Адский рай

Лекция завершилась, и Гермиона стала собирать вещи. Наверное, она ещё не совсем оправилась после падения, а может, дело в том, что Гарри случайно задел её локтем. Пергамент с лекцией выпал из ослабевшей руки и полетел под парту.

— Акцио, пергамент, — призвала Гермиона, но, видимо, от бессонной ночи совсем позабыла, что не следовало делать это в классе, где полно бумаг. К ней полетел ворох листов и засыпал пол вокруг.

— Ох, мисс Грейнджер, — покачал головой Флитвик.

— Я всё исправлю, профессор, — спохватилась она и стала раскладывать пергаменты на парте.

Нужно было разложить проверенные ученические работы отдельно от непроверенных, а также распределить по классам.

— Я на вас надеюсь, мисс Грейнджер, — сказал Флитвик и отправился на обед.

— Давай помогу, — отозвался Гарри.

Гермиона удивлённо посмотрела на него и опустила глаза под его жарким взглядом. Они в полном молчании разбирали бумаги, случайно соприкасаясь руками, и один раз чуть не столкнулись лбами.

Все уже давно покинули класс, когда пергаменты, наконец, были возвращены на положенные им места. Гермиона с сожалением взглянула на аккуратные стопки. Как жаль, что работа завершилась столь быстро. В кои-то веки они с Гарри делали что-то вместе, и это было прекрасно. Воспоминание об этом будет греть ей сердце, когда она покинет Хогвартс. Она тяжело вздохнула и направилась к выходу, но вдруг услышала:

— Подожди! — и обернулась.

Взгляд Гарри был отчаянно-болезненным. Он долго смотрел ей в глаза и вдруг произнёс:

— Что ты делаешь со мной?

— Я?

— Рядом с тобой я становлюсь сумасшедшим. Словно что-то рвёт мне сердце, и я не знаю, отчего.

Что?! Но ведь она чувствует то же самое! Как объяснить ему? Снова говорить о своей любви? Чтобы услышать в ответ те ужасные слова?

Гермиона посмотрела на него сквозь слёзы: он ведь пренебрёг ею, и обсуждать это — выше её сил.

— Почему ты плачешь? — удивился Гарри.

— Разве ты не знаешь?

— Нет. В последнее время я совсем запутался. У меня будто каша в голове.

— Зато ты твёрдо уверен, что вы с Джинни созданы друг для друга, — с горечью напомнила она.

— Что?

— Вы с Джинни. Созданы друг для друга!

— С чего ты взяла?

— Это твои слова.

— Правда?

— Хватит терзать мне душу, Гарри! Мне осталось четыре дня, и я хочу провести их спокойно! Не желаю больше говорить об этом! — она пошла к выходу, но Гарри вдруг схватил её за плечи и развернул к себе.

— Что происходит? — озадаченно и серьёзно спросил он.

— Ничего. Я уезжаю.

— Куда?

— В Шармбатон.

— Почему?!

— Потому что мне невыносимо находиться рядом с тобой!

Гарри посмотрел на неё, будто получил плевок в лицо. Гермиона, спохватившись, хотела добавить, что ей невыносимо видеть его рядом с другой, но Гарри вдруг отпустил её, мрачно кивнул и торопливо вышел из класса.

Господи, что не так? Всё ведь было предельно ясно: Гарри любит Джинни и жаждет связать с ней жизнь. Теперь выходит, он сам не знает, чего хочет? А Гермиона опять нашла способ его оттолкнуть. Молодец, Грейнджер! На конкурсе «Как отшить любимого» ты получишь первое место!

Что делать?!

Гермиона села за стол и уставилась на свои исхудавшие руки. Вновь накатила бессильная апатия. В голову вдруг полезли воспоминания о словах Снейпа. Мордредовы чары.

Сколько можно думать о Гарри?

Мордредовы чары.

Так она доведёт себя до психического истощения.

Мордредовы чары.

Руки просто опускаются от осознания собственного бессилия что-то изменить. Почему она стала такой слабой? Что с ней?

Мор-дре-до-вы ча-ры. Надо чем-то занять мозг, чтобы вновь почувствовать уверенность в себе. Гермиона встала и решительными шагами направилась в библиотеку.

Глава 15

Мадам Пинс посмотрела на Гермиону поверх очков.

— Мордредовы чары? Хм. Возможно, в разделе Заклинаний.

— Спасибо, я там уже посмотрела, — Гермиона разочарованно вздохнула: библиотекарь ей ничем не помогла.

Она ухлопала уйму времени на поиски сведений об этих треклятых чарах и всё бессмысленно — ни одного упоминания, даже в древнейших источниках. А ведь хогвартская библиотека считается лучшей в Британии. Но, увы, там не оказалось того, о чём с небрежной лёгкостью упоминает Снейп. Может, он их придумал, чтобы подтрунить над Макгонагалл? Звучит довольно бредово.

Гермиона вернулась в гостиную за пять минут до отбоя. В последние дни она привыкла проводить время вне Гриффиндора, чтобы не встречаться с теми, кто может пошатнуть её и без того хрупкое душевное равновесие.

В пустой гостиной сидел Рон. Он прожёг её взглядом, покосился по сторонам, проверяя, нет ли кого, и неожиданно подошёл.

— Я хотел с тобой поговорить.

— Давай поговорим, — Гермиона прижала к себе прихваченные из библиотеки книги и заметила, что рукава мантии Рона выпачканы в грязи. Наверное, он только что с отработки у Хагрида.

— Слушай, я… Мне тебя не хватает.

— Что? — удивилась она.

Всё встало с ног на голову. Рон, который будет ребячиться из последних сил, но никогда не признается, что ему кто-то нужен, вдруг говорит такое!

— Я без тебя не могу. Давай начнём сначала!