— Это он?
Добавить в моё избранное
9 мин, 15 сек 11293
Президент взглянул через стеклянную стену на человека в красном пиджаке и коричневых брюках, меряющего шагами помещение.
— Да. Он до сих пор не совсем понимает, зачем мы пригласили его сюда.
Губы лидера североамериканской державы еле заметно искривились.
— Неудивительно.
Сам профессор Антониус был не то что удивлён, а пожалуй что несколько раздражён. Ещё недавно он был на симпозиуме по стратегическим задачам освоения дальнего космоса, доказывая непрактичность и пустую претенциозность некоторых обрисованных общественности проектов. Несколькими часами позже он сидел в уютном кафе этажом ниже в окружении коллег, расслабившись и благодушно философствуя на отвлечённые темы. Но неожиданно в разгар шутливой беседы к нему подошёл невысокий человек в сером, предъявил документы и вежливо попросил последовать за ним.
Профессор Антониус не осмелился воспротестовать. Быть может, сказался впитанный вместе с кровью матери-славянки пиетет к властям.
— Садитесь, — вымолвил наконец человек напротив. Человек, которого учёному его скромного ранга едва ли суждено было когда-то видеть вживую.
Он помолчал немного, барабаня пальцами по поверхности зеркального стола.
— Вы занимались рассмотрением проекта добычи минералов астероидного пояса?
— Занимался.
— На мгновение профессор поколебался, не добавить ли «мистер президент».
— Проект оказался в настоящее время бесперспективным, как я убедительно показал на ряде примеров. Искусственный интеллект, на который возлагали столько надежд, не способен справиться со многими непредсказуемыми ситуациями, неполный список которых я представил собранию. Отдельную проблему представляет саморепликация, точность которой при заданных условиях…
Пытаясь переводить свой доклад с научного языка на обыкновенный, профессор не мог отогнать назойливое чувство недоумения.
С каких это пор лидера Соединённых Штатов Америки интересует добыча минералов на астероидах, этот сугубо теоретический проект, разработанный гиками и попавший в топ обсуждения на волне популизма? Даже если вдруг в США и вообще на Земле исчерпались некие стратегические ресурсы, повод ли это вызывать его, профессора Антониуса, для беседы с самим президентом?
— Коллеги говорят, что вы были не очень-то довольны содержанию собственного доклада, — негромко заметил президент, перелистывая какие-то бумаги.
Профессор поморщился.
— Я думаю, мало кто идёт в космическую отрасль с изначальным намерением тормозить освоение космоса, мистер президент. Будь результаты моих исследований иными, я бы обрадовался этому сам.
Президент задумчиво кивал, перебирая бумаги. После чего неожиданно спросил:
— А о чём вы беседовали с коллегами этажом ниже, по окончании доклада, если не секрет? Извините, если я несколько бестактен…
— Ах, это.
— Профессор невольно покраснел. И утёр от пота взопревшие губы.
— Обычный неакадемический трёп, как бывает у нас. Вначале мы шутливо обсуждали старые титаномахические проекты освоения космоса, вроде взрыволётов. Потом перешли к обсуждению корабля поколений как концепции. Хокинс сослался на хрестоматийную историю с «Биосферой-2» давним экспериментом по попытке создать замкнутый круговорот органических веществ под стеклянным колпаком, как на доказательство того, что сама идея«судна поколений» хрупка и неустойчива.
— Вы заявили, что основной проблемой «корабля поколений» является проблема не техническая и не биологическая, а социальная.
Президент не спрашивал. Он утверждал.
— Ну… да.
— Профессор вяло дёрнул рукой.
— Психология и социология вне сфер моей компетенции, сами понимаете, это была просто вольная болтовня за рюмкой кьянти.
— Но высказанные вами предположения были достаточно здравыми.
— Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы изображать Капитана Очевидность, — с неожиданной язвительностью откликнулся профессор Антониус.
— Каждому видно, что любой человеческий социум представляет собой нечто трудноконтролируемое. Если бы на Земле всегда была кнопка, нажатие которой может уничтожить Землю или заставить её лететь в обратную сторону вокруг Солнца, её бы нажали уже десять тысяч раз, несмотря на последствия. Любой корабль поколений, пущенный к звёздам, летящий века с тысячами людей на борту, скорее взорвётся или повернёт назад — хотя бы попытается повернуть — чем выполнит задачу в соответствии с намеченным. Уравнения психоистории пока остаются лишь мечтой, а возможное противоядие — строительство фундаментального режима со священной идеологией на борту — так же ненадёжно, как и все попытки построить тоталитарный режим на Земле.
— В вашем голосе слышно разочарование, — заметил вполголоса президент.
Потянувшись рукой к шкафчику, он извлёк оттуда бутылку со светлым золотистым напитком и пару бокалов, после чего кинул на собеседника вопросительный взгляд.
— Да. Он до сих пор не совсем понимает, зачем мы пригласили его сюда.
Губы лидера североамериканской державы еле заметно искривились.
— Неудивительно.
Сам профессор Антониус был не то что удивлён, а пожалуй что несколько раздражён. Ещё недавно он был на симпозиуме по стратегическим задачам освоения дальнего космоса, доказывая непрактичность и пустую претенциозность некоторых обрисованных общественности проектов. Несколькими часами позже он сидел в уютном кафе этажом ниже в окружении коллег, расслабившись и благодушно философствуя на отвлечённые темы. Но неожиданно в разгар шутливой беседы к нему подошёл невысокий человек в сером, предъявил документы и вежливо попросил последовать за ним.
Профессор Антониус не осмелился воспротестовать. Быть может, сказался впитанный вместе с кровью матери-славянки пиетет к властям.
— Садитесь, — вымолвил наконец человек напротив. Человек, которого учёному его скромного ранга едва ли суждено было когда-то видеть вживую.
Он помолчал немного, барабаня пальцами по поверхности зеркального стола.
— Вы занимались рассмотрением проекта добычи минералов астероидного пояса?
— Занимался.
— На мгновение профессор поколебался, не добавить ли «мистер президент».
— Проект оказался в настоящее время бесперспективным, как я убедительно показал на ряде примеров. Искусственный интеллект, на который возлагали столько надежд, не способен справиться со многими непредсказуемыми ситуациями, неполный список которых я представил собранию. Отдельную проблему представляет саморепликация, точность которой при заданных условиях…
Пытаясь переводить свой доклад с научного языка на обыкновенный, профессор не мог отогнать назойливое чувство недоумения.
С каких это пор лидера Соединённых Штатов Америки интересует добыча минералов на астероидах, этот сугубо теоретический проект, разработанный гиками и попавший в топ обсуждения на волне популизма? Даже если вдруг в США и вообще на Земле исчерпались некие стратегические ресурсы, повод ли это вызывать его, профессора Антониуса, для беседы с самим президентом?
— Коллеги говорят, что вы были не очень-то довольны содержанию собственного доклада, — негромко заметил президент, перелистывая какие-то бумаги.
Профессор поморщился.
— Я думаю, мало кто идёт в космическую отрасль с изначальным намерением тормозить освоение космоса, мистер президент. Будь результаты моих исследований иными, я бы обрадовался этому сам.
Президент задумчиво кивал, перебирая бумаги. После чего неожиданно спросил:
— А о чём вы беседовали с коллегами этажом ниже, по окончании доклада, если не секрет? Извините, если я несколько бестактен…
— Ах, это.
— Профессор невольно покраснел. И утёр от пота взопревшие губы.
— Обычный неакадемический трёп, как бывает у нас. Вначале мы шутливо обсуждали старые титаномахические проекты освоения космоса, вроде взрыволётов. Потом перешли к обсуждению корабля поколений как концепции. Хокинс сослался на хрестоматийную историю с «Биосферой-2» давним экспериментом по попытке создать замкнутый круговорот органических веществ под стеклянным колпаком, как на доказательство того, что сама идея«судна поколений» хрупка и неустойчива.
— Вы заявили, что основной проблемой «корабля поколений» является проблема не техническая и не биологическая, а социальная.
Президент не спрашивал. Он утверждал.
— Ну… да.
— Профессор вяло дёрнул рукой.
— Психология и социология вне сфер моей компетенции, сами понимаете, это была просто вольная болтовня за рюмкой кьянти.
— Но высказанные вами предположения были достаточно здравыми.
— Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы изображать Капитана Очевидность, — с неожиданной язвительностью откликнулся профессор Антониус.
— Каждому видно, что любой человеческий социум представляет собой нечто трудноконтролируемое. Если бы на Земле всегда была кнопка, нажатие которой может уничтожить Землю или заставить её лететь в обратную сторону вокруг Солнца, её бы нажали уже десять тысяч раз, несмотря на последствия. Любой корабль поколений, пущенный к звёздам, летящий века с тысячами людей на борту, скорее взорвётся или повернёт назад — хотя бы попытается повернуть — чем выполнит задачу в соответствии с намеченным. Уравнения психоистории пока остаются лишь мечтой, а возможное противоядие — строительство фундаментального режима со священной идеологией на борту — так же ненадёжно, как и все попытки построить тоталитарный режим на Земле.
— В вашем голосе слышно разочарование, — заметил вполголоса президент.
Потянувшись рукой к шкафчику, он извлёк оттуда бутылку со светлым золотистым напитком и пару бокалов, после чего кинул на собеседника вопросительный взгляд.
Страница 1 из 3
