Тук. В первый раз я услышал этот стук, когда берег был уже в пяти метрах позади. Лёд твёрд как камень, и я делаю ещё один шаг. Виннибагошиш, как и большая часть озёр Миннесоты, будет сковано льдом до весны. По словам моей девушки Эми, лёд этот ничем не пробьёшь.
Добавить в моё избранное
5 мин, 37 сек 8109
Воспользовавшись моментом свободы, я начинаю быстро всплывать обратно. Я ожидал пулей вылететь из воды, но вместо этого глухо ударяюсь о непробиваемую ледовую стену. Даже здесь, под водой, это звучит точь-в-точь как стук, который я слышал там, наверху.
В панике я ощупываю лёд пальцами по всем направлениям. Пролом должен быть здесь! Кожа немеет. Давление в лёгких всё нарастает. Организм просит меня закричать, но я сдерживаю этот позыв, чтобы не расходовать драгоценный воздух, который и без того уже на исходе.
Я продолжаю выискивать пальцами пробоину, но силы покидают меня. Прорубь исчезла. Свет угасает, и скоро я тоже угасну. Скоро, но не сейчас. Чьи-то пальцы обхватывают мою лодыжку. Но во мне уже нет сил бороться. Добавляется вторая рука. Это рука смерти, я знаю.
А затем меня потянули. Тело скользит сквозь воду, но кожа уже почти её не осязает. Секундная пауза — руки обхватили меня поудобнее — и снова поволокли на глубину. Последняя моя мысль — смятение, безучастное любопытство: «Почему становится светлее, а не темнее?» Ещё рывок, и…
По ногам ударил внезапный порыв ветра. Мой мозг уже не в силах объяснить, как такое возможно. Очередной рывок, и вода стекает с моего тела. Ещё мгновение — и моя голова выныривает из-под воды; а затем — я ударяюсь спиной об твёрдую землю. Я кашляю и выплёвываю воду, и меня укрывают тёплым одеялом. От прилива жизни я открываю глаза. Передо мной — Эми. В своём фиолетовом свитере, совершенно сухая. Она прижимает меня к себе и надрывисто рыдает.
После этого я, должно быть, потерял сознание. Проснувшись, я оказался у Эми дома. Она подумала, что я спятил, когда принялся ломать лёд. Увидев, что я провалился, Эми тут же побежала обратно. Под водой я был вниз головой, но ей всё-таки удалось вытащить меня за лодыжки.
«Чем ты думал? Ты мог погибнуть!».
Я не стал говорить ей о лице подо льдом. Не стал спрашивать, как она умудрилась переодеться в фиолетовый свитер прямо там, на озере. И, самое главное, я не стал расспрашивать её о стуке, который всё ещё эхом доносится откуда-то сверху и звучит так, словно берёт своё начало в ином мире.
Не думаю, что готов об этом знать.
В панике я ощупываю лёд пальцами по всем направлениям. Пролом должен быть здесь! Кожа немеет. Давление в лёгких всё нарастает. Организм просит меня закричать, но я сдерживаю этот позыв, чтобы не расходовать драгоценный воздух, который и без того уже на исходе.
Я продолжаю выискивать пальцами пробоину, но силы покидают меня. Прорубь исчезла. Свет угасает, и скоро я тоже угасну. Скоро, но не сейчас. Чьи-то пальцы обхватывают мою лодыжку. Но во мне уже нет сил бороться. Добавляется вторая рука. Это рука смерти, я знаю.
А затем меня потянули. Тело скользит сквозь воду, но кожа уже почти её не осязает. Секундная пауза — руки обхватили меня поудобнее — и снова поволокли на глубину. Последняя моя мысль — смятение, безучастное любопытство: «Почему становится светлее, а не темнее?» Ещё рывок, и…
По ногам ударил внезапный порыв ветра. Мой мозг уже не в силах объяснить, как такое возможно. Очередной рывок, и вода стекает с моего тела. Ещё мгновение — и моя голова выныривает из-под воды; а затем — я ударяюсь спиной об твёрдую землю. Я кашляю и выплёвываю воду, и меня укрывают тёплым одеялом. От прилива жизни я открываю глаза. Передо мной — Эми. В своём фиолетовом свитере, совершенно сухая. Она прижимает меня к себе и надрывисто рыдает.
После этого я, должно быть, потерял сознание. Проснувшись, я оказался у Эми дома. Она подумала, что я спятил, когда принялся ломать лёд. Увидев, что я провалился, Эми тут же побежала обратно. Под водой я был вниз головой, но ей всё-таки удалось вытащить меня за лодыжки.
«Чем ты думал? Ты мог погибнуть!».
Я не стал говорить ей о лице подо льдом. Не стал спрашивать, как она умудрилась переодеться в фиолетовый свитер прямо там, на озере. И, самое главное, я не стал расспрашивать её о стуке, который всё ещё эхом доносится откуда-то сверху и звучит так, словно берёт своё начало в ином мире.
Не думаю, что готов об этом знать.
Страница 2 из 2
