Ашвагхоша рассказывает в своей поэме «Буддхачарита»(XIX, 12 13), что когда Будда посетил место своего рождения, Капилавасту, — впервые после своего озарения, — он продемонстрировал какие то«чудесные силы» (сиддхи). Чтобы убедить народ в своей духовной силе и подготовить его к обращению, он поднялся в воздух и разрезал свое тело на куски, которые бросил на землю, а затем соединил вновь под удивленными взглядами зрителей.
Добавить в моё избранное
31 мин, 40 сек 7265
Как можно заметить, в случае Первобытного Ткача представлена та же ситуация, как в случае Космического Паука: он соответствует либо Солнцу, либо надличному главе (атман — Брахман), либо личному Богу. Но какова бы ни была природа или форма его проявления, Создатель во всех этих контекстах — «ткач»; а это значит, что он держит прикрепленными к себе невидимыми нитями или веревками Миры и существа, которые производит (точнее, которые «извергает» из себя).
Стать и существовать во Времени, длиться — значит быть задуманным Создателем и оставаться связанным с ним нитью. Даже когда — уже во время Брахман, но особенно в период упанишад — усиленно подчеркивается необходимость «объединения» и сочленения дыхания, чтобы образовать Бессмертное Лицо, атман, всегда есть«создание»; должны быть созданы средства доступа к состоянию Надличного существа; должно быть выковано орудие, которым человек добывает бессмертие. Достойно внимания, что даже в упанишадах (где проблема совершенно иная: как описать невыразимый опыт открытия и завоевания Самости?) образ нити используется по отношению к атману. Представляется поэтому, что главные течения архаической индийской духовности питались той мощной мыслью, что все живущее, действительное, существующее (либо во Времени, либо в Безвременье) — это, по существу, хорошо слаженное и сочлененное единство. До открытия, что бытие едино, индийское мышление уяснило, что разбросанность и несвязанность равноценны небытию; что для истинного существования нужны единство и цельность. И наиболее подходящими образами для выражения всего этого были нить, паук, ткань и ткачество. Паутина прекрасно показывала возможность «объединить» пространство из Центра, связывая вместе четыре главных пункта.
Эти образы и размышления — продукт глубокого опыта. Каждый раз, как человек осознает свою истинную, экзистенциальную ситуацию, т, е, свой особый образ существования в Космосе, и принимает этот способ существования, он выражает эти решающие ощущения образами и мифами, которые потом займут привилегированное положение в духовной традиции человечества. Тщательный анализ приведет к вторичному открытию тех экзистенциальных ситуаций, которые возбудили индийский символизм нити и ткани.
Космогоническое творчество, как и сам космос, символизируются актом ткачества. В брахманах Вселенная существует, потому что все ее части в порядке, потому что пространственно временная структура растянута в результате жертвоприношения. Но эта идея тканья Вселенной и сочленения Праджапати тайной магией жертвоприношения не очень древняя. Праджапати, который истощает и ослабляет себя, создавая Мир, богов и всех живых существ, представляет исключительную для брахман идею. Но даже для брахман Вселенную создал именно Праджапати, и жертвоприношение только продлевает его существование. Экзальтация всемогущего жертвоприношения не должна заставить нас упустить из виду тот факт, что брахманы тоже считали Космос имеющим автора.
Солнце, Боги или Брахман «ткут» Мир. Ткань же зависит от ткача. Вселенная сделана кем то другим, и, более того, она прикреплена веревками к своему творцу. Творение не абсолютно отделено от Творца: оно прикреплено к нему Пуповиной. Это важно, потому что в таком случае Миры и существа не«свободны» и не могут быть свободными«. Они не могут двигаться по собственной воле. Нить, связывающая их с Творцом, сохраняет им жизнь, но также приводит к зависимости.» Жизнь«эквивалентна либо» тканью«тайной Силой, ткущей Вселенную, Время и Жизнь, либо прикреплению невидимой нитью к Космократору (Солнце, Брахман или личный Бог). В обоих случаях» жить» — значит принимать условия, быть в зависимости от кого то другого. Этот» кто то другой«может быть Богом или безличным Началом, тайным и трудно определяемым, но его присутствие чувствуется во всем мирском существовании; действительно, каждое живое существо чувствует, что оно — результат собственных действий и чего то другого, того факта, что оно» соткано«т, е, навсегда прикреплено к собственному прошлому. Оно чувствует, что составляет» ткань«а» ткань«в определенном пункте индийских размышлений начинает считаться нерушимой — в том смысле, что» тканье«больше не прекращается смертью данной личности, а продолжается от одного существования к другому, составляя фактически причину бесчисленных переселений душ.»
Вероятно, один из корней идеи кармы следует искать в размышлениях о космической ткани и структуре, образуемой постоянным рядом жертвоприношений. Мы не будем здесь разбирать проблему происхождений этой идеи. Скажем только, что оформляется она не среди религиозных людей, которые ощущают себя прикрепленными как бы нитями к личному Богу; она влияет на мышление, только когда сделано открытие, что человек — результат собственных ритуальных действий, т, е, когда он чувствует себя связанным с самим собой и привязанным к себе.
Стать и существовать во Времени, длиться — значит быть задуманным Создателем и оставаться связанным с ним нитью. Даже когда — уже во время Брахман, но особенно в период упанишад — усиленно подчеркивается необходимость «объединения» и сочленения дыхания, чтобы образовать Бессмертное Лицо, атман, всегда есть«создание»; должны быть созданы средства доступа к состоянию Надличного существа; должно быть выковано орудие, которым человек добывает бессмертие. Достойно внимания, что даже в упанишадах (где проблема совершенно иная: как описать невыразимый опыт открытия и завоевания Самости?) образ нити используется по отношению к атману. Представляется поэтому, что главные течения архаической индийской духовности питались той мощной мыслью, что все живущее, действительное, существующее (либо во Времени, либо в Безвременье) — это, по существу, хорошо слаженное и сочлененное единство. До открытия, что бытие едино, индийское мышление уяснило, что разбросанность и несвязанность равноценны небытию; что для истинного существования нужны единство и цельность. И наиболее подходящими образами для выражения всего этого были нить, паук, ткань и ткачество. Паутина прекрасно показывала возможность «объединить» пространство из Центра, связывая вместе четыре главных пункта.
Эти образы и размышления — продукт глубокого опыта. Каждый раз, как человек осознает свою истинную, экзистенциальную ситуацию, т, е, свой особый образ существования в Космосе, и принимает этот способ существования, он выражает эти решающие ощущения образами и мифами, которые потом займут привилегированное положение в духовной традиции человечества. Тщательный анализ приведет к вторичному открытию тех экзистенциальных ситуаций, которые возбудили индийский символизм нити и ткани.
Космогоническое творчество, как и сам космос, символизируются актом ткачества. В брахманах Вселенная существует, потому что все ее части в порядке, потому что пространственно временная структура растянута в результате жертвоприношения. Но эта идея тканья Вселенной и сочленения Праджапати тайной магией жертвоприношения не очень древняя. Праджапати, который истощает и ослабляет себя, создавая Мир, богов и всех живых существ, представляет исключительную для брахман идею. Но даже для брахман Вселенную создал именно Праджапати, и жертвоприношение только продлевает его существование. Экзальтация всемогущего жертвоприношения не должна заставить нас упустить из виду тот факт, что брахманы тоже считали Космос имеющим автора.
Солнце, Боги или Брахман «ткут» Мир. Ткань же зависит от ткача. Вселенная сделана кем то другим, и, более того, она прикреплена веревками к своему творцу. Творение не абсолютно отделено от Творца: оно прикреплено к нему Пуповиной. Это важно, потому что в таком случае Миры и существа не«свободны» и не могут быть свободными«. Они не могут двигаться по собственной воле. Нить, связывающая их с Творцом, сохраняет им жизнь, но также приводит к зависимости.» Жизнь«эквивалентна либо» тканью«тайной Силой, ткущей Вселенную, Время и Жизнь, либо прикреплению невидимой нитью к Космократору (Солнце, Брахман или личный Бог). В обоих случаях» жить» — значит принимать условия, быть в зависимости от кого то другого. Этот» кто то другой«может быть Богом или безличным Началом, тайным и трудно определяемым, но его присутствие чувствуется во всем мирском существовании; действительно, каждое живое существо чувствует, что оно — результат собственных действий и чего то другого, того факта, что оно» соткано«т, е, навсегда прикреплено к собственному прошлому. Оно чувствует, что составляет» ткань«а» ткань«в определенном пункте индийских размышлений начинает считаться нерушимой — в том смысле, что» тканье«больше не прекращается смертью данной личности, а продолжается от одного существования к другому, составляя фактически причину бесчисленных переселений душ.»
Вероятно, один из корней идеи кармы следует искать в размышлениях о космической ткани и структуре, образуемой постоянным рядом жертвоприношений. Мы не будем здесь разбирать проблему происхождений этой идеи. Скажем только, что оформляется она не среди религиозных людей, которые ощущают себя прикрепленными как бы нитями к личному Богу; она влияет на мышление, только когда сделано открытие, что человек — результат собственных ритуальных действий, т, е, когда он чувствует себя связанным с самим собой и привязанным к себе.
Страница 5 из 10
