История Софи

София исподлобья посмотрела на Сайруса.

— Это неправда. Ты, тварь, адское отродье! Вальтазар другой!

Вампир вдруг засмеялся, обнажая клыки.

— Защищаешь его? А он не так давно приказал убить твоего близкого друга.

Софья вздрогнула.

— Что?

Алые глаза пронзили охотницу холодным взглядом.

— Смерть Саши — это его приказ. А желание хозяина — закон.

Глава шестая.

Адам — дитя подземелья.

Софи сидела за столом, подперев голову рукой, и смотрела в пустоту. Вальтер находился напротив, он нервно постукивал пальцами по кайме сидения, временами поглядывая на отрешённое лицо девушки.

Наконец, не выдержав, охотник подался вперёд, заглядывая в глаза напарницы.

— Софи, прошу тебя, давай поговорим.

— О чём, Вальтер? О том, как я облажалась?

— Такое может случиться с каждым.

Глаза девушки метнули суровый взгляд.

— Со мной не должно случаться. Я — не каждый! Я — кусок глины, из которого слепили то, что было нужно, а этот кусок оказался другим куском, тоже, впрочем, на букву «г» …

Вальтер цокнул.

— Софья, прекрати!

— Знаешь, у меня до сих пор ощущение правды Вальтазара. Я провела с ним длительное время в беседах. Да, я ненавижу их, но тут что-то не сходится, — Софи прищурила глаза.

— Я могла поклясться, что древний не врал, если бы не слова Сайруса о заказе Саши.

— Саша много знал, — сказал Вальтер.

— Такие долго не живут.

Молодая охотница нахмурилась.

— Во мне зарождается жажда мести. С новой силой. Мне нужна их смерть. Абсолютное уничтожение. Я отомщу за Сашу. Клянусь. Я буду последняя, кто будет смотреть на пламя смертельной агонии в их глазах. На пламя в глазах седого обманщика Вальтазара.

Шли дни. Софи продолжала задумчиво уединяться, снова и снова прокручивая всю ситуацию обмана, которая встала, словно кость поперёк горла.

Как-то девушка незаметно забрела в лесополосу на окраине локации Павла, и опустилась на край оврага, внизу которого протекала небольшая река. Свесив ноги, Софи печально вздохнула.

— Здравствуй, — раздался голос.

Охотница напряжённо оглянулась, обхватив пальцами рукоятку ножа на поясе.

— Хм, — улыбка на бледном лице Адама получилась гримасой боли.

— Нервы?

Софи мельком оглядела внезапно возникшего гостя.

— Осторожность, — возразила она.

— Невнимательность, — прищурился Адам.

— Отчего же?

— Я иду за тобой от самого поселения, а ты только что обнаружила меня. И только среагировав на звуковую помеху моего приветствия.

— Учить будешь? — охотница отвернулась и устремила взгляд на текущую снизу реку.

— Разве Павел недостаточно тебя обучил?

— Это ты у Павла и спроси.

— Твои уединения связаны с переживанием, но этим ты только рассеиваешь себя.

Софи перевела взгляд с воды на просторы впереди.

— Не советую стоять за спиной, — сказала она, не оборачиваясь.

— Это предложение присоединиться?

— А тебе нужно приглашение?

— Хм, — Адам подошёл к краю оврага и опустился рядом.

— Я отвык от людей.

Софи оглядела бледного соседа.

— С ними лучше? — съязвила она.

— От тебя за версту веет этими тварями. Да и вид у тебя … Сомнения так и лезут.

— Ты тоже не пахнешь человеком. Мне нужно делать выводы?

— Тебе вообще ничего не нужно делать! Не я к тебе в гости притащилась. Откуда ты такой взялся?

— Оттуда же, откуда и ты. Мы с тобой больше, чем похожи, мы оба РДА. Только я появился здесь до тебя.

— И что? Это не даёт тебе права в чём-либо. Для меня ты вообще подозрителен. Лучше держись подальше, чтоб не случилось чего …

— Моя вина в том, что я вдруг вернулся? По какой причине ты имеешь ко мне неприязнь?

Софи повернулась к Адаму. Парень был бледен и, будучи ещё обезвожен, имел страдальческое выражение лица. Его губы были сухими и потрескавшимися, обросший тёмный волос выглядел тускло и безжизненно. Он был медлительным и флегматичным, казалось, что даже его длинные ресницы опускаются в два раза реже. Но карие глаза внимательно следили за собеседницей.

— Ты правда пробыл у них двадцать лет?

— Да. Меня выкрали в пятилетнем возрасте. Подвал Пастэра стал местом моего пребывания впоследствии.

— Он что, держал тебя взаперти?

— Да, все эти годы я жил под землёй.

— Под землёй! Двадцать лет? Ты что, не видел солнца?

— Да я и света не видел практически, его включали только тогда, когда проводили опыты.

Софи сглотнула, оглядывая бледного собеседника.

— Как же ты всё это выдержал …

Адам опустил голову.

— Приспосабливался, привыкал к жизни в темноте.