И она рассказала случай с их подругой (всегда в текстах ФИО изменяю), как говорится, «хоть плачь». А вот плакать или смеяться - решать вам.
Добавить в моё избранное
12 мин, 0 сек 189
Она не могла купить сигареты, потому стала полнеть. Муж стал унижать и поднимать руку. И она однажды сбежала. Но куда, не знала, и не знала, насколько далеко город. Словом, поймал, избил и велел закопать…
Так, этот рассказ слушала и Люба — женщина с каменным сердцем и больной душой. А добродушная, приятной внешности, молодая женщина, которая умудрилась сбежать из своего городка, где ее живьем закопали, чудом выжила. Где-то работала, накопила деньги и оказалась здесь. Даже шмотки показывала свои покупки из сэконда хэнда, радовалась, как ребенок! Вкус у нее был хороший. «Я курю, потому что, если не курить, я быстро толстею!» Такое я уже слышала, но это плацебо. Она бы жила и жила с нами, потому что помогли бы ей, если бы не эта ревнивая к городу бабища.
Люба быстро собрала свои вещи, и место освободилось. Как правило, святое место пусто не бывает, на следующее утро поселилась Ната.
Кто как работу ищет, но волка ноги кормят — это касается многих. Так, пешком, за десять дней, с трудом, но нашла работу, а потому, что днем до 23ч в комнате происходит, не могла знать. Работать и спать, даже ужин пропускала, чтобы лучше выспаться, сон тоже как питание. Утром без завтрака — экономия, а муж с жиру бесится да еще ему всё мало.
Мы, после ухода женщины, которая в пятьдесят выглядела как старуха, которой на пятки наступает восьмой десяток, очень быстро подружились. С Ната и Настя чаще виделись, потому после работы вместе ходили по магазинам или ездили на базар.
Потом подруга Нади — Сима, которая в метро уборщицей работала, присоединилась к нашей дружной компании. Вместо Лены, которая вынуждена была съехать из-за неадекватной бабенции, поселилась и восьмидесятилетняя бабушка Ада, которая легко залезала по лесенке на второй ярус над Надей: «Мне барбер (» всё равно«наполовину казашка, наполовину русская), где спать!» Бабушка была веселой, компанейской, травила анекдотами, как она говорила, что на заводе была в ученом совете, а теперь сдает квартиру. Так что, такие жили у нас из местных (Валера поссорился с женой и месяц занимал место, не работал, спал и пил — выгнал: молодая девушка делала ремонт — жила два месяца и съехала — хорошая девочка). И, как Люба,«среди людей» живет наша Ада: одинокие люди находят выход из положения. А ведь с хорошими людьми везде комфортно. (Сразу напишу, что это, возможно, был единственный в городе хостел, в центре, где охранник был строгим, п. ч, как нам сказали, что у него мать пила, вроде, сгорела в квартире, и с тех лет он не выносит пьяных женщин). А так, в других хостелах и пьют, и еще хуже, спят и не стыдятся (местные опять же). Так что, если хотите жить долго, то сначала узнайте (не у админов, они не скажут правды, хотя и сказали бы, но, как совет — работают админы годами, без выходных и круглосуточно, чаще, кому за тридцать, и на родине могут купить квартиры, а зарплата неплохая, плюс подарки, нередко впускают чужих за деньги, переночевать или даже пожить, и ты не знаешь об этом, как жилец, не удивительно, что и ноуты пропадают, и телефоны, и зарядки, даже из холодильница ночью забирают продукты, а наутро их след простыл. При нас одна дочь с матерью, жена дальнобойщика, пакет притащили, мы думали, их, а утром многие плакали, что пропала еда и завтраки! Грех берут!
Но с этого времени у нас «семья» стала стабильной и год жили вместе как сестры. После работы с порога — шутки, смех, словом, крепкая веселая компания. Но мы помнили про«детское» время, не любили, тогда переходили на шепот. Хохотать шепотом не получалось, потому решили не наглеть, хоть уже живем там больше долго (от года до почти трех — это я долгожителем оказалась). Это потом так было, а пока — о первом полугодии.
Ната нашла работу в кафе посудомойщицей, довольная и счастливая, отработала (мы ищем работу, чтобы платили ежедневно, а я еще искала, где можно обедать, чтобы сэкономить на еде, ведь за жилье платить для меня одной было в первый год очень трудно), и она быстро накопила на телефон. И сразу же позвонила Насте, сообщила, что идет домой.
Мы убрали лишнее со стола, которые завсегдатаи в обычные дни, и сделали ей сюрприз. Но потом ее ожидал совсем другой «сюрприз». И не только ей досталось.
Чай готов, печЕньки сухие, разломанный «Доширак» который женщины использовали вместо семечек, вместо варенья — тюбиковые джемы из магазина. Поели, поздравили и легли: отбой.
Вдруг, как гром среди ясного неба, затрезвонил телефон да так громко, что Симка своим мужским голосом заматерилась семиэтажным матом: проснулись все. Ната еще не знала свои сигналы, потому не поняла, что это ее подержанный орет благима матом, будто соревнуется с Симой. Спала она крепко, поэтому не слышала. Интеллигентная Надя на правах подруги пошла ее будить:
— Никто мне не может позвонить, потому что я номер никому не давала, кроме вас! — и сразу отрубилась.
Стоило нам начать засыпать, как телефон, будто проверял наши нервы, звонил снова долго и настойчиво.
Так, этот рассказ слушала и Люба — женщина с каменным сердцем и больной душой. А добродушная, приятной внешности, молодая женщина, которая умудрилась сбежать из своего городка, где ее живьем закопали, чудом выжила. Где-то работала, накопила деньги и оказалась здесь. Даже шмотки показывала свои покупки из сэконда хэнда, радовалась, как ребенок! Вкус у нее был хороший. «Я курю, потому что, если не курить, я быстро толстею!» Такое я уже слышала, но это плацебо. Она бы жила и жила с нами, потому что помогли бы ей, если бы не эта ревнивая к городу бабища.
Люба быстро собрала свои вещи, и место освободилось. Как правило, святое место пусто не бывает, на следующее утро поселилась Ната.
Кто как работу ищет, но волка ноги кормят — это касается многих. Так, пешком, за десять дней, с трудом, но нашла работу, а потому, что днем до 23ч в комнате происходит, не могла знать. Работать и спать, даже ужин пропускала, чтобы лучше выспаться, сон тоже как питание. Утром без завтрака — экономия, а муж с жиру бесится да еще ему всё мало.
Мы, после ухода женщины, которая в пятьдесят выглядела как старуха, которой на пятки наступает восьмой десяток, очень быстро подружились. С Ната и Настя чаще виделись, потому после работы вместе ходили по магазинам или ездили на базар.
Потом подруга Нади — Сима, которая в метро уборщицей работала, присоединилась к нашей дружной компании. Вместо Лены, которая вынуждена была съехать из-за неадекватной бабенции, поселилась и восьмидесятилетняя бабушка Ада, которая легко залезала по лесенке на второй ярус над Надей: «Мне барбер (» всё равно«наполовину казашка, наполовину русская), где спать!» Бабушка была веселой, компанейской, травила анекдотами, как она говорила, что на заводе была в ученом совете, а теперь сдает квартиру. Так что, такие жили у нас из местных (Валера поссорился с женой и месяц занимал место, не работал, спал и пил — выгнал: молодая девушка делала ремонт — жила два месяца и съехала — хорошая девочка). И, как Люба,«среди людей» живет наша Ада: одинокие люди находят выход из положения. А ведь с хорошими людьми везде комфортно. (Сразу напишу, что это, возможно, был единственный в городе хостел, в центре, где охранник был строгим, п. ч, как нам сказали, что у него мать пила, вроде, сгорела в квартире, и с тех лет он не выносит пьяных женщин). А так, в других хостелах и пьют, и еще хуже, спят и не стыдятся (местные опять же). Так что, если хотите жить долго, то сначала узнайте (не у админов, они не скажут правды, хотя и сказали бы, но, как совет — работают админы годами, без выходных и круглосуточно, чаще, кому за тридцать, и на родине могут купить квартиры, а зарплата неплохая, плюс подарки, нередко впускают чужих за деньги, переночевать или даже пожить, и ты не знаешь об этом, как жилец, не удивительно, что и ноуты пропадают, и телефоны, и зарядки, даже из холодильница ночью забирают продукты, а наутро их след простыл. При нас одна дочь с матерью, жена дальнобойщика, пакет притащили, мы думали, их, а утром многие плакали, что пропала еда и завтраки! Грех берут!
Но с этого времени у нас «семья» стала стабильной и год жили вместе как сестры. После работы с порога — шутки, смех, словом, крепкая веселая компания. Но мы помнили про«детское» время, не любили, тогда переходили на шепот. Хохотать шепотом не получалось, потому решили не наглеть, хоть уже живем там больше долго (от года до почти трех — это я долгожителем оказалась). Это потом так было, а пока — о первом полугодии.
Ната нашла работу в кафе посудомойщицей, довольная и счастливая, отработала (мы ищем работу, чтобы платили ежедневно, а я еще искала, где можно обедать, чтобы сэкономить на еде, ведь за жилье платить для меня одной было в первый год очень трудно), и она быстро накопила на телефон. И сразу же позвонила Насте, сообщила, что идет домой.
Мы убрали лишнее со стола, которые завсегдатаи в обычные дни, и сделали ей сюрприз. Но потом ее ожидал совсем другой «сюрприз». И не только ей досталось.
Чай готов, печЕньки сухие, разломанный «Доширак» который женщины использовали вместо семечек, вместо варенья — тюбиковые джемы из магазина. Поели, поздравили и легли: отбой.
Вдруг, как гром среди ясного неба, затрезвонил телефон да так громко, что Симка своим мужским голосом заматерилась семиэтажным матом: проснулись все. Ната еще не знала свои сигналы, потому не поняла, что это ее подержанный орет благима матом, будто соревнуется с Симой. Спала она крепко, поэтому не слышала. Интеллигентная Надя на правах подруги пошла ее будить:
— Никто мне не может позвонить, потому что я номер никому не давала, кроме вас! — и сразу отрубилась.
Стоило нам начать засыпать, как телефон, будто проверял наши нервы, звонил снова долго и настойчиво.
Страница 2 из 4
