Амарант

Проникнуть в мысли оказалось не так-то просто. Словно человек почувствовал что-то и закрыл доступ. Но Амарант знал, что такое невозможно. Раньше он беспрепятственно читал в чужих головах, как в открытых книгах, но тут почему-то это оказалось чрезвычайно сложно. Всего раз с ним произошло подобное, когда он попытался прочесть мысли Розалины. Его будто выкинула из ее мыслей неведомая сила. Позже Амарант разобрался, почему так произошло. Розалина была явным интровертом, не подпускающим к себе людей ни на шаг, и проникновение в свою голову восприняла как попытку вторжения.

Существовала еще одна причина, почему он не смог прочитать мысли смертного, но Амаранту не хотелось думать, что это действительно так. Человек знал имя демона, а это давало ему преимущество. Амарант уже не мог воздействовать на него своими силами. Не мог им управлять, не мог прочесть мысли. Чудом ему удалось наслать сон, но теперь демон был уверен, что второй раз этот фокус не получится.

И хуже всего было то, что теперь он не мог его убить. По крайней мере, собственноручно.

В любом случае, стоило попытаться влезть ему в голову еще раз, но осторожно, чтобы этот человек ничего не почувствовал.

Демон снова закрыл глаза.

Через какое-то время он решительно поднялся. Информации оказалось мало, очень мало, но кое-что Амаранту удалось выяснить.

— Теперь мы на равных правах, — улыбнулся он дождю. — Данте.

Часть 5. Часть 2. МАСКА

Лицо с множеством личин

Утро встретило Данте хмурым дождем. Косые струи били по стеклу, влетали сквозь открытую створку, заливая подоконник. Мокрый ветер ерошил волосы.

Он встал и потянулся. Долгое сидение за компьютером не прошло бесследно — спина затекла, ноги еле слушались. Однако ночное бдение перед монитором дало результаты — он нашел несколько фотографий и кое-какую интересную информацию.

Данте подошел к стене, заклеенной вырезками, и прилепил ближе к центру несколько снимков, распечатанных с принтера.

Все фото были однотипными: кресло, дорогой черный костюм, бокал или сигара в руке. Классическое изображение успешного человека. Менялся только интерьер: золотистые шторы, тяжелые бархатные портьеры, ночной город за окном. Несмотря на относительную четкость фотографий, лицо на всех оказалось немного смазано, будто Джеймс Дин повернул голову во время съемки.

Джеймс Дин. Если раньше у Данте возникли подозрения, что это ненастоящее имя, то теперь он был уверен в этом на сто процентов.

Под каждой найденной фотографией стояли подписи.

Джеймс Дин.

Винсент Прайс.

Тони Кертис.

Если человек в черном хотел скрыть настоящее имя, то выбрал правильную тактику. Имена известных актеров прошлого оставались на слуху, но в то же время не выделялись экзотичностью, типа Бела Лугоши или Бориса Карлоффа. Их мог носить любой человек. На любом светском приеме на такое имя, конечно, отреагируют, но не настолько, чтобы привлечь излишнее внимание. «Джеймс Дин? О, прямо как тот актер!». И дальше беседа идет своим чередом.

Также это хороший способ скрыть и свое лицо. На запрос в поисковике выплывали тысячи фотографий знаменитых людей, и очень редко среди них тенью проскакивали нужные изображения, которые сейчас заняли место на стене.

Если бы не упорство Данте, он бы никогда их не обнаружил. Кто выдержит перелистывание сотен виртуальных страниц ради одной-единственной фотографии?

Только он.

Данте усмехнулся. Сейчас он сам себе напомнил фанатика, рыскающего по сети в поисках редких материалов о кумире.

Вот только кумир не может быть убийцей. Убийцей семьи.

Затрезвонил мобильник, и Данте вздрогнул. На дисплее высветилось имя. Карлос.

Данте поморщился — только этого не хватало. Сейчас начнет расспрашивать, зачем сын стащил значок. Данте специально взял старый, который Карлос забыл сдать, чтобы полицейский не сразу обнаружил пропажу, но это, по-видимому, мало помогло.

Может, не брать трубку? Нет, он не мог так поступить с отцом, в конце концов, Данте был многим ему обязан. И потом, это заставит Карлоса беспокоиться и раскапывать причину, по которой приемный сын не желает с ним говорить. Вздохнув, Данте взял телефон и нажал на кнопку.

— Алло?

— Привет, Данте!

— Привет, Карлос.

— Ты в порядке? После допроса от тебя ни слуху, ни духу,

— Все замечательно, — он помедлил, решая, стоит ли рассказывать Карлосу о своем открытии. — Я установил личность человека в черном.

— Да ну? — в голосе Карлоса прозвучали недоверие и страх. Он уже привык к причудам Данте, но опасался, что тот мог случайно выйти на правильный путь. — И кто он?

— Пока не найду доказательства, не скажу, — твердо ответил Данте. — Прости.

— Во что ты опять ввязался?

— Ни во что. Все в порядке, Карлос.

— Я беспокоюсь за тебя. Не хочу, чтобы тот кошмар повторился.

— Поверь, я хочу этого еще меньше.

— Как ты себя чувствуешь? Болей нет? Спишь нормально?

— Голова не болит. Пару раз были неприятные сны, но ничего больше, — Данте потер затылок — стоило Карлосу упомянуть о боли, как она о себе напомнила.