CreepyPasta
Тысячи страшных историй из жизни, которых, возможно, и не было...

Адский рай

Фандом: Гарри Поттер. После победы над Волдемортом в Хогвартсе организован дополнительный курс для тех, кто не смог окончить школу в позапрошлом, 1998, учебном году. Гарри, Гермиона, Рон и многие другие вновь возвращаются к учёбе. Казалось бы, всё должно быть хорошо — враги повержены, наступила новая мирная жизнь. Однако героев ждут испытания иного рода. На этот раз проверке подвергнутся незыблемая дружба и взаимная любовь.

317 мин, 21 сек 23323
— Эй! — Джинни увязалась за ней, — может, уже объяснишь, что происходит?

— Ничего не происходит. — Получилось совсем не искренне. — О чем ты? — Гермиона опять надела маску непонимания.

— Ты ведешь себя странно! Вы поссорились с Гарри? — Джинни упрямо скрестила руки и оперлась о стол, всем своим видом показывая, что намерена получить ответы на свои вопросы.

— Нет, — Гермиона вцепилась в спинку стула. — Вовсе нет!

— Мы же подруги! Мне-то ты можешь рассказать! Я же вижу: что-то не так! Я чувствую. Иначе ты бы с ним уже давно поговорила…

— Просто не подворачивался случай, — спокойно ответила Гермиона, ослабляя хватку, — мне правда нужно заниматься, Джинни, извини…

Гермиона села за стол и придвинула к себе книги, взятые в библиотеке. Джинни посверлила её взглядом, но поняв, что та больше ничего не скажет, тряхнула непослушными волосами и достала учебники. Гермиона какое-то время тупо всматривалась в текст, потом решила, что в одиночестве соображать станет легче, поэтому, собрав сумку и пожелав Джинни спокойной ночи, поднялась в спальню. Рон сегодня остался с Симусом в Большом зале играть в шахматы, они могли просидеть до ночи, и ждать его смысла не было. Гермиона, с облегчением обнаружила, что спальня пуста: Парвати нашла себе парня и возвращалась в последнее время поздно, а другая соседка Лаванда Браун очень часто вообще не приходила ночевать, по той же причине. Гермиона бросила сумку на стул, села на кровать и взяла в руки книгу. Ей вспомнились вечера, когда Гарри с Роном играли в шахматы, а она сидела рядом с учебником и они все вместе смеялись. Как же было хорошо! Спокойно и уютно…

— Гермиона!

Гермиона поморщилась и почувствовала, что лежит на книге.

— Привет, Парвати, я тут задремала, — она медленно поднялась и положила книгу на тумбочку.

— Тебе, дорогая, надо меньше заниматься.

Гермиона только грустно улыбнулась: она никогда не занималась меньше, чем сейчас! Парвати надела пижаму и мигом уснула, чему Гермиона очень позавидовала, ведь у нее сна не было ни в одном глазу.

«Наконец-то утро!» — подумала Гермиона, когда в сотый раз посмотрела на часы. Она всю ночь промучилась от бессонницы. Как тут уснёшь?! Это казалось какой-то пыткой, а время все тянулось и тянулось, как будто специально продлевая каждую секунду. Гермиона села и почувствовала себя совершенно вымотанной, она бросила взгляд в окно и обнаружила, что идет снег, мягкие хлопья прилипали к стеклу и сразу таяли. На душе вдруг стало легче, захотелось радоваться первому снегу, играть в снежки, как ребенок, и не думать ни о чем. Гермиона подбежала к окну и заворожено смотрела на легкий белый пух, казалось, он придавал ей сил. Она вдруг поняла, что очень хочет увидеть Гарри, ей больше не хотелось прятаться от него, как было после первого поцелуя. Перед зеркалом Гермиона нахмурилась: под глазами залегли тёмные круги — следы бессонной ночи; вздохнула и, разбудив Парвати, пошла умываться. После душа сил прибавилось, и она даже смогла выслушать «увлекательный» рассказ Парвати о ее вчерашнем свидании.

— Доброе утро, Миа, — Рон смотрел, как Гермиона спускается с лестницы, и радостно скалился.

Как только она достигла последней ступеньки, Рон кинулся с объятиями, склонился над ней, словно коршун, и поцеловал неожиданно пылко. Да что с ним сегодня? Гермиона не привыкла к таким поцелуям с Роном, и вообще, раньше ей казалось, что самые лучшие поцелуи — нежные и неглубокие, но Гарри доказал, что это не так. Она непроизвольно отстранилась, изогнувшись назад, и недоуменно улыбнулась ему.

— Привет! Смотрю, ты сегодня в ударе! — сказала она, глядя на Рона снизу вверх.

— Я просто соскучился! — он помог ей выпрямиться и поцеловал еще раз, но уже нежно.

Гермионе всегда нравилось целоваться с Роном, но сейчас его поцелуи казались холодными и безжизненными, и она вдруг с ужасом поняла, что начала сравнивать Рона с Гарри.

— Гермиона, ты помнишь, что мне обещала? Насчет выходных, — Рон поцеловал ее в шею и многозначительно улыбнулся.

— Э-э-э, помню, но…

— Никаких но! И кстати, ты сама предложила! Помнишь? — Он взял ее за руку.

Черт, правда! Вот дура! Зачем она пообещала? Она не готова! Не с Роном… Но ведь она хотела именно этого и была уверена, что никто кроме Рона ей не нужен, может, и сейчас не нужен… Возможно, Гарри — это просто помутнение рассудка, которое скоро пройдет, и всё вернется на свои места. Ведь страсть и желание проходят, а любовь остается. Только вот любит ли она Рона? Наверное, да. По крайней мере, раньше она в этом не сомневалась.

— Рон, мы опоздаем на завтрак.

Продолжать эту больную тему не хотелось ещё и оттого, что она вдруг вспомнила, как готова была заняться любовью с Гарри прямо в раздевалке, и ее даже не волновало, что дверь не заперта. О чем она думала? Ах да, она же тогда не думала вообще…

За гриффиндорским столом Гарри веселил шуточками Джинни и Парвати, те заливались смехом. Почему ему так легко? Гермионе эта картина совсем не понравилась, и она нарочно шумно села за стол.
Страница 17 из 87
Насколько страшно?
Оценок пока нет
Авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставлять комментарии