Белла Стар — это довольно известная порноактриса, снимается в том жанре, где связанную женщину сначала шлепают плеткой по попе, а потом суют резиновый член в рот, и я очень надеюсь, что эта история не про неё.
Добавить в моё избранное
17 мин, 55 сек 5285
Эй, малышка, поиграй с собой!».
Одобрительные комментарии не заставили себя ждать.
— Делай, что говорят, — сказал мужчина.
Белла послушна стала ласкать свои груди одной рукой, а вторую опустила к промежности.
«Да! Вот так! Вот так, детка! И не сачкуй!» — D. Moriarty, хоть и занимал чат практически в одиночку, но, похоже, в целом верно выражал настроения публики. Минуты через три он снова выступил с инициативой.
«Эй, приятель! Ты, в черных кожаных штанах! — обратился он к мужчине в студии.»
— Раз уж эта сучка наша рабыня на сегодня, надень-ка на нее ошейник!«.»
И снова его поддержали. Совместными усилиями был выбран ошейник с цепочкой-поводком, который надели на Беллу. Вечер становился все интереснее.
В течении следующего часа, благодаря D. Moriarty, в большинстве отверстий тела Беллы Стар перебывало множество разнообразных предметов. Похоже, почти все, какие только D. Moriarty смог углядеть в видимой ему части студии. Её также отшлепали по всем выступающим частям, связывали десятком разнообразных способов, и, судя по её поведению (а актерские способности Беллы, как и почти любой женщины, я оценивал весьма высоко), несколько раз довели до неслабых таких оргазмов.
Между тем, хотя наш герой и продолжал фонтанировать идеями, оживление в чате как-то спало, и поддержки D. Moriarty находил все меньше. Думаю, большинство участников, в том числе и я, уже давно и неоднократно получили от мероприятия все что хотели, и теперь просто безучастно наблюдали за развитием событий.
Что касается меня, то, несмотря на отупляющее чувство удовлетворения, я невольно задавался вполне закономерным вопросом — а не подставное ли лицо наш D. Moriarty? Справедливости ради стоит отметить, что сколько–нибудь заметную активность среди зрителей проявлял только он. С другой стороны, его предложения поддерживались явным большинством, и обвинять D. Moriarty или организаторов в шарлатанстве все же было бы глупо. Как бы там ни было, все получили, что хотели, а если кто-то тупил или стеснялся — это исключительно его проблемы.
Отправив в мусорное ведро очередную бумажную салфетку, я потянулся к сигаретам и зажигалке.
— Ладно, мальчики и девочки, — сказал мужчина в студии, — думаю, мы неплохо провели время, но нужно потихоньку заканчивать.
«Как скажешь, приятель. Но я хочу, что бы эта дамочка запомнила сегодняшний день».
— Ну, думаю, в том, что она его запомнит, мы можем быть уверены.
«Я хочу, чтобы она запомнила его на ВСЮ жизнь. Так что возьми со стола ту штуку и поставь-ка ей клеймо, скажем на бедро. Это будет напоминать ей о нашей сегодняшней встрече».
Еще раз перечитав написанное D. Moriarty, я хмыкнул и выжидающе уставился в монитор. Парень явно перегибал палку, но как на это отреагирует мужчина в студии, посмотреть было интересно.
Тот покачал головой, но взял со стола металлический прут с замысловатым узором на одном конце и подошел к Белле, которая в это время висела, растянутая за руки и за ноги, и довольно убедительно изображала полную дезориентацию от пережитого недавно оргазма. Парой пощечин он привел её в чувство, продемонстрировал прут, а потом указал на экран. Дождавшись, пока Белла прочитает последнее желание D. Moriarty, мужчина обнял её сзади и стал делать вид, что хочет ткнуть в неё прутом. Та сексуально стонала и извивалась всем телом.
«Эй! Что за хрень ты делаешь? Я сказал» поставь ей клеймо«а не» попугай её палкой«! Перестань тянуть время и займись делом!».
Мельком глянув на экран, мужчина продолжил тыкать в Беллу прутом, хотя грубости в его действиях прибавилось. D. Moriarty продолжил возмущаться. Наконец, мужчина не выдержал и, посмотрев в камеру (и не переставая шарить одной рукой по телу актрисы), сказал:
— Извини, приятель, но похоже, что в этот раз ты со своими желаниями в меньшинстве.
«Что ты хочешь сказать?».
— Посмотри, тебя никто не поддерживает, — мужчина указал на экран, целиком занятый репликами D. Moriarty.
«Что за херня? Эй, ребята, вы что, не хотите продолжения шоу?».
Ему никто не ответил, хотя и я ждал этого. Забавно, но этот конфликт интересовал меня даже больше, чем обнаженное тело Беллы Стар, распятое между двух столбов.
«Какого хера, парни? Целый гребаный час я развлекал вас, заставляя этих клоунов хоть немного напрягаться, а сейчас вы не хотите меня поддержать?».
И снова ему никто не ответил.
«Да пошли вы, дрочилы малолетние! Эй, ты! Может хоть ты меня поддержишь, пока эти двое не свернули свою лавочку?».
Конечно, я понял, что это был камень брошенный наугад, но, почему-то я решил ответить ему. Отложив сигарету, я быстро напечатал ответ:
«Извини, но то, что ты просишь, меня совсем не возбуждает. Я такое не люблю».
«Охренеть! А меня возбуждает! Обо мне ты что, не думаешь?».
Одобрительные комментарии не заставили себя ждать.
— Делай, что говорят, — сказал мужчина.
Белла послушна стала ласкать свои груди одной рукой, а вторую опустила к промежности.
«Да! Вот так! Вот так, детка! И не сачкуй!» — D. Moriarty, хоть и занимал чат практически в одиночку, но, похоже, в целом верно выражал настроения публики. Минуты через три он снова выступил с инициативой.
«Эй, приятель! Ты, в черных кожаных штанах! — обратился он к мужчине в студии.»
— Раз уж эта сучка наша рабыня на сегодня, надень-ка на нее ошейник!«.»
И снова его поддержали. Совместными усилиями был выбран ошейник с цепочкой-поводком, который надели на Беллу. Вечер становился все интереснее.
В течении следующего часа, благодаря D. Moriarty, в большинстве отверстий тела Беллы Стар перебывало множество разнообразных предметов. Похоже, почти все, какие только D. Moriarty смог углядеть в видимой ему части студии. Её также отшлепали по всем выступающим частям, связывали десятком разнообразных способов, и, судя по её поведению (а актерские способности Беллы, как и почти любой женщины, я оценивал весьма высоко), несколько раз довели до неслабых таких оргазмов.
Между тем, хотя наш герой и продолжал фонтанировать идеями, оживление в чате как-то спало, и поддержки D. Moriarty находил все меньше. Думаю, большинство участников, в том числе и я, уже давно и неоднократно получили от мероприятия все что хотели, и теперь просто безучастно наблюдали за развитием событий.
Что касается меня, то, несмотря на отупляющее чувство удовлетворения, я невольно задавался вполне закономерным вопросом — а не подставное ли лицо наш D. Moriarty? Справедливости ради стоит отметить, что сколько–нибудь заметную активность среди зрителей проявлял только он. С другой стороны, его предложения поддерживались явным большинством, и обвинять D. Moriarty или организаторов в шарлатанстве все же было бы глупо. Как бы там ни было, все получили, что хотели, а если кто-то тупил или стеснялся — это исключительно его проблемы.
Отправив в мусорное ведро очередную бумажную салфетку, я потянулся к сигаретам и зажигалке.
— Ладно, мальчики и девочки, — сказал мужчина в студии, — думаю, мы неплохо провели время, но нужно потихоньку заканчивать.
«Как скажешь, приятель. Но я хочу, что бы эта дамочка запомнила сегодняшний день».
— Ну, думаю, в том, что она его запомнит, мы можем быть уверены.
«Я хочу, чтобы она запомнила его на ВСЮ жизнь. Так что возьми со стола ту штуку и поставь-ка ей клеймо, скажем на бедро. Это будет напоминать ей о нашей сегодняшней встрече».
Еще раз перечитав написанное D. Moriarty, я хмыкнул и выжидающе уставился в монитор. Парень явно перегибал палку, но как на это отреагирует мужчина в студии, посмотреть было интересно.
Тот покачал головой, но взял со стола металлический прут с замысловатым узором на одном конце и подошел к Белле, которая в это время висела, растянутая за руки и за ноги, и довольно убедительно изображала полную дезориентацию от пережитого недавно оргазма. Парой пощечин он привел её в чувство, продемонстрировал прут, а потом указал на экран. Дождавшись, пока Белла прочитает последнее желание D. Moriarty, мужчина обнял её сзади и стал делать вид, что хочет ткнуть в неё прутом. Та сексуально стонала и извивалась всем телом.
«Эй! Что за хрень ты делаешь? Я сказал» поставь ей клеймо«а не» попугай её палкой«! Перестань тянуть время и займись делом!».
Мельком глянув на экран, мужчина продолжил тыкать в Беллу прутом, хотя грубости в его действиях прибавилось. D. Moriarty продолжил возмущаться. Наконец, мужчина не выдержал и, посмотрев в камеру (и не переставая шарить одной рукой по телу актрисы), сказал:
— Извини, приятель, но похоже, что в этот раз ты со своими желаниями в меньшинстве.
«Что ты хочешь сказать?».
— Посмотри, тебя никто не поддерживает, — мужчина указал на экран, целиком занятый репликами D. Moriarty.
«Что за херня? Эй, ребята, вы что, не хотите продолжения шоу?».
Ему никто не ответил, хотя и я ждал этого. Забавно, но этот конфликт интересовал меня даже больше, чем обнаженное тело Беллы Стар, распятое между двух столбов.
«Какого хера, парни? Целый гребаный час я развлекал вас, заставляя этих клоунов хоть немного напрягаться, а сейчас вы не хотите меня поддержать?».
И снова ему никто не ответил.
«Да пошли вы, дрочилы малолетние! Эй, ты! Может хоть ты меня поддержишь, пока эти двое не свернули свою лавочку?».
Конечно, я понял, что это был камень брошенный наугад, но, почему-то я решил ответить ему. Отложив сигарету, я быстро напечатал ответ:
«Извини, но то, что ты просишь, меня совсем не возбуждает. Я такое не люблю».
«Охренеть! А меня возбуждает! Обо мне ты что, не думаешь?».
Страница 2 из 5
