— Ну что, в этом году археологический сезон окончен? — спросил Коля, плюхнувшись в кресло.
Добавить в моё избранное
32 мин, 47 сек 8243
А знаешь, что самое странное? У меня есть копии записей как минимум из пяти деревень, в которые расселились беженцы. И все, без исключения, повторяют одну и ту же историю. Рассказы совпадают даже в мелочах! Вот что действительно непонятно!
Повисла тишина. Такого мы не ожидали. Первым прервал молчание я:
— Ну а что же случилось с ними дальше? Ведь не из-за троих же исчезнувших селяне покинули обжитое место? В конце концов, пропавший дед мог просто помереть от старости. Хотя, непонятно, где три дня пропадало тело. Но, опять же, и здесь возможны варианты. Хотя, представить, конечно, трудно. Но, допустим, его нашли замерзшим где-нибудь на улице, принесли, да и положили в ограду. Мужик тот, который Анисим, вообще мог пару дней пропьянствовать где-нибудь, а потом поймать что-то наподобие белой горячки. Такое тоже случается, и весьма часто. Единственное, что непонятно, так это ситуация с мальцом. Так ведь на то он и малец, чтоб ему за каждым деревом черти мерещились. Провел ночь в зимнем лесу. От такого кто хочешь поседеет…
Саня покачал головой:
— Думал. Всякие варианты просчитывал. Но вы просто не знаете, о чем рассказывают дальше.
— Слушаем.
— Итак…
— Саня передернул плечами.
— Даже не знаю, как все это следует понимать, но… в общем…
— Да не тяни уже! — сорвался нетерпеливый Коля.
— Что там у них дальше было? Кикиморы из болот поперли?
— Почти… Только хуже. Неделю спустя после загадочных исчезновений и возвращений, селяне вновь услышали… Ну вы поняли что, да? А потом с северных болот полезли мертвецы.
— Какие еще мертвецы?
— А вот такие: пятого числа на опушке появился парень лет восемнадцати от роду. Но, самое странное, что он был в летней одежде и мокрый. Когда его стали спрашивать, откуда он, и чей сын будет, то отрок огорошил мужиков известием, что он сын Меланьи Власовой. А той Меланье уже восьмой десяток шел, и сын ее утоп на озере лет тридцать назад. Мальчишки местные видели, как он упал с мосточка, да и не вынырнул больше. Не смогли они ему помочь. А и те мальчишки уже сами были мужиками в годах. Они тоже опознали младшего Власова. Вот тут-то уже всем жутко стало. Народ попрятался по избам, и выходить во двор боялся. А покойники, тем временем, продолжали идти. Вернулся охотник Трофим, которого много лет назад медведь в тайге задрал. Ходит, стучит в ставни да в двери, и впустить просит: «Это я, Трофим. Я от медведя убег. Отворите!». А сам не постарел ни на день. Только шрамы страшные на лице от медвежьих лап. Три дня бродили покойники по деревне, а потом их видно не стало. Должно быть, разбрелись по окрестностям. На четвертый день собрались селяне на площади, обсудили все, да и решили покинуть родные края. А тут, откуда ни возьмись, со стороны болот опять нечисть поперла. Какие-то скоморохи с чертями. Бегут. И прямо в сторону собрания. Ну, мужики не растерялись, похватали вилы и топоры, да и перебили нечисть. Благо, этих скоморохов совсем немного было. Побросали их в большой амбар, и поручили бабам собираться. Вот, кто что успел прихватить, с тем и ушли. А дома со всем добром оставили.
Саня замолчал и повернулся к нам.
— Ну как вам?
— Не знаю, Саня… Но я никогда не слышал ничего подобного. Ну, то есть, байки деревенские мне слышать, конечно же, доводилось. Но чтобы вот так, в официальных документах… Скажи, а разве за столько лет никто не отправил туда какую-нибудь экспедицию?
— Не знаю. Дело в том, что данных по этой местности очень мало. Большинство под грифом «Секретно». Но вовсе не из-за деревни. Дело в том, что в пятидесятые годы там неподалеку располагался военный полигон. Ну, вы знаете, что тогда по всей стране шли разработки самого оружия массового поражения. Ядерные бомбы, водородные… Впрочем, это к делу не относится. Полигон построили через шестьдесят с лишним лет после того, как деревню покинул последний житель. Да и простоял он там недолго. Через пару лет там произошел пожар, да еще и оружейные склады рванули. В общем, военные забросили его, но, все равно, долгое время никого туда не пускали. В общем, и впрямь дурное место какое-то. Вот и военные там надолго не задержались.
— Нет, парни, — отозвался Коля.
— Вы как знаете, а я туда не поеду. Не люблю я все эти места нехорошие…
— Коля, да брось, — вмешался я.
— Ты правда во все это веришь?
— Нет, конечно! Но и на пустом месте слухи не рождаются. Если целое село решило сбежать, то ведь не от того, что им в темноте что-то показалось! Вот ты говоришь — чушь, да? А про Семена Свиридова слышал?
— Это который депутатом был? Да кто ж про него не слышал? Свиридов — тот еще маньячина! Днем политикой занимался, а по ночам убийства планировал. Но ведь по телевидению передавали, что он шизофреник был. Раздвоением личности, кажется, страдал. Сам не отдавал себе отчет в том, что творил.
— Шизофреник…
Повисла тишина. Такого мы не ожидали. Первым прервал молчание я:
— Ну а что же случилось с ними дальше? Ведь не из-за троих же исчезнувших селяне покинули обжитое место? В конце концов, пропавший дед мог просто помереть от старости. Хотя, непонятно, где три дня пропадало тело. Но, опять же, и здесь возможны варианты. Хотя, представить, конечно, трудно. Но, допустим, его нашли замерзшим где-нибудь на улице, принесли, да и положили в ограду. Мужик тот, который Анисим, вообще мог пару дней пропьянствовать где-нибудь, а потом поймать что-то наподобие белой горячки. Такое тоже случается, и весьма часто. Единственное, что непонятно, так это ситуация с мальцом. Так ведь на то он и малец, чтоб ему за каждым деревом черти мерещились. Провел ночь в зимнем лесу. От такого кто хочешь поседеет…
Саня покачал головой:
— Думал. Всякие варианты просчитывал. Но вы просто не знаете, о чем рассказывают дальше.
— Слушаем.
— Итак…
— Саня передернул плечами.
— Даже не знаю, как все это следует понимать, но… в общем…
— Да не тяни уже! — сорвался нетерпеливый Коля.
— Что там у них дальше было? Кикиморы из болот поперли?
— Почти… Только хуже. Неделю спустя после загадочных исчезновений и возвращений, селяне вновь услышали… Ну вы поняли что, да? А потом с северных болот полезли мертвецы.
— Какие еще мертвецы?
— А вот такие: пятого числа на опушке появился парень лет восемнадцати от роду. Но, самое странное, что он был в летней одежде и мокрый. Когда его стали спрашивать, откуда он, и чей сын будет, то отрок огорошил мужиков известием, что он сын Меланьи Власовой. А той Меланье уже восьмой десяток шел, и сын ее утоп на озере лет тридцать назад. Мальчишки местные видели, как он упал с мосточка, да и не вынырнул больше. Не смогли они ему помочь. А и те мальчишки уже сами были мужиками в годах. Они тоже опознали младшего Власова. Вот тут-то уже всем жутко стало. Народ попрятался по избам, и выходить во двор боялся. А покойники, тем временем, продолжали идти. Вернулся охотник Трофим, которого много лет назад медведь в тайге задрал. Ходит, стучит в ставни да в двери, и впустить просит: «Это я, Трофим. Я от медведя убег. Отворите!». А сам не постарел ни на день. Только шрамы страшные на лице от медвежьих лап. Три дня бродили покойники по деревне, а потом их видно не стало. Должно быть, разбрелись по окрестностям. На четвертый день собрались селяне на площади, обсудили все, да и решили покинуть родные края. А тут, откуда ни возьмись, со стороны болот опять нечисть поперла. Какие-то скоморохи с чертями. Бегут. И прямо в сторону собрания. Ну, мужики не растерялись, похватали вилы и топоры, да и перебили нечисть. Благо, этих скоморохов совсем немного было. Побросали их в большой амбар, и поручили бабам собираться. Вот, кто что успел прихватить, с тем и ушли. А дома со всем добром оставили.
Саня замолчал и повернулся к нам.
— Ну как вам?
— Не знаю, Саня… Но я никогда не слышал ничего подобного. Ну, то есть, байки деревенские мне слышать, конечно же, доводилось. Но чтобы вот так, в официальных документах… Скажи, а разве за столько лет никто не отправил туда какую-нибудь экспедицию?
— Не знаю. Дело в том, что данных по этой местности очень мало. Большинство под грифом «Секретно». Но вовсе не из-за деревни. Дело в том, что в пятидесятые годы там неподалеку располагался военный полигон. Ну, вы знаете, что тогда по всей стране шли разработки самого оружия массового поражения. Ядерные бомбы, водородные… Впрочем, это к делу не относится. Полигон построили через шестьдесят с лишним лет после того, как деревню покинул последний житель. Да и простоял он там недолго. Через пару лет там произошел пожар, да еще и оружейные склады рванули. В общем, военные забросили его, но, все равно, долгое время никого туда не пускали. В общем, и впрямь дурное место какое-то. Вот и военные там надолго не задержались.
— Нет, парни, — отозвался Коля.
— Вы как знаете, а я туда не поеду. Не люблю я все эти места нехорошие…
— Коля, да брось, — вмешался я.
— Ты правда во все это веришь?
— Нет, конечно! Но и на пустом месте слухи не рождаются. Если целое село решило сбежать, то ведь не от того, что им в темноте что-то показалось! Вот ты говоришь — чушь, да? А про Семена Свиридова слышал?
— Это который депутатом был? Да кто ж про него не слышал? Свиридов — тот еще маньячина! Днем политикой занимался, а по ночам убийства планировал. Но ведь по телевидению передавали, что он шизофреник был. Раздвоением личности, кажется, страдал. Сам не отдавал себе отчет в том, что творил.
— Шизофреник…
Страница 3 из 10
