Амарант

— Что произошло? Почему его трясет при одном упоминании вашего имени?

— Прекратите меня допрашивать. Я вам ни слова не скажу.

— Почему?

— Потому что не уверен, что Данте бы это одобрил.

Карлос долго молчал. Потом кивнул.

— Похоже, вы и в самом деле стали друзьями.

— Ненадолго.

— Скажите, Габриэль, вы в самом деле были в тот вечер у его дома?

Демон кивнул.

— Да.

— Это вы убили его родителей?

— Нет.

— Тогда что вы там делали?

— Я не могу этого сказать.

— Мне спросить у Данте?

— Бесполезно. Он не скажет.

— Почему?

— Вы сочтете его сумасшедшим, а он за свою жизнь слышал достаточно обидных слов за спиной.

Плечи Карлоса поникли.

— Это так, — тихо произнес он.

— Его жизнь вне опасности?

Резкая перемена темы выбила Карлоса из колеи.

— Да… Так мне сказали. Он выглядит не очень хорошо, учитывая, что его вытащили с того света, но, думаю, все будет в порядке. Если бы не боль…

— Отлично, — Амарант перестал подпирать стену. — Передайте ему, что мне очень жаль. Хотя он вряд ли в это поверит.

Он хлопнул Карлоса по плечу и зашагал к выходу.

— Постойте! Куда вы?

Амарант даже не обернулся.

Никогда не верь демону

Рана болела ужасно, отодвигая головную боль на второй план. Раньше Данте и помыслить не мог, что может быть больнее.

Но хуже нее оказалась только правда. Она была более чем отвратительной. Она кишела червями, от нее выворачивало наизнанку, она воняла, как разложившийся труп! Но от нее нельзя скрыться. Теперь уже нет.

Это сделал Габриэль. Нет, его настоящее имя — Амарант. Сколько лет Данте бился над этой загадкой, но не думал, что ответ будет настолько очевидным. Убийца оставил цветок как символ своего имени. Бессмертник. Бессмертный демон.

А Данте повелся на вымышленное ангельское имя! Почему? Что заставило его? Влиять на разум Амарант не мог, так как утратил силы. Но теперь наверняка их вернул.

Кулаки Данте сжались от бессильной злости. Демону нужен был человек, способный пожертвовать собой. И он попался, как последний идиот! Габриэлю даже не потребовалось внушать что-то, достаточно упомянуть убийцу! Которым оказался он сам.

Данте зарычал и ударил по кровати сжатыми кулаками. Рана отозвалась всплеском боли, но он только порадовался ей. Она заставляла хотя бы ненадолго забыть о Габриэле.

— Данте? — в палату заглянула Селена. Лицо заплакано, под глазами залегли тени.

Усилием воли Данте заставил себя успокоиться и отбросить мысли о демоне. Срываться на Селену не хотелось.

— Привет, — слабо улыбнулся он.

Губы сестры задрожали.

— Ну-ну, успокойся, — ободряюще сказал Данте. — Я ведь жив.

— Я… я так боялась, — она подошла и присела на кровать. Слезы крупными каплями катились по щекам. — Я думала, что ты умрешь!

— Все позади, — Данте с трудом поднял руку, стараясь не показывать боли, и погладил девочку по волосам. — Врачи говорят, что все будет хорошо.

Она кивнула, прижавшись щекой к его ладони.

— Не плачь. Слезы тебе не идут. Что скажет Джим, если увидит тебя в таком виде?

Селена улыбнулась сквозь слезы.

— Он скажет, что у меня самый лучший в мире брат.

Данте покачал головой.

— Это вряд ли. Самый лучший в мире брат не заставляет сестру плакать.

Селена потупила взгляд и вздохнула.

— Что с тобой? — спросил Данте.

— Габриэль… — она запнулась. — Габриэль сказал, что ты спас его.

Лицо Данте мгновенно помрачнело.

— Он так сказал?

— Да. Как ни странно, папа его не убил. Он отказался объяснять, почему ты так поступил, посоветовал спросить у тебя.

Данте покачал головой.

— Прости, Селена, но я пока не готов об этом говорить.

Она торопливо кивнула и снова вперила взгляд в простыню.

— А еще… Еще ему очень жаль, что так произошло.

— Не верь ни единому его слову, Селена, — предупредил Данте.

— Но мне показалось, что ему и правда…

— Он лжец. Он обманул меня, обвел вокруг пальца, как слепого котенка!

— Я знаю, он сам в этом признался! — воскликнула Селена. — Но он сожалеет…

— Селена, поверь мне. Я знаю его, как никто другой. Возможно, я единственный человек, который знает его больше, чем он сам. Повторяю — он лжец, доверять которому подобно смерти. Я уже обжегся, и не хочу, чтобы это произошло с тобой или с близнецами.

Девочка вздохнула. Поняв, что Данте не собирается развивать тему, она предпочла ее сменить.

— Как ты себя чувствуешь?

— Голова болит, — с отсутствующим видом ответил Данте, глядя в стену. — Но это ерунда.

— Папа сказал, что ты снова переедешь к нам.

— Не знаю, Селена. Я бы с радостью, но…

— Я ему так и сказала, — девочка расплылась в улыбке. В сочетании со слезами на щеках это выглядело трогательно. — Но он, кажется, считает, что до сих пор может принимать решения за тебя.

Данте машинально улыбнулся в ответ.

Он пробыл в больнице еще неделю. Карлос, близнецы и Селена не отходили от палаты ни на шаг, но Амарант так и не появился. Данте упорно гнал мысли о нем, избегал разговоров на эту тему. В остальном же все шло прекрасно. Впервые за много месяцев он снова был с семьей.