Был август, тихий тёплый ветер дул нам прямо в лицо, солнце клонилось к закату, огромные воздушные тучи пролетали над горой. Издали пахло спелыми сочными яблоками и сливами, я знала этот запах, как родной, ибо таковым он для меня и был. Как-никак, а я выросла именно на этих самым дедушкиных фруктах.
43 мин, 15 сек 9475
И вмиг я прочитала следующие. Нет сомнений, что это писал сам Андрей, но как? Разве это было невозможно?
Уйдя под землю, в заточенье.
Скрываясь от лихих лучей.
Я вызвал споры и сомненья.
Непониманье у людей.
Скажи — сейчас бы осмеяли.
И в лучшем случае убив.
Лучами солнца ослепляли.
Покуда я ещё был жив.
Но я решил, чтоб, не играя.
Судьбу свою не начав злить.
Уйду во тьму, секрет скрывая.
И просто продолжая жить.
И я исчез, меня искали.
Но обойди хоть целый мир.
Врагами люди мне все стали.
Когда я понял, что вампир.
Крылатый демон жаждал ночи.
И после смерти роковой.
Жилая жить изо всей мочи.
Он стал навек моей судьбой.
Он даровал мне невесть силы.
Сумел из праха возродить.
Отныне сердцу стало мило.
Желанье алого испить.
Но что былое? Мимолётно.
Однажды я узрел тебя.
И в голове моей отчётно.
Мелькнуло, ужасом слепя.
Ты вскинешь брови, я уверен.
Читая эти строки вновь.
И ужаснешься! В самом деле.
Ведь на листе разлита кровь.
Давно угас задорный взгляд.
Промчался тенью средь листвы.
Желая сохранить свой клад.
Я чёрной кошкой бёг в кусты.
Схватил ключи и был таков.
Вас в дом желая не пустить.
Расставил тысячу оков.
Не обрывая жизни нить.
Луна взошла. Ежа пустил.
Мечтая сон ваш оборвать.
Не зверь, а я пред вами был.
Желавший прочь скорей прогнать.
Вдали мелькнул цвета крови.
Глаза мои средь света звёзд.
Промчался тут же тенью новой.
Но вы не поняли всерьез…
За банкой оказалось пусто.
Меня не видели в кустах.
Травы и яблок было густо.
Свисая на златых ветвях.
А после обернулся кошкой.
Ступал неслышно. «Обернись!».
— Ты в ужасе бежа к окошку.
Кричала мне и «вон» и«брысь»!
Затем, маша во тьме крылами.
Тобою был не виден я.
Сокрытый тёмными буграми.
Из тряпок, грязи, ковыля.
Узрела зеркала ты грани.
А в нём хранимый мной секрет.
Бежа пустынными долами.
Ты проклинала ночи свет.
Я клад искал до смерти самой.
Но не нашёл, и только Ад.
Явился предо мной нежданно.
Когда растаял путь назад…
Я приоткрыла рот, и вмиг все слова слились воедино, в одну кровавую кляксу и стали совершенно неразличимыми. Книга резко склеила свои листы, взлетела ещё выше и вспыхнула огнём. Не оставив ни пепла, ни искры… А раньше мне казалось, что рукописи не горят…
Прошёл месяц, и однажды ночью мне приснилось, будто я увидела призрака, деда-вампира. Проснувшись, я лишь увидала полную Луну и задрожала. Меня охватил страх, ведь, коли вдуматься, если он сумел написать это послание, значит, был всё ещё жив? Или…
P. S. «Быть может, это был лишь страшный сон?» — так страстно хотелось сказать самой себе, но увы! Медальон по-прежнему покоился в моих руках, вызывая страхи и сомнения, и, спорю, так будет всегда!
Людмила.
Уйдя под землю, в заточенье.
Скрываясь от лихих лучей.
Я вызвал споры и сомненья.
Непониманье у людей.
Скажи — сейчас бы осмеяли.
И в лучшем случае убив.
Лучами солнца ослепляли.
Покуда я ещё был жив.
Но я решил, чтоб, не играя.
Судьбу свою не начав злить.
Уйду во тьму, секрет скрывая.
И просто продолжая жить.
И я исчез, меня искали.
Но обойди хоть целый мир.
Врагами люди мне все стали.
Когда я понял, что вампир.
Крылатый демон жаждал ночи.
И после смерти роковой.
Жилая жить изо всей мочи.
Он стал навек моей судьбой.
Он даровал мне невесть силы.
Сумел из праха возродить.
Отныне сердцу стало мило.
Желанье алого испить.
Но что былое? Мимолётно.
Однажды я узрел тебя.
И в голове моей отчётно.
Мелькнуло, ужасом слепя.
Ты вскинешь брови, я уверен.
Читая эти строки вновь.
И ужаснешься! В самом деле.
Ведь на листе разлита кровь.
Давно угас задорный взгляд.
Промчался тенью средь листвы.
Желая сохранить свой клад.
Я чёрной кошкой бёг в кусты.
Схватил ключи и был таков.
Вас в дом желая не пустить.
Расставил тысячу оков.
Не обрывая жизни нить.
Луна взошла. Ежа пустил.
Мечтая сон ваш оборвать.
Не зверь, а я пред вами был.
Желавший прочь скорей прогнать.
Вдали мелькнул цвета крови.
Глаза мои средь света звёзд.
Промчался тут же тенью новой.
Но вы не поняли всерьез…
За банкой оказалось пусто.
Меня не видели в кустах.
Травы и яблок было густо.
Свисая на златых ветвях.
А после обернулся кошкой.
Ступал неслышно. «Обернись!».
— Ты в ужасе бежа к окошку.
Кричала мне и «вон» и«брысь»!
Затем, маша во тьме крылами.
Тобою был не виден я.
Сокрытый тёмными буграми.
Из тряпок, грязи, ковыля.
Узрела зеркала ты грани.
А в нём хранимый мной секрет.
Бежа пустынными долами.
Ты проклинала ночи свет.
Я клад искал до смерти самой.
Но не нашёл, и только Ад.
Явился предо мной нежданно.
Когда растаял путь назад…
Я приоткрыла рот, и вмиг все слова слились воедино, в одну кровавую кляксу и стали совершенно неразличимыми. Книга резко склеила свои листы, взлетела ещё выше и вспыхнула огнём. Не оставив ни пепла, ни искры… А раньше мне казалось, что рукописи не горят…
Прошёл месяц, и однажды ночью мне приснилось, будто я увидела призрака, деда-вампира. Проснувшись, я лишь увидала полную Луну и задрожала. Меня охватил страх, ведь, коли вдуматься, если он сумел написать это послание, значит, был всё ещё жив? Или…
P. S. «Быть может, это был лишь страшный сон?» — так страстно хотелось сказать самой себе, но увы! Медальон по-прежнему покоился в моих руках, вызывая страхи и сомнения, и, спорю, так будет всегда!
Людмила.
Страница 12 из 12
