Фандом: Гарри Поттер. Что делать, когда твой великолепный и, казалось бы, отлично продуманный план рушится на глазах из-за какой-то нелепой случайности?
59 мин, 48 сек 867
Несколько минут спустя она отстранилась, чтобы произнести лишь:
— Еще…
И Малфой обрадовано украл еще один поцелуй, прежде чем снова позволить ей заговорить.
— Не останавливайся…
Этот полустон продолжил еще один длинный поцелуй. И еще один. В то время как руки их неустанно блуждали по крепко прижимающимся друг к другу телам.
— Но я все равно не доверяю тебе.
— Знаю…
Люциус аппарировал их в спальню, и ближайшие несколько часов в небольшом охотничьем домике, расположенном где-то во Франции, не прозвучало ни одной мало-мальски внятной и согласованной фразы.
Прошло больше суток, когда Гермиона проснулась от жуткого голода. Она вяло потянулась, с удовольствием ощущая приятную боль в мышцах. Стоит заметить, в несколько измученных за последние часы мышцах. Особенно после длительного (почти многолетнего) бездействия, чего уж… Ну, да это неважно.
Потянувшись, Гермиона слегка толкнула в бок лежащего рядом Люциуса.
— Я проголодалась, — сообщила она и, повернувшись на бок, прижалась губами к мочке его уха.
— Тебе прекрасно известно, где в этом доме находится кухня, — пробормотал Малфой, однако, ладонь его сползла на аппетитную ягодицу Гермионы и мягко сжала. — У меня сил нет двинуться с места. Ты же полностью измотала меня своими ненасытными требованиями, женщина. Мне нужно отдохнуть.
— Тебе нужно поесть, — поправила его Гермиона. — И не думаю, что из всех присутствующих ненасытной можно назвать именно меня. Точнее, даже совсем не меня. Я, между прочим, никому не мешала, лежала себе на диванчике и книжку читала, пока ты не искусил меня, не соблазнил и не заставил заниматься самым настоящим развратом.
— О-о… ну конечно! Все именно так и было, — послушно согласился Люциус, отводя копну каштановых волос в сторону, чтобы получить доступ к одному местечку на ее шее, от прикосновений к которому (как было выяснено опытным путем) Гермиона всегда начинала таять.
Увы… столь содержательный диалог остался незаконченным по причине громкого треска аппарации, раздавшегося в соседней комнате.
— Отец! Где ты, сукин сын?! Что ты сделал с Грейнджер?
И прежде, чем оба смогли осознать происходящее, дверь распахнулась. В небольшой спальне, где двое в постели уставились на человека, стоящего в двери, и наоборот, воцарилась изумленная тишина.
А потом раздался возмущенный голос Драко Малфоя:
— Это что… шутка такая, да? — он покачал головой. — Слушай, Грейнджер, я думал, что у тебя со вкусом… хм-м-м… не так все ужасно.
Люциус открыл было рот, чтобы ответить ему, но Драко не дал отцу такой возможности.
— Все! Отпуск окончен. Нам нужно срочно выдвигаться назад в Британию. Мне и так потребовалось почти два дня и целая куча угроз подарить одежду, прежде, чем этот болван Топпи рассказал мне, где вы находитесь, и отменил охранные заклинания. И сделал я это исключительно потому, что Джинни ужасно беспокоилась о твоей судьбе, Грейнджер. Она даже отказалась выходить замуж, пока мы не найдем тебя. Нет, мы, конечно, не скажем ей, какими немыслимыми вещами ты занималась здесь, но учти — свадьба через два часа. И лучше б тебе на нее не опаздывать.
Люциус снова хотел что-то сказать, но сын опять перебил его:
— Что касается тебя, папа… Ты можешь прийти на нашу свадьбу и поприветствовать Джинни как еще одного члена своей семьи. Заметь, поприветствовать с улыбкой и в лучших традициях приличного общества. Или можешь не приходить… Но в этом случае должен будешь смириться с тем, что никогда не увидишь собственных внуков. Которых мы, кстати, собираемся нарожать в количестве игроков команды для квиддича. Выбор остается исключительно за тобой…
Ждать ответа возмущенно раздувающего ноздри отца Драко, конечно же, не стал. Он вышел из комнаты, бросив напоследок через плечо:
— Одевайтесь. Топпи собрал всю нужную одежду. Если вы не будете готовы через сорок пять минут, мне придется аппарировать вас прямо на торжество, независимо от того, во что вы одеты.
После обмена быстрыми и шокированными взглядами Люциус с Гермионой поднялись с кровати и помчались в ванную. Наверное, не стоит упоминать, что готовы они оказались гораздо быстрее, чем прошли сорок пять минут, отпущенные Драко.
Четыре часа спустя свадебный прием был уже в самом разгаре. Джинни и Драко оба сияли от счастья, а Гермиона наконец-то почувствовала облегчение и была крайне рада, что все-таки не пропустила свадьбу лучшей подруги. Сделав из своего бокала еще глоток, она пробежалась взглядом по толпе веселящихся гостей, гадая, куда исчез старший Малфой.
И в этот момент над ухом раздался приглушенный голос:
— Не подарите ли мне танец, мисс Грейнджер?
Гермиона обернулась, чтобы увидеть стоящего у себя за спиной Люциуса. И машинально отметила, что в строгом темно-синем костюме смотрится тот, прямо сказать, изумительно. Слегка улыбнувшись, она протянула ему руку.
— Знаешь, это все равно ничего не меняет, я по-прежнему не доверяю тебе.
— О-о… это мне известно, — отозвался тот, уже кружа ее в туре вальса. — Просто хотел уточнить: не присоединишься ко мне для того, чтобы попробовать десерт?
— Еще…
И Малфой обрадовано украл еще один поцелуй, прежде чем снова позволить ей заговорить.
— Не останавливайся…
Этот полустон продолжил еще один длинный поцелуй. И еще один. В то время как руки их неустанно блуждали по крепко прижимающимся друг к другу телам.
— Но я все равно не доверяю тебе.
— Знаю…
Люциус аппарировал их в спальню, и ближайшие несколько часов в небольшом охотничьем домике, расположенном где-то во Франции, не прозвучало ни одной мало-мальски внятной и согласованной фразы.
Прошло больше суток, когда Гермиона проснулась от жуткого голода. Она вяло потянулась, с удовольствием ощущая приятную боль в мышцах. Стоит заметить, в несколько измученных за последние часы мышцах. Особенно после длительного (почти многолетнего) бездействия, чего уж… Ну, да это неважно.
Потянувшись, Гермиона слегка толкнула в бок лежащего рядом Люциуса.
— Я проголодалась, — сообщила она и, повернувшись на бок, прижалась губами к мочке его уха.
— Тебе прекрасно известно, где в этом доме находится кухня, — пробормотал Малфой, однако, ладонь его сползла на аппетитную ягодицу Гермионы и мягко сжала. — У меня сил нет двинуться с места. Ты же полностью измотала меня своими ненасытными требованиями, женщина. Мне нужно отдохнуть.
— Тебе нужно поесть, — поправила его Гермиона. — И не думаю, что из всех присутствующих ненасытной можно назвать именно меня. Точнее, даже совсем не меня. Я, между прочим, никому не мешала, лежала себе на диванчике и книжку читала, пока ты не искусил меня, не соблазнил и не заставил заниматься самым настоящим развратом.
— О-о… ну конечно! Все именно так и было, — послушно согласился Люциус, отводя копну каштановых волос в сторону, чтобы получить доступ к одному местечку на ее шее, от прикосновений к которому (как было выяснено опытным путем) Гермиона всегда начинала таять.
Увы… столь содержательный диалог остался незаконченным по причине громкого треска аппарации, раздавшегося в соседней комнате.
— Отец! Где ты, сукин сын?! Что ты сделал с Грейнджер?
И прежде, чем оба смогли осознать происходящее, дверь распахнулась. В небольшой спальне, где двое в постели уставились на человека, стоящего в двери, и наоборот, воцарилась изумленная тишина.
А потом раздался возмущенный голос Драко Малфоя:
— Это что… шутка такая, да? — он покачал головой. — Слушай, Грейнджер, я думал, что у тебя со вкусом… хм-м-м… не так все ужасно.
Люциус открыл было рот, чтобы ответить ему, но Драко не дал отцу такой возможности.
— Все! Отпуск окончен. Нам нужно срочно выдвигаться назад в Британию. Мне и так потребовалось почти два дня и целая куча угроз подарить одежду, прежде, чем этот болван Топпи рассказал мне, где вы находитесь, и отменил охранные заклинания. И сделал я это исключительно потому, что Джинни ужасно беспокоилась о твоей судьбе, Грейнджер. Она даже отказалась выходить замуж, пока мы не найдем тебя. Нет, мы, конечно, не скажем ей, какими немыслимыми вещами ты занималась здесь, но учти — свадьба через два часа. И лучше б тебе на нее не опаздывать.
Люциус снова хотел что-то сказать, но сын опять перебил его:
— Что касается тебя, папа… Ты можешь прийти на нашу свадьбу и поприветствовать Джинни как еще одного члена своей семьи. Заметь, поприветствовать с улыбкой и в лучших традициях приличного общества. Или можешь не приходить… Но в этом случае должен будешь смириться с тем, что никогда не увидишь собственных внуков. Которых мы, кстати, собираемся нарожать в количестве игроков команды для квиддича. Выбор остается исключительно за тобой…
Ждать ответа возмущенно раздувающего ноздри отца Драко, конечно же, не стал. Он вышел из комнаты, бросив напоследок через плечо:
— Одевайтесь. Топпи собрал всю нужную одежду. Если вы не будете готовы через сорок пять минут, мне придется аппарировать вас прямо на торжество, независимо от того, во что вы одеты.
После обмена быстрыми и шокированными взглядами Люциус с Гермионой поднялись с кровати и помчались в ванную. Наверное, не стоит упоминать, что готовы они оказались гораздо быстрее, чем прошли сорок пять минут, отпущенные Драко.
Четыре часа спустя свадебный прием был уже в самом разгаре. Джинни и Драко оба сияли от счастья, а Гермиона наконец-то почувствовала облегчение и была крайне рада, что все-таки не пропустила свадьбу лучшей подруги. Сделав из своего бокала еще глоток, она пробежалась взглядом по толпе веселящихся гостей, гадая, куда исчез старший Малфой.
И в этот момент над ухом раздался приглушенный голос:
— Не подарите ли мне танец, мисс Грейнджер?
Гермиона обернулась, чтобы увидеть стоящего у себя за спиной Люциуса. И машинально отметила, что в строгом темно-синем костюме смотрится тот, прямо сказать, изумительно. Слегка улыбнувшись, она протянула ему руку.
— Знаешь, это все равно ничего не меняет, я по-прежнему не доверяю тебе.
— О-о… это мне известно, — отозвался тот, уже кружа ее в туре вальса. — Просто хотел уточнить: не присоединишься ко мне для того, чтобы попробовать десерт?
Страница 16 из 17
