История молодого реставратора картин, который одной зимней ночью получил нестандартный заказ на восстановление или точнее дооформление старой картины с тенями, но без людей, от которых те падали. Утром к художнику приходит незнакомец, чтобы убедиться в том, что работа будет выполнена.
Добавить в моё избранное
37 мин, 49 сек 1319
— Тот… гранатовый сок — помог бы?
Старик устало улыбнулся, — Нет. Он помогал мне выглядеть лучше, чем я того заслуживал, но он не был панацеей.
— Что с тем, вторым?
— Не думай о нём, к сожалению, в этом мире зло неизбежно. Как закат солнца или смерть. Не ищи его. Уж поверь дряхлому старику, лучший способ бороться со злыми тварями — быть подальше от них.
— Так значит ты — вам…
— Ш-ш-ш, — зашипел тот, положив указательный палец к губам Эндрю, — Не стоит произносить слова, которые могут преследовать всю жизнь. Я просто тень из прошлого, мимолётное видение, которое скоро растает и забудется.
— Нет, я не забуду.
— Забудешь, Эндрю, обязательно забудешь. Ты слишком добр, чтобы долго помнить зло, которое коснулось тебя по моей воле. И я помогу тебе.
Кисть незнакомца легла на глаза Эндрю. Разум затуманился, улетая куда-то далеко. В страну вечнозелёных лугов и лесов, где все жили счастливо в добре и мире.
Утро выдалось безоблачным. На улице был слышан детский смех, разбавленный клаксонами недовольных водителей. На улицы Чикаго пришло Рождество, дух которого заполонил город, словно неистребимый вирус, изгоняя зло, и тёмные мысли в людских сердцах. Газеты пестрели праздничными заголовками, в которых незаметно приютились сообщения о странной трёхдневной пурге, и найденном теле некоего Джо ДеРоссо. О том, как именно настигла смерть беднягу, в газетах не писали. К чему эти россказни про вам, про тех о ком не стоит говорить в обществе живых. Тем более в такой прекрасный праздник.
Весной, когда сошёл последний снег и город расцвел яркими красками, в неприметном зале, окна которого выходили на центральный парк, прошла выставка картин никому пока ещё неизвестного художника. Любимицей выставки тогда стал пейзаж старинного замка, на переднем фоне которого позировала счастливая семья. Они наконец-то были вместе. От этой картины долго не мог отойти один пожилой критик. Он всё порывался найти сходство с картиной, которую он видел три месяца назад, однако всё было тщетно. Тогда у него мурашки шли по телу, а от этой картины веяло теплом, ровно как от приятного весеннего солнца, которое дарило тепло всем живым существам в этом мире.
Старик устало улыбнулся, — Нет. Он помогал мне выглядеть лучше, чем я того заслуживал, но он не был панацеей.
— Что с тем, вторым?
— Не думай о нём, к сожалению, в этом мире зло неизбежно. Как закат солнца или смерть. Не ищи его. Уж поверь дряхлому старику, лучший способ бороться со злыми тварями — быть подальше от них.
— Так значит ты — вам…
— Ш-ш-ш, — зашипел тот, положив указательный палец к губам Эндрю, — Не стоит произносить слова, которые могут преследовать всю жизнь. Я просто тень из прошлого, мимолётное видение, которое скоро растает и забудется.
— Нет, я не забуду.
— Забудешь, Эндрю, обязательно забудешь. Ты слишком добр, чтобы долго помнить зло, которое коснулось тебя по моей воле. И я помогу тебе.
Кисть незнакомца легла на глаза Эндрю. Разум затуманился, улетая куда-то далеко. В страну вечнозелёных лугов и лесов, где все жили счастливо в добре и мире.
Утро выдалось безоблачным. На улице был слышан детский смех, разбавленный клаксонами недовольных водителей. На улицы Чикаго пришло Рождество, дух которого заполонил город, словно неистребимый вирус, изгоняя зло, и тёмные мысли в людских сердцах. Газеты пестрели праздничными заголовками, в которых незаметно приютились сообщения о странной трёхдневной пурге, и найденном теле некоего Джо ДеРоссо. О том, как именно настигла смерть беднягу, в газетах не писали. К чему эти россказни про вам, про тех о ком не стоит говорить в обществе живых. Тем более в такой прекрасный праздник.
Весной, когда сошёл последний снег и город расцвел яркими красками, в неприметном зале, окна которого выходили на центральный парк, прошла выставка картин никому пока ещё неизвестного художника. Любимицей выставки тогда стал пейзаж старинного замка, на переднем фоне которого позировала счастливая семья. Они наконец-то были вместе. От этой картины долго не мог отойти один пожилой критик. Он всё порывался найти сходство с картиной, которую он видел три месяца назад, однако всё было тщетно. Тогда у него мурашки шли по телу, а от этой картины веяло теплом, ровно как от приятного весеннего солнца, которое дарило тепло всем живым существам в этом мире.
Страница 11 из 11
