В помещении царил сумрак, едва разгоняемый невнятными, бордово-красными сполохами адского пламени, вырывающегося из непонятной топки с распахнутой настежь толстенной, чугунной дверцей-заслонкой. На дальней от символического входа стене блеклым желтовато-красным пятном, совсем не освещающим мрачные, черные от угольной пыли и копоти стены висела едва различимая «летучая мышь»…
И лишь когда ей до фонтана оставалось пройти не более полудесятка шагов, Лучник сообразил, что нежданная гостья просто изрядно пьяная.
— Ну, и где твой начальничек, мальчик? — громко, вызывающе, как умеют это делать лишь особого рода пьяные вульгарные женщины, готовые в любой момент перейти в разговоре на бешеную истерику, визг и слезы, спросила подошедшая, обращаясь к оперативнику.
Слегка растерявшийся Лучник не успел даже сообразить, что ответить, как из-за густого, но по осеннему времени ничего не скрывающего куста сирени перед скамеечкой появился… Симон, в привычных черных очках, с тростью наперевес, играючи постукивая тяжелым набалдашником по ладони правой руки.
— А ты ждешь комиссара, Лялька? или — Жасмин? или Альфа? А может быть, белокурая Жизель? Как же тебя правильно назвать? Даже не знаю, в растерянности я, однако, — насмешливо ответил агент Преисподней, выручая оперативника, и тут же, вполне понятным жестом показал Лучнику, чтобы тот встал и отошел подальше от скамеечки.
Спорить молодой человек не стал, с заметным выражением облегчения на лице вскочил и быстро скрылся в густой тени.
— Напрасно понадеялась, что комиссар будет искать тебя по всем точкам, где таинственная, глазастая блондинка успела отметиться, — продолжил Симон, вальяжно присаживаясь рядом с молчаливой, будто глубоко задумавшейся о чем-то Нектой.
— Да нужен мне твой комиссар в… — обладающая полудесятком имен девушка смачно выругалась и подняла ко рту зажатую в левой руке и до сих пор как-то незамеченную бутылку с веселенькой голубоватой этикеткой, жадно глотнув ее содержимое.
— А раз он тебе не нужен, зачем же ты пришла сюда? — поддерживая разговор, поинтересовался агент. — Может быть, ты что-то потеряла или забыла вон в том доме?
Симон кивнул на окна злополучного строения, из которого совсем недавно выбрались Лучник и — нечто, напоминающее Маринку-Некту, уж слишком в последние минуты девчонка была не похожа сама на себя.
— Может быть, может быть, — проговорила Альфа, покачиваясь на месте, видимо, не рискуя подходить ближе к сидящему Симону. — А если и потеряла, то твое какое дело?
— Правильно, это — уже мое дело!
Рядом с девушкой, будто из-под земли, появился Северин — строгий, настороженный, встревоженный, готовый к любому действию, но пока еще не понимающий — каким оно должно быть.
Альфа оглянулась на него, пытаясь сфокусировать пьяный взгляд, помотала головой, яростно взлохматив тщательно уложенные кудряшки:
— Чего тебе надо, комиссар?
— Где генератор СВЧ? В квартире? Или ты вынесла его оттуда и спрятала в другом месте? — спросил Северин, мельком поглядывая на примолкнувшего Симона и будто замороженную Снежной Королевой, безжизненную Некту.
— О чем ты говоришь, начальник? — пьяно удивилась девушка, помахивая бутылкой. — Я и слов-то таких умных не знаю.
— Будем искать, — вздохнул комиссар и подумал: «Знать бы еще, как он выглядит, этот генератор сумасшедшей мощности, способный за считанные минуты превратить пятерых здоровых, крайне осторожных людей в сморщенные изможденные трупы»…
— Вот-вот, — поддакнула Альфа. — Работай, солнце еще высоко, ищи, родной, хрен чего найдешь…
— Комиссар найдет, — отозвался со скамеечки Симон. — А если возникнут трудности, то я ему помогу, я-то ведь знаю, как выглядит то, что наш уважаемый гостеприимный хозяин называет «генератором СВЧ»… продолговатая такая коробка, по размерам похожая на упаковку для обуви, полностью темно-синего, почти черного цвета… пылевлагонепроницаемая, очень удобная для хранения где-нибудь под водой…
— Ты не можешь ничего знать, очкарик, — вскинулась в пьяном возмущении девушка, но тут же сникла, опустив плечи, потупив глаза. — Как ты мог? это же…