Я служил в британской армии, ты же знаешь. Два раза был в Ираке, один раз в Афганистане. Моя мама до глубины души ненавидела мою службу, и на самом деле я не могу винить ее за это. Но знаешь что? Самый большой страх в моей жизни я испытал не на одной из этих сраных восточных земель, нет, это случилось прямо в центре европейской «цивилизации» — в Лондоне.
Добавить в моё избранное
21 мин, 37 сек 11988
После Ирака меня наградили. Очевидно, остаться в живых, сражаясь с талибами в горах, — достаточное основание для награждения. Мне предложили место в королевской гвардии. Я не уверен, что ты вообще знаешь о ней, но в Англии это крутое дело. Которое я сразу возненавидел. Я стоял на посту, не двигаясь, пока назойливые китайские туристы пытались рассмешить меня. Я хотел уйти, но моя мать была так счастлива, что самой большой опасностью, с которой я могу только столкнуться, будет турист из Азии, что у меня не было другого выхода, кроме как остаться. Если бы я только знал, что мне будет безопаснее в какой-нибудь пещере в Кабуле…
Итак, мой пост был у Лондонского Тауэра, несколько смен в неделю. Смены обычно длились по 2-3 часа в зависимости от того, сколько людей работало в этот день. Должен сказать тебе, эта работа начинает надоедать ну очень быстро. Пьяные люди, которые пытаются достать тебя, и назойливые туристы, которые считают, что они первыми додумались тебя рассмешить… и ты хочешь просто провалиться сквозь землю. Но это была работа, и за нее платили, так что я просто заткнулся и работал.
Один день в 2012 году начался так же скучно, как любой другой. Рядом крутились французы, которые пытались шутки шутить со мной (боже, они просто хуже всех, и ты ничего сделать не можешь, только если они не угрожают тебе), потом была группа пьяных русских девчонок, что было не так плохо. Жара только начала плавить эту сраную шапку прямо на мой череп, когда появилась огромная толпа туристов. Что-то типа экскурсии с гидом, предположил я. Они начали всю свою стандартную программу: треп ни о чем, фотки, «смешные» лица, шутки, и так далее. У всех были вытащены фотоаппараты, все были одеты в одни и те же футболки, типа Биг Бен тур. Все, кроме одной. Я заметил ее стоящей позади, она просто смотрела на меня. Привлекательная женщина, наверное, чуть за сорок, с очень темными длинными волосами, немного бледная, я даже подумал, что, наверное, она — англичанка. Казалось, что она в группе с этими туристами, так как стояла рядом с ними.
После того, как группа, наконец, сделала достаточно фотографий и поняла, что я не засмеюсь, туристы пошли дальше. Все, кроме бледной женщины, которая стояла и продолжала смотреть на меня. Я видел достаточно людей, которые делали какую-то тупую херню в расчете на мою реакцию, но вот это было чем-то новеньким.
Женщина была упорной. Два часа и тысячи туристов спустя она все еще стояла на том же самом месте, просто не отрывая от меня глаз. День был очень жарким, и нет никакой вероятности, что ей было комфортно там стоять, но я не вру, она стояла спокойнее, чем я. Она не улыбалась, и это было странно, если она хотела развести меня на эмоции. Примерно полчаса спустя, когда толпа возле меня медленно рассосалась, она сделала шаг в мою сторону. Потом другой. «Сейчас будет шутка» — подумал я, пока она, не спеша, подбиралась ближе.
Она остановилась примерно в полуметре от меня. Смотрела прямо мне в глаза. Наклонила голову налево, потом направо, наверное, так она пыталась меня рассмешить. Потом я понял, что эта женщина здесь не для того, чтобы шутить. Все еще стоя в полуметре от меня, она начала наклоняться ко мне. В ее манерах было что-то жуткое, из-за чего мне стало крайне не по себе. Она не переставала смотреть мне в глаза и продолжала наклоняться ко мне, хотя ее ноги вообще не двигались. Ее лицо замерло в миллиметрах от меня, вся поза казалась неестественной. Ее голова начала трястись, ну, знаешь, когда ты выходишь из бассейна или из душа, и тебе холодно, понимаешь?
А потом, потом она напугала меня до дрожи. Бывало, что люди кричали прямо мне в лицо, один раз какой-то идиот даже пытался подраться со мной, но то, что сделала она, было гораздо хуже. Она открыла свой рот, как будто собиралась крикнуть как можно громче на меня, но не издала ни звука. Ни единого. Она просто стояла там, наклоненная под неестественным углом, в миллиметрах от моего лица, издавая сраный беззвучный крик из своего широко открытого рта. И она дрожала все сильнее и быстрее. И хотя этот день был очень жарким, мне стало холодно, под моей формой бегали мурашки. Я собрал свои чувства в кулак и начал маршировать в сторону от нее — нам позволено делать 10 шагов время от времени.
Когда я проделал ровно 10 шагов, я остановился и закрыл глаза. Я просто хотел, чтобы она исчезла, когда я повернусь. И когда я сделал разворот на 180 градусов, меня тут же парализовало. Она стояла прямо передо мной, наклоненная к моему лицу, рот открыт еще шире, голова судорожно трясется. Я был так растерян и напуган, что не мог даже хоть как-то отреагировать. Шум, крики, и все остальное, с чем мне приходилось иметь дело, но, черт, это безмолвное, жуткое поведение, честное слово, просто испугало меня.
«Дорогу Королевской Гвардии!» — закричал я. Нам позволено говорить это, когда кто-то стоит у нас на пути. Она никак не отреагировала, но на пару сантиметров отклонилась от моего лица.
Итак, мой пост был у Лондонского Тауэра, несколько смен в неделю. Смены обычно длились по 2-3 часа в зависимости от того, сколько людей работало в этот день. Должен сказать тебе, эта работа начинает надоедать ну очень быстро. Пьяные люди, которые пытаются достать тебя, и назойливые туристы, которые считают, что они первыми додумались тебя рассмешить… и ты хочешь просто провалиться сквозь землю. Но это была работа, и за нее платили, так что я просто заткнулся и работал.
Один день в 2012 году начался так же скучно, как любой другой. Рядом крутились французы, которые пытались шутки шутить со мной (боже, они просто хуже всех, и ты ничего сделать не можешь, только если они не угрожают тебе), потом была группа пьяных русских девчонок, что было не так плохо. Жара только начала плавить эту сраную шапку прямо на мой череп, когда появилась огромная толпа туристов. Что-то типа экскурсии с гидом, предположил я. Они начали всю свою стандартную программу: треп ни о чем, фотки, «смешные» лица, шутки, и так далее. У всех были вытащены фотоаппараты, все были одеты в одни и те же футболки, типа Биг Бен тур. Все, кроме одной. Я заметил ее стоящей позади, она просто смотрела на меня. Привлекательная женщина, наверное, чуть за сорок, с очень темными длинными волосами, немного бледная, я даже подумал, что, наверное, она — англичанка. Казалось, что она в группе с этими туристами, так как стояла рядом с ними.
После того, как группа, наконец, сделала достаточно фотографий и поняла, что я не засмеюсь, туристы пошли дальше. Все, кроме бледной женщины, которая стояла и продолжала смотреть на меня. Я видел достаточно людей, которые делали какую-то тупую херню в расчете на мою реакцию, но вот это было чем-то новеньким.
Женщина была упорной. Два часа и тысячи туристов спустя она все еще стояла на том же самом месте, просто не отрывая от меня глаз. День был очень жарким, и нет никакой вероятности, что ей было комфортно там стоять, но я не вру, она стояла спокойнее, чем я. Она не улыбалась, и это было странно, если она хотела развести меня на эмоции. Примерно полчаса спустя, когда толпа возле меня медленно рассосалась, она сделала шаг в мою сторону. Потом другой. «Сейчас будет шутка» — подумал я, пока она, не спеша, подбиралась ближе.
Она остановилась примерно в полуметре от меня. Смотрела прямо мне в глаза. Наклонила голову налево, потом направо, наверное, так она пыталась меня рассмешить. Потом я понял, что эта женщина здесь не для того, чтобы шутить. Все еще стоя в полуметре от меня, она начала наклоняться ко мне. В ее манерах было что-то жуткое, из-за чего мне стало крайне не по себе. Она не переставала смотреть мне в глаза и продолжала наклоняться ко мне, хотя ее ноги вообще не двигались. Ее лицо замерло в миллиметрах от меня, вся поза казалась неестественной. Ее голова начала трястись, ну, знаешь, когда ты выходишь из бассейна или из душа, и тебе холодно, понимаешь?
А потом, потом она напугала меня до дрожи. Бывало, что люди кричали прямо мне в лицо, один раз какой-то идиот даже пытался подраться со мной, но то, что сделала она, было гораздо хуже. Она открыла свой рот, как будто собиралась крикнуть как можно громче на меня, но не издала ни звука. Ни единого. Она просто стояла там, наклоненная под неестественным углом, в миллиметрах от моего лица, издавая сраный беззвучный крик из своего широко открытого рта. И она дрожала все сильнее и быстрее. И хотя этот день был очень жарким, мне стало холодно, под моей формой бегали мурашки. Я собрал свои чувства в кулак и начал маршировать в сторону от нее — нам позволено делать 10 шагов время от времени.
Когда я проделал ровно 10 шагов, я остановился и закрыл глаза. Я просто хотел, чтобы она исчезла, когда я повернусь. И когда я сделал разворот на 180 градусов, меня тут же парализовало. Она стояла прямо передо мной, наклоненная к моему лицу, рот открыт еще шире, голова судорожно трясется. Я был так растерян и напуган, что не мог даже хоть как-то отреагировать. Шум, крики, и все остальное, с чем мне приходилось иметь дело, но, черт, это безмолвное, жуткое поведение, честное слово, просто испугало меня.
«Дорогу Королевской Гвардии!» — закричал я. Нам позволено говорить это, когда кто-то стоит у нас на пути. Она никак не отреагировала, но на пару сантиметров отклонилась от моего лица.
Страница 1 из 6
