Адский Кузнец: День Последний

Джон не мог разобраться в своих чувствах, но в любом случае, он стоял уже не у края скалы, как раньше, но чуть ближе к красному сиянию. Еще ближе нельзя: чудовище раньше времени просунет лапу в дверь и схватит человека. Но и отходить дальше смысла нет: нельзя дать существу ни одной лишней секунды! Джон слегка согнулся, будто хищное животное, готовое к прыжку. Сжав ладони в кулаки, он держал руки перед собой, словно готовился к нападению не двухметрового демона, а обычного человека.

— Давай, тварь! Иди сюда, — сквозь зубы бормотал он.

— Ты, конечно, сожрешь меня, но не раньше, чем я вырву тебе твой паучий глаз.

«Жаль, я без оружия»…, — подумал Джон, и что-то сразу промелькнуло в его уме. Оружие! Это место и оружие… Кончено! Он так был занят подготовкой к грядущему сражению, что совсем забыл о ржавом мече лежавшем почти у него под ногами. Огненная дверь была еще достаточно маленькой: он еще мог успеть. Джон прыгнул к мечу, схватил его и тотчас вернулся назад. Он крепко сжимал в обеих руках старый меч: все лучше, чем бить монстра кулаками. Дверь значительно увеличилась — надо быть начеку. Джон, будучи неуверен, что у него получиться достаточно сильный рубящий удар, перехватил меч по-другому: лезвием вниз, словно жрец, готовый принести жертву богам, словно воин, казнящий противника, смиренно склонившегося перед ним.

Вот появилось существо. Охотник бросился на жертву, а жертва — на охотника. Камни окропила кровь. Пять острых когтей распороли живот Джона, и он поймал в руку свои кишки. Но не раньше, чем воткнул меч глубоко в плечо демона. Чудовище громко завизжало: словно разом взвизгнуло стадо свиней. Темная кровь потекла из его раны. Джон стоял перед кричащим монстром, держа в руках свою плоть, и улыбался: чудовищу можно навредить, чудовищу можно отомстить! Взмах черной руки — и шея человека хрустнула. «Ничего, мы все начнем сначала!» — подумал умирающий. Что это было? Злость? Жажда мести? Азарт битвы? Так или иначе, Джон уже начал радоваться своему«бессмертию»… День ТРИДЦАТЬ СЕДЬМОЙ Джон очнулся с улыбкой на лице. Еще бы: перед смертью он все-таки отрубил твари лапу. Конечно, тварь снова вылезет из огня целая и невредимая: она восстанавливалась не хуже самого Джона. Но это означало, что он все лучше и лучше обращался с оружием. Сначала ранил тварь в плечо, на следующий раз раздробил чудищу колено. Потом вспорол ему брюхо, потом бил туда, где должно было находиться сердце, но чудовище осталось живо: либо сердце его было в другом месте, либо существо вообще в нем не нуждалось. А было и так, что Джон отсек твари три пальца на лапе. А в другой раз — оба хелицера! Чего он только ни отрубал своему врагу… Тридцать два раза он возрождался с того момента, как взял в руки меч, тридцать два раза ранил чудовище. Конечно и сам умирал столько же раз: демон то разрывал его на части, то ломал ему кости, то протыкал когтями насквозь… Не важно… Джон подошел к лежащему на привычном месте мечу, не слишком острому, но тем не менее пригодному для борьбы, медленно поднял его и лениво и неторопливо встал на «исходную позицию». Пламенеющие врата вновь отворились. Чудовище, выпрыгнув из огня, попыталось схватить агрессивную жертву лапами, но Джон резко упал на землю (он ожидал такое нападение -он хорошо изучил тактику чудовища), подкатился твари под ноги и одним сильным ударом отсек мохнатую ступню. Чудовище громко взвыло, в недоумении расставив руки в стороны, и, не удержав массу своего тела на одной ноге, завалилось на бок. Мститель же вскочил на ноги и, перепрыгнув тушу зверя, отсек его паучью голову. Голова упала и, прокатившись несколько метров, остановилась.

— Так тебе, тварь! — крикнул Джон и пнул ногой голову, отчего та подлетела к обрыву и сгинула в огненной бездне. Холодное пламя портала охватило труп существа и вскоре исчезло вместе с ним.