Актеон

Зная, что Артемида всевидяща и неумолима, люди, посещавшие ее заповедные места, не ломали ветвей, не разоряли птичьих гнезд и муравейников. Все они помнили о судьбе неразумного Актеона, нарушившего этот запрет. А было это так. В жаркий полдень, покинув других охотников, Актеон, сопровождаемый охотничьими собаками, забрался в непроходимую чащу. С трудом выбравшись из нее, он увидел ручей и рядом с ним тенистый грот. Ему бы бежать без оглядки! А им овладело любопытство, не раз уже губившее смертных. Неслышными шагами он подошел к гроту и заглянул внутрь. Его взору предстали красавицы нимфы. С криком они окружили Артемиду, уже раздевшуюся для омовения. Лицо богини покрылось румянцем, глаза зажглись гневом. С головы Актеона внезапно упал петас, хотя было безветренно. Бросив взгляд на запруду для купания, охотник с ужасом увидел, что у него выросли ветвистые рога. «О боги! Что со мною делается» -подумал он. Лук выпал из его руки, ибо пальцы срослись, превратившись в копыта, и он уже не может держаться прямо, а стоит на четырех ногах. Пятнистая шкура покрыла тело. Уже ему не подвластен язык. Вместо мольбы из уст вырвалось мычание. Артемида со смехом вышла из пещеры. Ей нечего было скрываться. Перед нею уже не человек, а дрожащий от ужаса олень. Хотя он сохранил человеческий разум, ему не рассказать, как выглядит Артемида. Но люди узнают, как она наказывает за дерзость! Вдоволь насмеявшись, богиня подняла с земли тугой лук и оттянула тетиву. Напуганный Актеон бросился бежать. Лучше бы он остался на месте и принял смерть от руки той, что бессердечно изменила его облик. Бежит прекрасный олень по ущельям Киферона, и за ним несется неудержимая свора псов. Все ближе и ближе их лай. Актеон понимает, что ему не уйти. Остановившись, он обращается к каждой из собак:

— Не прыгай так, Ниса! Вспомни, как я поднял тебя на ноги, когда тебя поразил кабан. Ларк! Как ты смеешь бросаться на своего хозяина? Ведь я всегда отличал тебя в своре. Но не различают собаки в мычании человеческого голоса. Не могут они учуять нюхом, что перед ними в шкуре оленя их хозяин, их бог. Ниса впилась в горло. Ларк вцепился в бедро. Актеон упал на колени. В его огромных выпуклых глазах застыло такое горе, что если бы сама Артемида оказалась на этой поляне, растаяло бы ее каменное сердце! Подоспевшие охотники, отогнав собак, с удивлением разглядывали прекрасного оленя.

— Ну и добычу послала псам Актеона милостивая Артемида! — воскликнул старший охотник.

— За это она получит заднюю ногу, — отозвался другой, доставая нож.

— Куда это запропастился сам Актеон? — проговорил третий охотник.

— Вот он обрадуется, когда узнает, какого оленя загнала его свора.