Иногда, ночные грезы могут показывать большее, чем просто сон. Напоминать о том, что вы могли забыть, или о том, что должны узнать. Именно в такую ситуацию попадает Джеффри Вудс, более известный среди людей как «Усыпляющий Маньяк». Безумие, идти искать ту, которой возможно просто нет. Но встреча с неким наставником придает лишь больше уверенности пойти на риск. А еще, настало время раз и навсегда избавиться от лишнего «мусора».
352 мин, 3 сек 18119
Бардолф неспешно потянулся одной рукой за тростью, которая, казалось, должна была лежать рядом, но сейчас он нащупывал только холодный пол. Его малость встревоженный взгляд забегал по сторонам.
— Ты не это ищешь? — Готэмский Потрошитель продемонстрировал ранее свободную руку, которая теперь сжимала трость Аддингтона и, дразнясь, махала ею перед носом старика.
— Чертов урод! — воскликнул он. — Когда ты…?!
Лицо Джокера озаряла пугающая ухмылка, в которой уже чувствовался вкус победы и Бардолфу она явно не нравилась.
— Вставай! — приказал ему клоун.
Аддингтон покорно стал подниматься, пристально следя за дулом пистолета.
— Ты ебанный лжец и никогда не сдержишь своих обещаний! Еще тогда ты сказал, что отпустишь меня…
— А я и отпустил, — перебил его Джокер. — Но я сказал, что найду тебя, когда ты мне понадобишься, и нашел. Все по-честному, а так как ты мне крупно задолжал…
— Ты уже испытал мою машину и вот тебе результат на вид, — начал повышать голос Бардолф указывая на спящих Джеффа и Алису. — Чего ты еще хочешь от меня? Забирай их и уебывай отсюда!
— Ох, ты слишком грубо себя ведешь с тем, у кого в руках оружие. Это невежливо… — снова усмехнулся клоун. — Ты мне еще пригодишься, поэтому малокососов я забираю с собой. А еще я прибираю к рукам твою машину.
Продолжая держать Аддингтона на прицеле, Джокер подбросил трость вверх, щелкнул двумя пальцами и снова поймал трость. Стоило ему это сделать, как в помещении оказалось несколько человек одетые в черные костюмы и скрывающие лица под масками клоунов.
— Ну и что вы стоите как истуканы? — хмыкнул Готэмский Потрошитель. — Этих двоих ко мне в машину и доставить в убежище, а прибор конфисковать! Живо за работу!
Люди Джокера тут же сорвались с места начав выполнять поручение.
— Что же до тебя, — вновь обратился клоун к Бардолфу, неспешными шагами начав ходить вокруг него. — С тобой мы еще побеседуем.
С этими словами он нанес удар обратной стороной оружия по затылку старика, тем самым оглушая его.
Когда Джефф очнулся, он не увидел перед собой ничего кроме темноты. В ней таилась неизвестность, а за неизвестностью всегда возникают новые вопросы. Чуть погодя, парень заметил тусклый свет, пробивающийся сквозь плотные занавески. Они плавно развивались от дуновения слабого ветра и открывали вид на улицу. Сам он лежал на кровати, а в комнате стоял до боли знакомый запах, из-за которого тот начал малость нервничать. Пошарив руками в карманах толстовки, он нащупал свой нож и крепко сжал его, после чего осторожно стараясь не создавать шума слез с кровати и стал отходить поближе к окну. Вудс внимательно вглядывался и вслушивался в темноту, но, похоже, в комнате никого больше не было. Парень одернул занавески, впуская больше лунного света в комнату. Даже сейчас в полумраке он понимал, что находится в том месте, которого уже давно нет, и не могло быть. И тому подтверждению была фотография в рамке за стеклом, которая стояла на письменном столе рядом с окном.
Хмыкнув, Джефф схватил со стола фотографию и поднес поближе к свету, разглядывая там лица своих родителей, брата и самого себя до того, как его лицо стало другим. На этом снимке они все выглядели счастливыми, и тогда еще никто из них не мог подозревать, что их родной сын и брат всего через несколько месяцев превратится в законченного психопата и убийцу. И эти радостные улыбки были до тошноты омерзительны парню.
— Какого хера тут происходит?! — сквозь стиснутые зубы прошипел Вудс, со всего размаху швыряя рамку об стену.
Стекло моментально разбилось и рассыпалось по полу, нижняя часть рамки раскололась, а сама фотография вылетела за ее пределы. Стоило этому произойти, как за дверью послышались чьи-то спешные шаги. Парень крепче сжал нож в руке, готовясь к нападению.
Дверь со скрипом отворилась. Послышался щелчок включателя, и яркая вспышка света, озарившая комнату, ударила парню по глазам. Вудс автоматически отступил назад и закрылся рукой. Понадобилось время, чтобы привыкнуть к свету, и его удивляло то, что на него еще никто не попытался наброситься, и потом он только понял почему.
«— Нет! Этого не может быть!»
Точно как в ту роковую ночь, одетая в длинную лиловую ночную сорочку, собранные в низкий хвост каштановые волосы, и голубые глаза, обеспокоенно смотрящие прямо на убийцу.
— Что случилось, сынок? Я слышала шум из твоей комнаты…
Взгляд матери перешел с Джеффа на разбитую рамку и осколки на полу. Женщина наклонилась, бережно поднимая ее вместе со снимком.
— Рамочка разбилась, — тихо произнесла она, снова посмотрев на сына. — Почему ты не спишь?
— Кажется, это я должен спрашивать? — с раздражением в голосе ответил убийца. Он так и стоял, вытянув перед собой руку с ножом. — Так почему ты не спишь?! Я уложил тебя! Выпотрошил как свиней! Всех вас!
— Боже мой… О чем ты говоришь, родной? — в глазах матери появился испуг, рамка выскользнула из ее рук, снова падая на пол. — Погоди, кажется, я поняла. Тебе приснился кошмар!
— Ты не это ищешь? — Готэмский Потрошитель продемонстрировал ранее свободную руку, которая теперь сжимала трость Аддингтона и, дразнясь, махала ею перед носом старика.
— Чертов урод! — воскликнул он. — Когда ты…?!
Лицо Джокера озаряла пугающая ухмылка, в которой уже чувствовался вкус победы и Бардолфу она явно не нравилась.
— Вставай! — приказал ему клоун.
Аддингтон покорно стал подниматься, пристально следя за дулом пистолета.
— Ты ебанный лжец и никогда не сдержишь своих обещаний! Еще тогда ты сказал, что отпустишь меня…
— А я и отпустил, — перебил его Джокер. — Но я сказал, что найду тебя, когда ты мне понадобишься, и нашел. Все по-честному, а так как ты мне крупно задолжал…
— Ты уже испытал мою машину и вот тебе результат на вид, — начал повышать голос Бардолф указывая на спящих Джеффа и Алису. — Чего ты еще хочешь от меня? Забирай их и уебывай отсюда!
— Ох, ты слишком грубо себя ведешь с тем, у кого в руках оружие. Это невежливо… — снова усмехнулся клоун. — Ты мне еще пригодишься, поэтому малокососов я забираю с собой. А еще я прибираю к рукам твою машину.
Продолжая держать Аддингтона на прицеле, Джокер подбросил трость вверх, щелкнул двумя пальцами и снова поймал трость. Стоило ему это сделать, как в помещении оказалось несколько человек одетые в черные костюмы и скрывающие лица под масками клоунов.
— Ну и что вы стоите как истуканы? — хмыкнул Готэмский Потрошитель. — Этих двоих ко мне в машину и доставить в убежище, а прибор конфисковать! Живо за работу!
Люди Джокера тут же сорвались с места начав выполнять поручение.
— Что же до тебя, — вновь обратился клоун к Бардолфу, неспешными шагами начав ходить вокруг него. — С тобой мы еще побеседуем.
С этими словами он нанес удар обратной стороной оружия по затылку старика, тем самым оглушая его.
Когда Джефф очнулся, он не увидел перед собой ничего кроме темноты. В ней таилась неизвестность, а за неизвестностью всегда возникают новые вопросы. Чуть погодя, парень заметил тусклый свет, пробивающийся сквозь плотные занавески. Они плавно развивались от дуновения слабого ветра и открывали вид на улицу. Сам он лежал на кровати, а в комнате стоял до боли знакомый запах, из-за которого тот начал малость нервничать. Пошарив руками в карманах толстовки, он нащупал свой нож и крепко сжал его, после чего осторожно стараясь не создавать шума слез с кровати и стал отходить поближе к окну. Вудс внимательно вглядывался и вслушивался в темноту, но, похоже, в комнате никого больше не было. Парень одернул занавески, впуская больше лунного света в комнату. Даже сейчас в полумраке он понимал, что находится в том месте, которого уже давно нет, и не могло быть. И тому подтверждению была фотография в рамке за стеклом, которая стояла на письменном столе рядом с окном.
Хмыкнув, Джефф схватил со стола фотографию и поднес поближе к свету, разглядывая там лица своих родителей, брата и самого себя до того, как его лицо стало другим. На этом снимке они все выглядели счастливыми, и тогда еще никто из них не мог подозревать, что их родной сын и брат всего через несколько месяцев превратится в законченного психопата и убийцу. И эти радостные улыбки были до тошноты омерзительны парню.
— Какого хера тут происходит?! — сквозь стиснутые зубы прошипел Вудс, со всего размаху швыряя рамку об стену.
Стекло моментально разбилось и рассыпалось по полу, нижняя часть рамки раскололась, а сама фотография вылетела за ее пределы. Стоило этому произойти, как за дверью послышались чьи-то спешные шаги. Парень крепче сжал нож в руке, готовясь к нападению.
Дверь со скрипом отворилась. Послышался щелчок включателя, и яркая вспышка света, озарившая комнату, ударила парню по глазам. Вудс автоматически отступил назад и закрылся рукой. Понадобилось время, чтобы привыкнуть к свету, и его удивляло то, что на него еще никто не попытался наброситься, и потом он только понял почему.
«— Нет! Этого не может быть!»
Точно как в ту роковую ночь, одетая в длинную лиловую ночную сорочку, собранные в низкий хвост каштановые волосы, и голубые глаза, обеспокоенно смотрящие прямо на убийцу.
— Что случилось, сынок? Я слышала шум из твоей комнаты…
Взгляд матери перешел с Джеффа на разбитую рамку и осколки на полу. Женщина наклонилась, бережно поднимая ее вместе со снимком.
— Рамочка разбилась, — тихо произнесла она, снова посмотрев на сына. — Почему ты не спишь?
— Кажется, это я должен спрашивать? — с раздражением в голосе ответил убийца. Он так и стоял, вытянув перед собой руку с ножом. — Так почему ты не спишь?! Я уложил тебя! Выпотрошил как свиней! Всех вас!
— Боже мой… О чем ты говоришь, родной? — в глазах матери появился испуг, рамка выскользнула из ее рук, снова падая на пол. — Погоди, кажется, я поняла. Тебе приснился кошмар!
Страница 48 из 96
