Королева клифот

Я знал её, я уже видел её чёрные волосы и нежные, холодные руки, изображённые на мятом тетрадном листе.

Стоило этим воспоминаниям воскреснуть, как она тут же появилась, просто сложилась из воронового вихря сама собой.

В реальности, если так можно назвать эти переживания, она была во много раз красивее, чем на рисунке. Длинные чёрные волосы змеились по её плечам, чёрная шаль ниспадала до колен, и при каждом движении раздавался звон её бесчисленных украшений. Она шла на встречу ко мне, но, странным образом, не могла приблизиться.

— Вернись, — это слово слетело с её уст нежным елеем. Этот голос пробудил во мне безумное чувство, некое подобие любви, но лишь подобие, ибо в то же время я ощущал и пламенную ненависть. Меня наполняла неистовая злоба ко всему живому. Мне хотелось лицезреть гибель и разрушение, я жаждал видеть пытки и причинять боль. Чёрные, преисполненные ненависти мысли кружились в моей голове, рождая странное, но отвратительное чувство счастья.

Вдруг я ощутил, как что-то прикоснулось к моей ноге. Взглянув вниз, я увидел, как мою левую ногу обвивает огромная змея. Её чешуя непостижимым образом мерцала во мраке всеми оттенками зелёного. Я не испугался, но неожиданно испытал сильное чувство протеста. Что-то во мне рвалось сказать нет, и, вместе с тем, другая часть жаждала кричать да. Змея поднималась всё выше по моему телу, и эти чувства усиливались с каждым её витком. Наконец, я не выдержал и закричал, так сильно, как только мог: «Нет!».

Ослепительный свет вонзился в мои глаза тысячью иголок. Я зажмурился, и ощутил разрывающую череп головную боль.

— Где я… — простонал я, всё ещё жмурясь от света.

— Успокойся, — неожиданно раздался чей-то низкий, глубокий голос, — ложись и не поднимайся резко. У тебя был обморок.

— Что? — почти прошептал я. Глаза понемногу привыкали к свету, и я смог их открыть. Как оказалось, вокруг было не так уж и светло. Шторы в комнате, где я находился, были занавешены, и единственным источником света была маленькая настольная лампа, сохранявшая нежный полумрак.

Я сидел на мягком диване в незнакомой квартире. Рядом со мной, на стуле, сидел мужчина лет шестидесяти.

— Кто вы? — спросил я.

— Успокойся, — повторил он, — лучше ляг обратно, иначе обморок может повториться.

— Что случилось?

— Ты потерял сознание в парке.

— И вы перенесли меня домой?

— Ну да — непринуждённо ответил старик — не оставлять же тебя валяться на скамейке, а для вызова скорой повода особого не было, я это сразу приметил.

С неприкрытым удивлением я осмотрел этого странного человека. Я был немаленькой комплекции, и поэтому не мог понять, откуда у простого старика нашлось столько сил, чтобы дотащить моё бессознательное тело до квартиры.

— Часто у тебя такое? — спросил он.

— Первый раз.

С врачебной дотошностью он стал расспрашивать меня о моём здоровье. Я отвечал уклончиво, не желая рассказывать о жутких воронах за окнами и странных видениях. Не хотелось пугать незнакомого человека, отнёсшегося ко мне с такой неожиданной заботой.

Пока мы говорили, я успел осмотреть комнату. На стене, прямо над диваном висело несколько икон, а на противоположной стороне — небольшие гобелены с изображением каких-то странных индуистских или буддийских божков. По углам стояли деревянные африканские тотемы, а на письменном столе лежали стопки религиозных книг. Видимо, мой спаситель — историк религии или что-то в этом роде.

Сам не знаю почему, я неожиданно спросил:

— Вы знаете что-нибудь о клифот?

Взгляд моего собеседника остекленел. Не моргая, он смотрел на меня, а затем спросил с недоверием:

— Почему ты спрашиваешь?

Аккуратно, выбирая слова, и стараясь произвести впечатление здравомыслящего человека, я рассказал историю о тетрадных листках.

— А что потом с ними стало?

— Не знаю, они куда-то подевались…

В глазах моего собеседника отчётливо читалось подозрение. Молча, он смотрел мне в лицо, будто сканируя душу. Под его взглядом я ощутил себя совершенно голым.

— Ты мне не всё рассказал, ведь так? — спросил он, внимательно вглядываясь в мои глаза.

Я решил больше ничего не скрывать. Ничего не упуская, я подробно описал все странные события, случившиеся со мной за эти дни — от ворона за окном до жутких галлюцинаций. Хозяин квартиры слушал с каменным лицом. Ни один мускул на его лице не дрогнул, и я не мог даже предположить, какое впечатление от моей истории он составил.

Когда я закончил, он встал и подошёл к своему столу. Вытащив из ящика одну тонкую книгу в мягком переплёте, он открыл её и сунул мне в руки.

На раскрытой странице была изображена та схема из кружков, которую я нашёл в «Злобе». Только слова возле кружков были совершенно другие.

— Это древо жизни, система сфирот — прозвучал спокойный бас.