Арсенал

Вокруг посадочных площадок группировались системы ПВО, которые яростно обстреливали великана. А тот смеялся: эти выстрелы не причиняли никакого вреда — куртка и кожаные перчатки спасали превосходно. Одной рукой гигант ел бутерброд с колбасой, другой — превращал в пыль ненавистных врагов. Но это длилось не долго: из антресолей вылетел отряд штурмовиков. Тактические бомбардировщики, хоть и летели не так проворно, но жалили гораздо больнее. Имея на вооружении ракеты класса земля— воздух, они представляли серьезную угрозу здоровью юного воина. Он сразу почувствовал сильные прижигания в области шеи. Гнева ЗАВОЕВАТЕЛЯ не было предела. Он как мельница махал руками, пытаясь достать надоедливых «насекомых». Множество успел сбить, пока один из них не заложил крутой вираж и не попал исполину точно в глаз. Летчик наверно сразу дали героя. Но Женя про это вряд ли узнает, да ему это не важно. Его занимает лишь адская боль в глазу и страх. Страх за то, что с глазиком случилось что-то не то. Что-то ужасное. Ведь раньше, не дай Бог, если что-то попадало в глаз маленькому Женечке, он бежал к маме и орал, что было сил. Мама пугалась до смерти, хватала его, лечила, лечила, потом целовала, успокаивая, до бесконечности. Знала бы она тогда что с глазиком-то случиться. А Женя тоже не знал, но предполагал. Он выронил мухобойку и побежал в свою комнату, но по пути запнулся большим тяжелым резиновым сапогом о ящик с инструментами, который забыл убрать и со страшным грохотом упал, подвернув ногу. Он заревел, не сдерживаясь больше, слезы и слюни текли по лицу и по подбородку. Одной рукой он зажал глаз, другой помогал себе ползти, потому что на ногу опереться не мог.

Было уже восемь вечера, когда Женя встал с дивана и, хромая побрел в ванную. Глаз опух настолько, что видеть им мальчик уже не мог. Включил воду и стал промывать. При малейшем касании боль усиливалась, и вскоре он решил бросить это занятие. Чувство мести вновь захватило его существо. Женя набрал ведро воды, пошел в злополучную комнату и с порога плеснул под шкаф. Пусть будет протечка — ничего, лишь бы восторжествовала справедливость. Потом — еще одно ведро под кровать, другое — под диван. Из-под кровати вынесло обратной волной несколько десятков танков. Женя быстро побежал на кухню, схватил швабру, метнулся назад, захлопнул за собой дверь, чтобы коричневые не полетели вслед за ним. Как ураган влетел в комнату, принялся крушить все, что мог достать своей шваброй. Вдруг сверху кто-то атаковал великана — это были те же злополучные штурмовики. Гигант тут же развернулся и выскочил с поля боя, предусмотрительно закрыв за собой дверь. Он очень боялся повредить второй глаз. «Надо бы позвонить другу Лехе, — без подкрепления тут не обойтись. А вдвоем-то мы справимся» — внезапно осенило Женю. Он подошел к тумбочке, на которой стоят телефон, поднял трубку, но гудков не услышал. Такого он не ожидал. Перерезали связь.«Да как это возможно! Как они догадались» — крутилось в Жениной голове. На него стали накатывать волны страха. Он не хотел больше оставаться у себя дома ни минуты. Надел ботинки, взял ключи, деньги. Подошел к входной двери, сдвинул щеколду… Дверь не открылась. Женя толкнул, потом толкнул еще сильнее, навалился всем телом, — никакого эффекта. Дверь была заварена. Вдоль контура двери снизу и немного сбоку виднелись следы микросварки. Женя испугался еще сильнее, стал кричать и бить кулаками в дверь. Сзади раздался какой-то звук. Женя инстинктивно обернулся и увидел, как с полки смотрят нацеленные на него маленькие ракеты. Не успел опомниться, как произошли пуски ракет, и воздух наполнился взрывами и облаками ядовитых испарений. Женя чуть не потерял сознание. Он выбежал из тамбура, соединявшего конец коридора и лестничную площадку и ввалился в спасительную комнату — похоже единственное место, где еще не было маленьких вредителей. Его рвало так сильно, как никогда в жизни. Приступы повторялись каждые несколько минут. Женя увидел кровь, его рвало кровью. Это длилось бесконечно. Наконец он успокоился, обмяк на кровати. Совершенно ослаб. Он был голоден, к тому же болела голова. Женя принял аспирин, еще какие-то таблетки от отравления, какие, — даже не смотрел. Рухнул на диван. Это были серые. Они обосновались в тамбурочке, где размещались продукты длительного хранения: консервы, соленья, варенья, овощи и прочее. Из этих–то ингредиентов они и создали химическое оружие, которым отравили великого воина. Еще они успели заварить входную дверь, и он оказался в ловушке. Женя это понимал. Но теперь бежать было невозможно, и в нем рождалась решительность, благодаря которой он должен был победить. Это его битва. Против созданий, которых превосходил по размерам в сотни раз. Которые трепетали перед ним, и он не мог проиграть.

Женя надел на себя несколько пар штанов, пальто, зимнюю шапку, сапоги и перчатки. Не забыл надеть респиратор из аптечки, нацепил солнцезащитные очки. Взял швабру сказал вслух: «Сейчас будет произведена небольшая уборочка». И засмеялся.