Адский поезд

Он рванулся в дальний край вагона. Здесь был его склад. Тела обеих проводниц уже высохли. Они походили на шелуху. Несколько пассажиров доходили до кондиции. Накаченный слюной толстый чиновник был еще жив.

— Х-ш-ш-ш-ш, — проговорил он.

— Пощади, — простонал мужчина.

— Есть, — ответил он.

— Ты говоришь?

— Есть…

— О боже…

— Ты не умрешь. Ты будешь чувствовать себя жидким в моем желудке. Муки только начинаются. И это — твой путь, ш-ш-ш-ш-ш. Мы все течем туда, к нему!

… Он поклонился дьяволу на портрете.

Величественный лик.

Рога, уходящие в бесконечность.

Величие космоса.

— Вы, люди, идете против! — сказал он сам себе. — Идете против него. Строите космические корабли. Создаете новые технологии. Но все определено. Вы пытаетесь восстать против этого! Дьявол велик. Он повсеместен!

Костя поклонился. В глаза ему ударил яркий свет. В течении мгновений казалось, что этот свет ярче тысячи солнц. Он зажмурился. Мир ожил, наполнившись звуками.

Стук колес.

Поезд.

Он лежал на полу, и вокруг него были разбросаны комки разрезанной паутины. Костя приподнялся, упал, сделал несколько шагов. За окном неслись ярко-коричневые поля. Костя достиг тамбура и там перевел дыхание.

— Вася точно погиб? — спросил Роман.

— Это точно. Точнее не бывает, — ответил Костя, — я не понимаю, почему вы так спокойны.

— А я и сам не знаю, — ответил Роман, — ощущение спокойное. Ничего не могу с собой поделать. Казалось бы, надо вопить от ужаса. А я ничего и не понимаю. Что это?

— И я, — сказал Алёша, — может, это — наркотики?

— Я тоже так думаю, — согласился с ним Колёк.

— Видите, — заключил Саша, — ребята уверены, что все это подстроено.

— Хорошо, — ответил Костя, — есть желающие сходить на свидание к пауку? — спросил Костя.

— Хотите, я скажу свое мнение, — сказал Петькин, — я до сих пор думаю, что все не так, каким нам кажется. Но, если Вася погиб, значит — это так и есть. Они не будут церемониться. Жизнь одного человека для них ничего не значит. Они действуют во благо идеи.

— Кто — они? — спросила Аня.

— Они? Да кто угодно! Если хочешь знать, то я просто уверен, что все это подстроено спецслужбами. Ты слышала про нейропрограммирование?

— НЛП? — спросил Алеша.

— НЛП — это не совсем то. На самом деле, это методика предназначена для задуривания мозгов менеджерам.

— У меня есть статья, — сказал Саша, — я специально ее готовил.

— Специально? — спросил Алеша. — Может, брат, ты еще чего-нибудь делал. Специально. Просто молчишь и нам не говоришь. А пора, пора уже открыться. Тут такое происходит, а ты материальчики какие-то готовил. Это вот…

— И что? — не понял Саша.

— Ты не правильно понял, — произнесла Аня, — Саша просто…

— Хорошо. Саша просто. А паук?

— Это нюансы, — вдруг сказал Костя.

— Еще один гений, твою мать! — разозлился Алеша. — Я не могу понять…

— А правда, — сказал Роман, — как-то все запутанно.

— Ничего запутанного, — произнес Саша, — всему должно быть объяснение. Я просто пытаюсь все разложить по полочкам. А вы нервничаете. Я не приемлю паники.

— А кто ты такой? — спросил Алеша.

— Что значит, кто я такой?

— Ты не приемлешь? А я, может, царь горох!

— Пусть продолжит, — произнес Колёк, — может, чего путного скажет.

— А если это говно пролезет сюда? — спросил Роман. — Мы тут сидим, а оно прорывается?

— Не прорвется, — ответил Алеша., — даже если и прорвется. Мы его толпой запинаем. Он без паутины своей никто.

— Может, он уже там плетёт? — спросил Колек.

Он выглянул в коридор.

— Чо? — спросил Роман.

— Не, не плетет.

— Не плетёт? А сам он — там?

— Нет, нет никого.

— И то хорошо.

— Хорошо, — решил Алеша.

Вообще, многие знают, что человек в различных ситуациях проявляет себя по-разному. Кто-то падает, кто-то опускается, кто-то, наоборот, становится лидером. Но Алеша вовсе не становился лидером. Все это было временно, как файл tmp. У него был всплеск, и в этот момент, казалось, он бы раскидал все преграды, что были вокруг него. Если бы была толпа, которая могла пойти за ним, он бы стал tmp-лидеров. И, казалось бы, толпа была — это были Роман и Колёк. Но Колёк был сам в себе, а у Романа было мало агрессии, и он вообще был против агрессии. Саша же был явно энергичнее и умнее, и ничего не оставалось, как смириться.

Но еще некоторое время Алеша резонировал.

— Хорошо, — сказал Роман, — Алеш, давай конкретнее. Кто виноват?

— Откуда я знаю.

— Но ты так говоришь, как будто кто-то виноват.

— Откуда я знаю. Я ничего не знаю.

— Ну чего тогда орать, — произнес Колёк, — нам надо вместе решать. Разногласия ни к чему.

— Все — одно, — сказал Костя.

— Это почему? — Алёша попытался, было, за него зацепиться.

— Я говорю, все — одно.

— Так. И чо?

— У тебя паника? — спросил Саша Петькин.

— Почему у меня паника? — осведомился Алеша.

— Не знаю, почему.

— Да, хорош, — согласился Роман, — у Саши есть какие-то мысли. А мы тут кипешуем.

— Вот-вот.

— Ну ладно, — Алеша стал успокаиваться, — я чо. Я — ничо. Как скажите. Ладно. Я только хотел, как лучше.