Был август, тихий тёплый ветер дул нам прямо в лицо, солнце клонилось к закату, огромные воздушные тучи пролетали над горой. Издали пахло спелыми сочными яблоками и сливами, я знала этот запах, как родной, ибо таковым он для меня и был. Как-никак, а я выросла именно на этих самым дедушкиных фруктах.
43 мин, 15 сек 9474
— Чёртовом? Я и не спорю! — как вдруг его силуэт стал бледнеть. Белые очертания становиться всё более размытыми и расплывчатыми. После чего он исчез. И не осталось ничего. Лишь чёрная искра, страх и ужас в памяти. На руке Сергея не было крови, кожа затянулась мгновенно. Я была поражена.
Мы открыли калитку и впервые за сегодняшний день, я вышла за пределы дачи. Переступили порог и побежали, бросив всё, спасая только жизнь! Папа набирал скорость, от него не отставала и я. Над головой всё ещё сверкали звёзды. Мы были уже на склоне горе. Бежать по холодку было значительно проще, чем под палящим солнцем, и от того путь занял соверешенно ничтожное время.
И тут над нашими головами я услышала странное жужжание, такое неожиданное и сильное, словно от крыльев гигантского самолёта. Мы подняли головы вверх. Так и было.
Но как!
Пилот начал спускаться и закричал нам: «Бегите! Быстрее! Сейчас взорвётся бомба!».
Бомба!
«А то мы не бежим?» — возразила бы я, не впади в полнейшее удивление.
Какие-то зелёные огни мелькали в траве, но я даже не повернула головы. И тут послышался взрыв. Мы остановились. Ветер подул в лицо и растрепал мои нечесаные волосы. Вдали показался огненный гриб.
— А как же люди? — прошептала, прикрывая ладонью глаза.
Самолёт опустился позади нас. Человек в форме выскочил нам навстречу.
— Что вы сделали!
Пилот усмехнулся. «Дженкис Лау» — покосилась я на надпись на значке, — «Ещё и иностранец…»
— Все давно эвакуированы! И поэтому мы следили лишь за вами. Видели, как две точки перемещались с места на место, но всё никак не покидали участка. Дождавшись, как вы уйдёте, мы прилетели и сделали то, что так давно запланировали.
«Так вот почему, когда отец ходил к соседям, ему никто не открыл…» — догадалась я.
— Видите ли, кругом город, а фруктовые плантации были бы в экономических интересах страны. Эта гора все равно заброшена, здесь не более десятка дачников, которые наведываются не чаще раза в год… Вас подбросить? — неожиданно изменившись в голосе, сказал Дженкис.
— Да. Было бы кстати, — Сергей назвал адрес и потёр вспотевший лоб рукой, — ночка выдалась жаркой…
Мне так и не были понятны причины этой бомбы. «Если так решили, почему не спросили нас? Всех, кто здесь живёт? Или спрашивали, да не было нас, или… Сейчас людей мало интересует чье-либо мнение…»
Не верящими глазами, я продолжала глядеть на гору, в то самое место, где исчез дом. Остальные пострадали меньше, но были также черны и разрушены. Казалось, бомба предназначалась именно для Андрея или это не больше, чем случайность? Не знаю.
— Ну, сегодня так и скажем маме, что прибыли на самолёте! — засмеялся папа.
Хотя, что тут смешного?
Мы поднимались. С каждым мгновеньем всё выше. Под самые облака. Увлёкшись таким событием, я даже не заметила, что на востоке уже наступил рассвет. Коровы и виноград мелькнули на поле, а после стали едва различимыми точками. Всю видимость заслонил туман. А после мы прилетели.
Так началось моё первое сентября… Необычно, не правда ли?
Эпилог 1.
Прошло несколько дней. По крупицам собирая информацию, я узнала следующее…
Да, во время войны с фашисткой Германией, действительно был такой солдат, как Андрей К. Он увлекался музыкой, играл на гармошке. После произошло что-то, отчего самоотстранился с фронта. Вернувшись назад, как рассказывает бабушка, он, как безумный, затеял строительство этого дома. Работал и день и ночь. В праздник и в будний день.
Однажды, солдаты разыскали Андрея и, желая возвратить его в строй. Тот сказал, что все равно погибнет и за это был убит своим же товарищи по приказу генерала. Накануне смерти он упоминал что-то о каком-то бесценном кладе, якобы найденным им самим, но боящемся показать в свет людей и решившем попросту закопать его.
Дальше история умалчивается, но хочу отметить, что тела-то так и не нашли…
Он вроде бы просил завести ему летучую мышь, также почти за день до смерти. Но рассмеявшись подобному, бабушка сказала, что он сошёл с ума. А если не сошёл? Откуда же на даче было взяться такой летучей стае?
Бабушка увидела на участке соседскую чёрную кошку, приведшую 3-х чёрных как смоль котят… Не ту ли, что видели мы? Возможно.
После таинственной смерти Андрея, бабушка почти не ходила туда: во-первых, ей было тяжело, а во-вторых, не позволяло время и работа. Её дочь говорила, будто там живёт приведения. После чего закрыла свой путь на дачу раз и навсегда. Больше моя старушка ничего не знала. Увы. Но хватит и этого! Ведь остальное сумела понять я.
Так же скажу, что, когда первого числа мы прилетели домой, наслушавшись маминых криков и сходив в школу, я вдруг заметила, что та записная книжка так и осталась у меня в кармане штанов. И какого же было моё удивление, увидев, что все её листы были пусты!
Эпилог 2.
Вскоре, нечаянно подсунув руки к зубам своего злого хомяка, я сделала так, что на книгу упала капля крови. Казалось бы, что с того, как вдруг она вспыхнула огнём и взвилась в воздух!
Мы открыли калитку и впервые за сегодняшний день, я вышла за пределы дачи. Переступили порог и побежали, бросив всё, спасая только жизнь! Папа набирал скорость, от него не отставала и я. Над головой всё ещё сверкали звёзды. Мы были уже на склоне горе. Бежать по холодку было значительно проще, чем под палящим солнцем, и от того путь занял соверешенно ничтожное время.
И тут над нашими головами я услышала странное жужжание, такое неожиданное и сильное, словно от крыльев гигантского самолёта. Мы подняли головы вверх. Так и было.
Но как!
Пилот начал спускаться и закричал нам: «Бегите! Быстрее! Сейчас взорвётся бомба!».
Бомба!
«А то мы не бежим?» — возразила бы я, не впади в полнейшее удивление.
Какие-то зелёные огни мелькали в траве, но я даже не повернула головы. И тут послышался взрыв. Мы остановились. Ветер подул в лицо и растрепал мои нечесаные волосы. Вдали показался огненный гриб.
— А как же люди? — прошептала, прикрывая ладонью глаза.
Самолёт опустился позади нас. Человек в форме выскочил нам навстречу.
— Что вы сделали!
Пилот усмехнулся. «Дженкис Лау» — покосилась я на надпись на значке, — «Ещё и иностранец…»
— Все давно эвакуированы! И поэтому мы следили лишь за вами. Видели, как две точки перемещались с места на место, но всё никак не покидали участка. Дождавшись, как вы уйдёте, мы прилетели и сделали то, что так давно запланировали.
«Так вот почему, когда отец ходил к соседям, ему никто не открыл…» — догадалась я.
— Видите ли, кругом город, а фруктовые плантации были бы в экономических интересах страны. Эта гора все равно заброшена, здесь не более десятка дачников, которые наведываются не чаще раза в год… Вас подбросить? — неожиданно изменившись в голосе, сказал Дженкис.
— Да. Было бы кстати, — Сергей назвал адрес и потёр вспотевший лоб рукой, — ночка выдалась жаркой…
Мне так и не были понятны причины этой бомбы. «Если так решили, почему не спросили нас? Всех, кто здесь живёт? Или спрашивали, да не было нас, или… Сейчас людей мало интересует чье-либо мнение…»
Не верящими глазами, я продолжала глядеть на гору, в то самое место, где исчез дом. Остальные пострадали меньше, но были также черны и разрушены. Казалось, бомба предназначалась именно для Андрея или это не больше, чем случайность? Не знаю.
— Ну, сегодня так и скажем маме, что прибыли на самолёте! — засмеялся папа.
Хотя, что тут смешного?
Мы поднимались. С каждым мгновеньем всё выше. Под самые облака. Увлёкшись таким событием, я даже не заметила, что на востоке уже наступил рассвет. Коровы и виноград мелькнули на поле, а после стали едва различимыми точками. Всю видимость заслонил туман. А после мы прилетели.
Так началось моё первое сентября… Необычно, не правда ли?
Эпилог 1.
Прошло несколько дней. По крупицам собирая информацию, я узнала следующее…
Да, во время войны с фашисткой Германией, действительно был такой солдат, как Андрей К. Он увлекался музыкой, играл на гармошке. После произошло что-то, отчего самоотстранился с фронта. Вернувшись назад, как рассказывает бабушка, он, как безумный, затеял строительство этого дома. Работал и день и ночь. В праздник и в будний день.
Однажды, солдаты разыскали Андрея и, желая возвратить его в строй. Тот сказал, что все равно погибнет и за это был убит своим же товарищи по приказу генерала. Накануне смерти он упоминал что-то о каком-то бесценном кладе, якобы найденным им самим, но боящемся показать в свет людей и решившем попросту закопать его.
Дальше история умалчивается, но хочу отметить, что тела-то так и не нашли…
Он вроде бы просил завести ему летучую мышь, также почти за день до смерти. Но рассмеявшись подобному, бабушка сказала, что он сошёл с ума. А если не сошёл? Откуда же на даче было взяться такой летучей стае?
Бабушка увидела на участке соседскую чёрную кошку, приведшую 3-х чёрных как смоль котят… Не ту ли, что видели мы? Возможно.
После таинственной смерти Андрея, бабушка почти не ходила туда: во-первых, ей было тяжело, а во-вторых, не позволяло время и работа. Её дочь говорила, будто там живёт приведения. После чего закрыла свой путь на дачу раз и навсегда. Больше моя старушка ничего не знала. Увы. Но хватит и этого! Ведь остальное сумела понять я.
Так же скажу, что, когда первого числа мы прилетели домой, наслушавшись маминых криков и сходив в школу, я вдруг заметила, что та записная книжка так и осталась у меня в кармане штанов. И какого же было моё удивление, увидев, что все её листы были пусты!
Эпилог 2.
Вскоре, нечаянно подсунув руки к зубам своего злого хомяка, я сделала так, что на книгу упала капля крови. Казалось бы, что с того, как вдруг она вспыхнула огнём и взвилась в воздух!
Страница 11 из 12
