Фандом: Гарри Поттер. После победы над Волдемортом в Хогвартсе организован дополнительный курс для тех, кто не смог окончить школу в позапрошлом, 1998, учебном году. Гарри, Гермиона, Рон и многие другие вновь возвращаются к учёбе. Казалось бы, всё должно быть хорошо — враги повержены, наступила новая мирная жизнь. Однако героев ждут испытания иного рода. На этот раз проверке подвергнутся незыблемая дружба и взаимная любовь.
317 мин, 21 сек 23334
Гермиона ничего не ответила, только потянула Рона за руку к выходу из гостиной. У доски объявлений стояла Джинни, она прохладно поздоровалась с Гермионой, хотя, может, так показалось. Гермиону саму в последнее время начала раздражать Джинни. Странно, что она раньше могла спокойно смотреть на их с Гарри поцелуи… Сейчас бы она этого не вынесла. Стоило об этом подумать, как подошел Гарри и, бросив на Гермиону быстрый взгляд, повернулся к Джинни:
— Ты сегодня просто обворожительна, детка, — со всем обаянием промурлыкал он. И тут же повернулся к Гермионе, показывая, что игра продолжается.
Джинни раскраснелась и заворожено улыбнулась Гарри. Гермиона посмотрела на него с ядовитой яростью, от такого взгляда впору умереть на месте. Рон безнадежно покачал головой и, повернувшись к Гермионе, повел за руку к выходу.
— Что-то не так? — нахмурился Рон. — Ты же вроде хотела, чтобы они были вместе, — он указал на идущего впереди Гарри.
Тот непринуждённо болтал с Симусом.
— Я и не против, просто Гарри… он же использует Джинни, — Гермиона сверлила спину Гарри взглядом.
— Гермиона, успокойся! Гарри с ней так не поступит, я надеюсь. Хотя… мне их общение тоже не очень нравится. Но что делать? Ты же знаешь, как Джинни страдала, так что…
— Что значит «что делать»?! Ты же ее брат! Мог бы хотя бы поговорить с Гарри!
— Я с ним уже говорил, короче, это их дела. И, кстати, мама будет только рада, если Гарри и Джинни снова будут вместе. Мне кажется, что она вообще только об этом и мечтает.
Гермиона недовольно поджала губы, она чувствовала себя подлой и гадкой эгоисткой. Ей ну никак не хотелось верить в то, что Гарри, действительно, еще любит Джинни. Как же перестать испытывать к Гарри нечто большее, чем дружба, чтобы все встало на свои места? Как это сделать? И возможно ли это?
— Так ты из-за этого с Гарри как-то странно общаться начала?
О нет! Неужели и Рон заметил!?
— Из-за чего «этого»? — спокойно спросила Гермиона, пытаясь скрыть волнение.
— Ну, из-за Джинни, — объяснил Рон, — боишься за нее? Что он и с ней поиграет и бросит?
— А тебе разве всё равно? — настойчиво спросила Гермиона.
— Я же сказал, это их дела! Джинни уже взрослая и прекрасно знает, на что идет! В конце концов, не могу же я следить за ней всю жизнь! У нее своя голова есть!
Гермиона с сомнением посмотрела на Рона и зашла в класс. Гарри уже сидел за партой. Рон пропустил Гермиону вперед: она всегда садилась на истории магии между Гарри и Роном. Но сейчас ей совсем не хотелось находиться рядом с Гарри или наоборот… очень хотелось. Гарри продолжал беседовать с Симусом и не обратил, или сделал вид, что не обратил внимания на пристроившихся справа Гермиону и Рона. Гермиона почувствовала холод в животе, ну как ей вытерпеть рядом с ним целый урок? Когда появился профессор Бинс, все замолчали и приготовились к нудной лекции. Наверное, только Гермиона была напряжена до предела. Насчет Гарри она не знала, по крайней мере, внешне он выглядел спокойно. Гермиона отвернулась к Рону, но даже спиной ощущала близость Гарри. Когда профессор Бинс велел открыть конспекты и записывать, ей пришлось развернуться обратно. Она не слышала, что диктует профессор, казалось, ее рука машинально записывает лекцию, в ушах шумит, а сердце колотится в ребра. Когда Гарри задел ее локтем, по телу пронесся миллион мурашек, она вздрогнула и бросила на него недобрый взгляд. Гарри тоже посмотрел на нее: «Извини», — шепнул он и вернулся к лекции. Гермиона снова уставилась на свой конспект. У нее опять возникло желание запустить руки в волосы Гарри и прильнуть к губам, вдыхая запах его тела. Она перевела взгляд на Рона, пытаясь хоть так заглушить в себе эти сумасшедшие эмоции. Рон даже оторвался от конспекта и вопросительно посмотрел на нее. Она отвела глаза, сейчас ей захотелось крепко прижаться к Рону, чтобы он защитил ее от самой себя, чтобы вытащил ее из этого болота. «Нет! Я точно отдамся сегодня Рону! Это поможет полюбить его еще больше и забыть про Гарри!» — решила Гермиона. В ней словно сидели две абсолютно разные девушки: одна любит Рона и не сможет его предать, мучается оттого, что целовалась с другим; второй плевать на любовь к Рону, она видит только Гарри, безумно хочет его и будет предавать Рона снова и снова. Они боролись друг с другом мучительно и самозабвенно. Когда одна из них победит, все станет проще…
После истории магии Гермиона, наконец, облегчённо выдохнула. Следующие уроки прошли намного продуктивнее, потому что она сидела рядом с Парвати.
После занятий опять намечалась вечеринка по случаю предстоящих выходных. Гермиона до последнего не знала, что ей делать с сегодняшним вечером. Неужели она вправду займется сексом с Роном? Может, подумать об этом потом?
Присев на кровать, она почувствовала сильную усталость, захотелось лечь и забыть про все, вообще исчезнуть. Но нужно было готовиться к вечеринке, чем уже около часа и занимались Парвати с Алисией.
— Гермиона, ну же, давай! Собирайся! — скомандовала Алисия.
Гермиона только вздохнула и повалилась на постель.
— Ты сегодня просто обворожительна, детка, — со всем обаянием промурлыкал он. И тут же повернулся к Гермионе, показывая, что игра продолжается.
Джинни раскраснелась и заворожено улыбнулась Гарри. Гермиона посмотрела на него с ядовитой яростью, от такого взгляда впору умереть на месте. Рон безнадежно покачал головой и, повернувшись к Гермионе, повел за руку к выходу.
— Что-то не так? — нахмурился Рон. — Ты же вроде хотела, чтобы они были вместе, — он указал на идущего впереди Гарри.
Тот непринуждённо болтал с Симусом.
— Я и не против, просто Гарри… он же использует Джинни, — Гермиона сверлила спину Гарри взглядом.
— Гермиона, успокойся! Гарри с ней так не поступит, я надеюсь. Хотя… мне их общение тоже не очень нравится. Но что делать? Ты же знаешь, как Джинни страдала, так что…
— Что значит «что делать»?! Ты же ее брат! Мог бы хотя бы поговорить с Гарри!
— Я с ним уже говорил, короче, это их дела. И, кстати, мама будет только рада, если Гарри и Джинни снова будут вместе. Мне кажется, что она вообще только об этом и мечтает.
Гермиона недовольно поджала губы, она чувствовала себя подлой и гадкой эгоисткой. Ей ну никак не хотелось верить в то, что Гарри, действительно, еще любит Джинни. Как же перестать испытывать к Гарри нечто большее, чем дружба, чтобы все встало на свои места? Как это сделать? И возможно ли это?
— Так ты из-за этого с Гарри как-то странно общаться начала?
О нет! Неужели и Рон заметил!?
— Из-за чего «этого»? — спокойно спросила Гермиона, пытаясь скрыть волнение.
— Ну, из-за Джинни, — объяснил Рон, — боишься за нее? Что он и с ней поиграет и бросит?
— А тебе разве всё равно? — настойчиво спросила Гермиона.
— Я же сказал, это их дела! Джинни уже взрослая и прекрасно знает, на что идет! В конце концов, не могу же я следить за ней всю жизнь! У нее своя голова есть!
Гермиона с сомнением посмотрела на Рона и зашла в класс. Гарри уже сидел за партой. Рон пропустил Гермиону вперед: она всегда садилась на истории магии между Гарри и Роном. Но сейчас ей совсем не хотелось находиться рядом с Гарри или наоборот… очень хотелось. Гарри продолжал беседовать с Симусом и не обратил, или сделал вид, что не обратил внимания на пристроившихся справа Гермиону и Рона. Гермиона почувствовала холод в животе, ну как ей вытерпеть рядом с ним целый урок? Когда появился профессор Бинс, все замолчали и приготовились к нудной лекции. Наверное, только Гермиона была напряжена до предела. Насчет Гарри она не знала, по крайней мере, внешне он выглядел спокойно. Гермиона отвернулась к Рону, но даже спиной ощущала близость Гарри. Когда профессор Бинс велел открыть конспекты и записывать, ей пришлось развернуться обратно. Она не слышала, что диктует профессор, казалось, ее рука машинально записывает лекцию, в ушах шумит, а сердце колотится в ребра. Когда Гарри задел ее локтем, по телу пронесся миллион мурашек, она вздрогнула и бросила на него недобрый взгляд. Гарри тоже посмотрел на нее: «Извини», — шепнул он и вернулся к лекции. Гермиона снова уставилась на свой конспект. У нее опять возникло желание запустить руки в волосы Гарри и прильнуть к губам, вдыхая запах его тела. Она перевела взгляд на Рона, пытаясь хоть так заглушить в себе эти сумасшедшие эмоции. Рон даже оторвался от конспекта и вопросительно посмотрел на нее. Она отвела глаза, сейчас ей захотелось крепко прижаться к Рону, чтобы он защитил ее от самой себя, чтобы вытащил ее из этого болота. «Нет! Я точно отдамся сегодня Рону! Это поможет полюбить его еще больше и забыть про Гарри!» — решила Гермиона. В ней словно сидели две абсолютно разные девушки: одна любит Рона и не сможет его предать, мучается оттого, что целовалась с другим; второй плевать на любовь к Рону, она видит только Гарри, безумно хочет его и будет предавать Рона снова и снова. Они боролись друг с другом мучительно и самозабвенно. Когда одна из них победит, все станет проще…
После истории магии Гермиона, наконец, облегчённо выдохнула. Следующие уроки прошли намного продуктивнее, потому что она сидела рядом с Парвати.
После занятий опять намечалась вечеринка по случаю предстоящих выходных. Гермиона до последнего не знала, что ей делать с сегодняшним вечером. Неужели она вправду займется сексом с Роном? Может, подумать об этом потом?
Присев на кровать, она почувствовала сильную усталость, захотелось лечь и забыть про все, вообще исчезнуть. Но нужно было готовиться к вечеринке, чем уже около часа и занимались Парвати с Алисией.
— Гермиона, ну же, давай! Собирайся! — скомандовала Алисия.
Гермиона только вздохнула и повалилась на постель.
Страница 27 из 87
