорош для королевского гвардейца! — неожиданно усмехнулся оборотень.
— У меня был хороший учитель. — ответил Рюг, он был совершенно серьезен.
— А ты кем был, наемным солдатом или «ночным гостем» наемным убийцей? — не дожидаясь ответа, он сделал выпад, и фальшион рассек рукав чужой куртки.
— Ну между тем и другим не слишком большая разница, — человек– волк даже не поморщился от боли, — но я был солдатом.
Его кинжал ловко отбил удар фальшиона, а меч чуть не вошел в живот соперника, но соскользнул в бок, оставив глубокий порез на ребрах.
— Зачем ты сопротивляешься своему предназначению, цепляешься за эти бредни о душе!
Мы созданы, чтобы убивать, мы принадлежим тьме, и однажды она придет за каждым из нас! — оборотень оскалился в жуткой улыбке, и внезапно Рюгу показалось, что его лицо начинает терять человеческие черты, вытягиваясь и превращаясь в звериную морду.
— Ты сам пустил тьму в свою душу, и она уже забрала тебя!— , барон сплюнул от отвращения.
Зажав меч противника, словно в тисках, между клинком и кинжалом, Рюг с силой ударил его ногой в живот. Оборотень отлетел на пару шагов, но сумел сохранить меч. глухо зарычав, он снова кинулся в бой. Уступать никто из них не собирался, силы были практически равными. Одежда противников уже напоминала лохмотья и насквозь промокла от крови. И тот, и другой еле держались на ногах, но все же продолжали сражаться. Постепенно они снова приблизились к старому вязу. Вдруг оборотень отбросил кинжал, перехватил меч двумя руками и с ужасной силой выбил клинок из рук противника.
Кровь бросилась Рюгу в лицо, еще ни разу он не терял оружие во время боя! С быстротой молнии он увернулся от летящего прямо в лицо меча и с непонятно откуда взявшейся силой выдернул надежно засевшую в стволе дерева секиру. Меч главаря разбойников с жалобным звоном отскочил от страшного полумесяца, и почти тут же Рюдигер нанес удар секирой на уровне плеч. В последний миг рука чуть дрогнула, и острое, как бритва лезвие, наискось перерезав шею, врубилось в грудную клетку. Искалеченное тело упало на землю, из страшного обрубка фонтаном брызнула кровь, окатив Рюга с ног до головы. Отрубленная голова подкатилась почти к его ногам и скалилась в жуткой ухмылке. То ли от этого жуткого зрелища, то ли от многочисленных ран, но Рюдигер вдруг почуствовал, как все вокруг меркнет, теряет краски, и он потихоньку проваливается в милосердную темноту.
Пленница со смешанным чувством восхищения и ужаса наблюдала за кровавым поединком. Она была не робкого десятка, и любила смотреть на рыцарские турниры, на которых иногда бывали не только покалеченные, но и убитые. Но подобное зрелище она видела впервые. Бросивший вызов главарю разбойников воин был одновременно красив и ужасен в своей нечеловеческой стремительности. То ли синеглазый ангел мщения с отрешенным лицом, явившийся привести в исполнение высший приговор, то ли демон смерти, обнаживший в жуткой улыбке острые клыки, готовясь нанести решающий удар.
Увидев, как вампир, обезглавив противника, упал на залитую кровью траву, потеряв сознание, юная женщина неожиданно ловко пнула маленькой ножкой державшего ее разбойника и бросилась бежать.
Рассерженный разбойник пытался достать гвардейца коротким мечом с круглой рукоятью, в просторечии именуемым кошкодером. Похоже за плечами негодяя было немало боев, он оказался более опасным соперником, чем его невезучий приятель. Римар стиснул зубы, стараясь не замечать мелких порезов, в изобилии покрывших его рукава.
Оборотень без устали поднимал и опускал секиру, он был твердо уверен, что рано или поздно разделает вампира на кусочки, как тушу в мясной лавке. Хотя Рюдигер сумел еще пару раз достать его клинком, это совсем не отразилось на скорости и силе ударов. Главарь почти прижал своего противника к толстому стволу дерева и, кажется, собирался нанести решающий удар.
Но в последний миг Рюдигер сумел отскочить в сторону, острое лезвие чуть не укоротило его нос и с размаха врубилось глубоко в ствол дерева. Кажется, удача улыбнулась ему! Не дав противнику вытащить надежно застрявшее в дереве оружие, Рюдигер перешел в атаку. Оборотень выхватил из висевших у пояса ножен кинжал, но только перебросил его в левую руку. Стремительно нагнувшись, он подхватил меч одного из убитых. Человек-волк похоже был настоящим мастером боя в две руки, и Рюг тоже достал кинжал. Ему пришлось вспомнить все, чему он когда-либо учился. Впрочем пока он вполне достойно отбивал атаки противника.
— Ты слишком хорош для королевского гвардейца! — неожиданно усмехнулся оборотень.
— У меня был хороший учитель. — ответил Рюг, он был совершенно серьезен.
— А ты кем был, наемным солдатом или «ночным гостем» наемным убийцей? — не дожидаясь ответа, он сделал выпад, и фальшион рассек рукав чужой куртки.
— Ну между тем и другим не слишком большая разница, — человек– волк даже не поморщился от боли, — но я был солдатом.
Его кинжал ловко отбил удар фальшиона, а меч чуть не вошел в живот соперника, но соскользнул в бок, оставив глубокий порез на ребрах.
— Зачем ты сопротивляешься своему предназначению, цепляешься за эти бредни о душе!
Мы созданы, чтобы убивать, мы принадлежим тьме, и однажды она придет за каждым из нас! — оборотень оскалился в жуткой улыбке, и внезапно Рюгу показалось, что его лицо начинает терять человеческие черты, вытягиваясь и превращаясь в звериную морду.
— Ты сам пустил тьму в свою душу, и она уже забрала тебя!— , барон сплюнул от отвращения.
Зажав меч противника, словно в тисках, между клинком и кинжалом, Рюг с силой ударил его ногой в живот. Оборотень отлетел на пару шагов, но сумел сохранить меч. глухо зарычав, он снова кинулся в бой. Уступать никто из них не собирался, силы были практически равными. Одежда противников уже напоминала лохмотья и насквозь промокла от крови. И тот, и другой еле держались на ногах, но все же продолжали сражаться. Постепенно они снова приблизились к старому вязу. Вдруг оборотень отбросил кинжал, перехватил меч двумя руками и с ужасной силой выбил клинок из рук противника.
Кровь бросилась Рюгу в лицо, еще ни разу он не терял оружие во время боя! С быстротой молнии он увернулся от летящего прямо в лицо меча и с непонятно откуда взявшейся силой выдернул надежно засевшую в стволе дерева секиру. Меч главаря разбойников с жалобным звоном отскочил от страшного полумесяца, и почти тут же Рюдигер нанес удар секирой на уровне плеч. В последний миг рука чуть дрогнула, и острое, как бритва лезвие, наискось перерезав шею, врубилось в грудную клетку. Искалеченное тело упало на землю, из страшного обрубка фонтаном брызнула кровь, окатив Рюга с ног до головы. Отрубленная голова подкатилась почти к его ногам и скалилась в жуткой ухмылке. То ли от этого жуткого зрелища, то ли от многочисленных ран, но Рюдигер вдруг почуствовал, как все вокруг меркнет, теряет краски, и он потихоньку проваливается в милосердную темноту.
Пленница со смешанным чувством восхищения и ужаса наблюдала за кровавым поединком. Она была не робкого десятка, и любила смотреть на рыцарские турниры, на которых иногда бывали не только покалеченные, но и убитые. Но подобное зрелище она видела впервые. Бросивший вызов главарю разбойников воин был одновременно красив и ужасен в своей нечеловеческой стремительности. То ли синеглазый ангел мщения с отрешенным лицом, явившийся привести в исполнение высший приговор, то ли демон смерти, обнаживший в жуткой улыбке острые клыки, готовясь нанести решающий удар.
Увидев, как вампир, обезглавив противника, упал на залитую кровью траву, потеряв сознание, юная женщина неожиданно ловко пнула маленькой ножкой державшего ее разбойника и бросилась бежать.
Страница 73 из 149
