Адский рай

Гермионе показалось, что еще одно его движение и у нее случится оргазм, больше не было сил справляться с его рубашкой, и она яростно разорвала ее, последние три пуговицы покатились на кровать. Она застонала, исступлённо лаская его обнаженный торс. Гарри переместил руку с ее груди на живот и начал расстегивать джинсы, покрывая поцелуями ее плечо. Гермиона даже не представляла, что такая страсть как у них вообще может существовать на свете и была уверена, что никто в мире не испытывал такого желания как они. Бешеное биение сердца, прерывистое дыхание, ощущение его тела, его близости — это было так волшебно… В секунду расстегнув джинсы, Гарри дотронулся до кружев ее влажных трусиков. Гермиона не могла сдерживать стонов и закрыла глаза, наслаждаясь его страстными прикосновениями. Он проник пальцами под кружевную ткань, удерживая Гермиону другой рукой. Гермиона выгнулась от удовольствия и перестала дышать, волна оргазма накрыла ее, погружая в полное блаженство… Гарри приник к ее губам и нежно провел пальцами вверх до ее груди, оставляя влажный след. Гермиона не разрывая поцелуя, поднялась и стала торопливо расстегивать его ремень.

Послышались шаги и стук дверей.

— Гермиона, тебя… — Парвати, не веря своим глазам, оцепенела.

Гарри и Гермиона вмиг отпрянули друг от друга.

— … Рон… искал, — выдавила она.

Гермиона в испуге уставилась на подругу и отдернула блузку, Гарри потерянно сел, пытаясь восстановить дыхание.

— Я потом зайду, — Парвати деревянно развернулась и вышла за дверь.

Гарри сокрушённо опустил голову на руки. Гермиона медленно начала приходить в себя, и наконец осознала, что произошло. Парвати их увидела! И не было уверенности, что она никому не скажет.

— Гарри, — она осторожно положила руку ему на плечо, — я поговорю с ней. Попрошу, чтобы она никому не проболталась! — с безнадежностью в голосе произнесла Гермиона.

— Не в ней дело, — горько произнёс Гарри, — дело в нас! В том, что мы творим. — Он обреченно посмотрел на Гермиону.

— Гарри, только не говори, что все это было ошибкой! Потому что я уже не смогу без тебя! — она беспомощно вглядывалась в его глаза.

— Гермиона, мне лучше спуститься в гостиную, пока сюда не зашли Рон или Джинни, — Гарри мрачно посмотрел на нее, встал с кровати и начал застегивать рубашку, которая по-прежнему была в крови, к тому же лишилась половины пуговиц. — А еще лучше переодеться.

— Серьезно? — раздраженно проговорила Гермиона, — и кто из нас делает вид, что ничего не было? — Почему-то захотелось зареветь.

— Послушай! — Гарри присел на корточки перед Гермионой и нежно обхватил ладонями ее лицо, — неужели ты думаешь, что я способен сейчас сделать вид, что ничего не было? Что я не предавал друга? И неужели ты думаешь, что я смогу без тебя?! — он посмотрел на нее ласковым, но полным боли взглядом.

Гермиона погладила его по щеке. Гарри блаженно закрыл глаза. Гермиона больше всего хотела, чтобы он не уходил, казалось, если она его сейчас отпустит, то никогда больше не почувствует вкус его губ. И поймала себя на мысли, что это самое ужасное, что может случиться.

Гарри аккуратно убрал ее руку и встал.

— Мы все обсудим. Я что-нибудь придумаю, — он грустно улыбнулся ей и пошел к двери.

Гермионе захотелось соскочить с кровати, подбежать к нему и целовать, целовать… Но она не двинулась с места. Потому что после этого она бы точно не смогла его отпустить… Дверь хлопнула, Гарри ушел… Гермиона неподвижно застыла на постели, будто приросла к ней, понимая, что попала в полную неизлечимую зависимость от Гарри. Она повалилась на спину и закрыла глаза, наслаждаясь воспоминаниями… В кого она превращается?

Слезы предательски подступали к горлу. Жизнь казалась несправедливой. Почему она должна ненавидеть себя за то, что испытывает к Гарри? Она же не виновата… Никто не виноват… Как же невыносимо больно оттого, что она не может быть с ним рядом!

В комнату зашла Парвати и присела на свою кровать.

— Расскажешь или нет? — робко спросила она.

Гермиона неуверенно посмотрела на соседку.

— Я никому не проболталась! — преданно выпалила Парвати. — И не собираюсь.

Гермиона благодарно кивнула, и тут слезы взяли свое, сдержать их не получилось. Она упала на постель и уткнулась в подушку, буквально захлебываясь от собственного отчаяния. Парвати подбежала к ней.

— Герми, ну что такое? — она погладила ее по волосам, — все будет хорошо!

У Гермионы началась настоящая истерика после ее слов. Парвати совсем сбилась с толку и торопливо бросилась к тумбочке, доставая пузырек с успокоительным.

— Гермиона, вот выпей. Выпей!

Гермиона оторвалась от подушки и, давясь слезами, одним залпом осушила стакан.

— Парвати, ты не представляешь как мне плохо! — всхлипывала Гермиона, успокоившись.

— Попробую понять, если расскажешь, — Парвати озабоченно смотрела на нее. — Что у тебя с Гарри?

— Ты же видела, — Гермиона все еще всхлипывала. — Ты, наверное, думаешь, что я подлая?

— Ты разлюбила Рона?

— Нет. Не знаю… Я не знаю, — выдохнула Гермиона.