Сфинкс стояла на крыше. А если быть точным на самом ее краю. Под ногами было тридцать пять пустых бетонных коробок с запертыми в них пустыми людьми.
16 мин, 51 сек 388
— Демон… Мой демон… — Голос ангела стал бесцветным. — Это не пистолет…
— Это пуля, я еще тогда догадалась. Теперь он во мне… Но ведь я не хочу этого демона? Ты говорил что мы сами их выбираем, я не хочу его, я его не выбирала.
— А с ангелами не считается.
Берета со звонким «плюююх!» ушла под воду. Сфинкс приподняла голову и взглянула на ангела.
— Но ведь ты был к нему так привязан! Ты даже должен был его полюбить!
— Полюбил… — Еле слышно проговорил ангел.
— И к чему же Я теперь привязана?
— К жизни, Сфинкс… К жизни…
— Вот отчего ты был таким грустным… Ты знал что иначе не как! Но я не хочу…
Сфинкс не договорила.
— Хочешь! Если умрешь ты, она тоже погибнет! Так что сделай мне одолжение — живи сколько положено!
Огрызок колоннады стал исчезать. Ангел повернулся спиной к мосту, но перед самым исчезновением оглянулся, улыбка вернула ему прежний облик. Исчез ангел, лишь произнеся:
— Вредина!
Сфинкс сидела на краю дороги. Мысли типа: «Что в свой законный выходной я делаю не в постели, а в десять часов утра?» уже давно мотались по голове безумными светлячками. Она сидела на чемодане, прислонившись спиной к дорожному столбу, и грелась на солнышке. Машины упорно отказывались ездить по этим дорогам, а те, которые ездили упорно отказывались тормозить.
— Эт птому шо ты шт… сш… страшная! Стшттрашная вредина!
Сфинкс подняла голову и уже без улыбки взглянула на стоящего посреди дороги ангела. Он стоял прямо… чересчур прямо. Словно врос в асфальт. Не качался и не моргал.
— Ты пьяный?!
Сфинкс даже встала на ноги. Ангел как стоял так и стоял. Внезапно он поднял палец вверх, требуя тишины, простоял так минуты две и снова его опустил.
— Что?
— Збыл…
— Забыл пьяный ты или нет?
— Забыл, что хтел сказать!
Сфинкс хлопнула ладонью по лбу и провела рукой по лицу, вздохнула и села на чемодан. Она подперла голову ладонью и с грустью улыбнувшись, посмотрела на ангела.
— И что гуляем?
— ПРЗДНУЕМ!
Ангел зачем-то поднял вверх кулак и закрыл глаза, стараясь придать своему лицу одухотворенное выражение. «Не получилось…» — подумала Сфинкс и спросила:
— И по какому поводу ангелы напиваются?
Ангел вздохнул, и взглянул на Сфинкс а-ля: «Ну, какие же вы люди глупые!» он снова поднял палец, посмотрел на него, убрал палец и проговорил, тщательно, обдумывая каждую букву:
— В-Ы-П-У-С-К-Н-О-Й!
— Так ты СТУДЕНТ!? — Сфинкс даже подпрыгнула. Что бы не находилось в чемодане, оно побледнело. — Ты только УЧИШСЯ на ангела?!?!
Парень в бессменных сандалиях и рубашке широко улыбнулся и отчаянно закивал головой, словно смешивая коктейль. Ровно через три секунды таких телодвижений он остановился. Глаза широко раскрылись, и в них появился неподдельный ужас. Лицо позеленело. Ангел обеими руками закрыл рот и с ужасом уставился на Сфинкс. Но, видимо призвав божественную помощь, он сдержался, и лицо приняло прежний оттенок. Правда рук он решил не убирать, береженого Шеф бережет.
— Надеюсь, хоть с отличием закончил? Не опозорил мое честное имя?
Ангел о-о-о-очень осторожно мотнул головой. Оторвал руки ото рта и проговорил:
— Отлич-ИК-ник… О-о-о-ойййй…
— И сколько у вас там курсов?
— Пять!
Сказал ангел, выставив вперед руку с тремя оттапыриными пальцами. Сфинкс хмыкнула, показала пальцем на его руку и проговорила усталым голосом:
— Три.
Ангел с недоумением взглянул на свою руку.
— Три! Три года пыра-ИК-О-о-о-о-о… Прктики! И два года… тер… тир… торатор… теОрии! ВОТ! Тоисть счала… два… птом… ИК… три!
Сфинкс с подозрением взглянула на пьяное существо стоящее посреди дороги.
— А в конце практического семестра вы…
Ангел скорчил бе-е-е-езумно серьезную физиономию и проорал, как боевой кличь.
— КЗАМЕН! Э…
— Что Э?
— Э… кзамен…
По спине Сфинкс прошел холодок.
— То есть каждый раз, когда ты мне являлся…
Ангел снова скорчил серьезную физиономию и… :
— КЗАМЕН!
— Э? — Протянула Сфинкс, ангел кивнул. Чуть было не рухнул на землю но, расставив ноги и раскинув руки, удержался.
— Постой! Три практических курса, два раза ты спасал мою душу, а третий?
Ангел снова выпрямился и придал своей пьяной физиономии выражение загадочности. Точнее попытался придать, напоминало это лицо человека страдающего синдромом Дауна и слушающего Каннибал Корпес. Он поманил Сфинкс пальцем. Та встала с чемодана и, сокрушенно взмахнув головой, подошла к нему. Ангел пыхнул божественным перегаром, который почему-то пах банальным пивом.
— Зыкрой гза…
Сфинкс закрыла глаза, размышляя, есть ли у ангелов половые признаки и как она въедет по этим признакам, если эта пьяная морда попытается ее поцеловать. В следующую секунду Сфинкс услышала визг тормозов и оглушительный грохот. В спину ударила волна воздуха. Еще через секунду наступила тишина. Не открывая глаз, Сфинкс проговорила:
— Прямо в столб?
— Угум…
— Я бы не успела отбежать?
— Не а…
— А чемодан?
— Ка… кайук…
Сфинкс открыла глаза, оглядываться почему-то не хотелось.
— Но ты же только что меня спас, как же ты мог получить диплом?
— А время, видишь ли, не такая простая штука. По крайней мере, для ангелов.
— Это пуля, я еще тогда догадалась. Теперь он во мне… Но ведь я не хочу этого демона? Ты говорил что мы сами их выбираем, я не хочу его, я его не выбирала.
— А с ангелами не считается.
Берета со звонким «плюююх!» ушла под воду. Сфинкс приподняла голову и взглянула на ангела.
— Но ведь ты был к нему так привязан! Ты даже должен был его полюбить!
— Полюбил… — Еле слышно проговорил ангел.
— И к чему же Я теперь привязана?
— К жизни, Сфинкс… К жизни…
— Вот отчего ты был таким грустным… Ты знал что иначе не как! Но я не хочу…
Сфинкс не договорила.
— Хочешь! Если умрешь ты, она тоже погибнет! Так что сделай мне одолжение — живи сколько положено!
Огрызок колоннады стал исчезать. Ангел повернулся спиной к мосту, но перед самым исчезновением оглянулся, улыбка вернула ему прежний облик. Исчез ангел, лишь произнеся:
— Вредина!
Сфинкс сидела на краю дороги. Мысли типа: «Что в свой законный выходной я делаю не в постели, а в десять часов утра?» уже давно мотались по голове безумными светлячками. Она сидела на чемодане, прислонившись спиной к дорожному столбу, и грелась на солнышке. Машины упорно отказывались ездить по этим дорогам, а те, которые ездили упорно отказывались тормозить.
— Эт птому шо ты шт… сш… страшная! Стшттрашная вредина!
Сфинкс подняла голову и уже без улыбки взглянула на стоящего посреди дороги ангела. Он стоял прямо… чересчур прямо. Словно врос в асфальт. Не качался и не моргал.
— Ты пьяный?!
Сфинкс даже встала на ноги. Ангел как стоял так и стоял. Внезапно он поднял палец вверх, требуя тишины, простоял так минуты две и снова его опустил.
— Что?
— Збыл…
— Забыл пьяный ты или нет?
— Забыл, что хтел сказать!
Сфинкс хлопнула ладонью по лбу и провела рукой по лицу, вздохнула и села на чемодан. Она подперла голову ладонью и с грустью улыбнувшись, посмотрела на ангела.
— И что гуляем?
— ПРЗДНУЕМ!
Ангел зачем-то поднял вверх кулак и закрыл глаза, стараясь придать своему лицу одухотворенное выражение. «Не получилось…» — подумала Сфинкс и спросила:
— И по какому поводу ангелы напиваются?
Ангел вздохнул, и взглянул на Сфинкс а-ля: «Ну, какие же вы люди глупые!» он снова поднял палец, посмотрел на него, убрал палец и проговорил, тщательно, обдумывая каждую букву:
— В-Ы-П-У-С-К-Н-О-Й!
— Так ты СТУДЕНТ!? — Сфинкс даже подпрыгнула. Что бы не находилось в чемодане, оно побледнело. — Ты только УЧИШСЯ на ангела?!?!
Парень в бессменных сандалиях и рубашке широко улыбнулся и отчаянно закивал головой, словно смешивая коктейль. Ровно через три секунды таких телодвижений он остановился. Глаза широко раскрылись, и в них появился неподдельный ужас. Лицо позеленело. Ангел обеими руками закрыл рот и с ужасом уставился на Сфинкс. Но, видимо призвав божественную помощь, он сдержался, и лицо приняло прежний оттенок. Правда рук он решил не убирать, береженого Шеф бережет.
— Надеюсь, хоть с отличием закончил? Не опозорил мое честное имя?
Ангел о-о-о-очень осторожно мотнул головой. Оторвал руки ото рта и проговорил:
— Отлич-ИК-ник… О-о-о-ойййй…
— И сколько у вас там курсов?
— Пять!
Сказал ангел, выставив вперед руку с тремя оттапыриными пальцами. Сфинкс хмыкнула, показала пальцем на его руку и проговорила усталым голосом:
— Три.
Ангел с недоумением взглянул на свою руку.
— Три! Три года пыра-ИК-О-о-о-о-о… Прктики! И два года… тер… тир… торатор… теОрии! ВОТ! Тоисть счала… два… птом… ИК… три!
Сфинкс с подозрением взглянула на пьяное существо стоящее посреди дороги.
— А в конце практического семестра вы…
Ангел скорчил бе-е-е-езумно серьезную физиономию и проорал, как боевой кличь.
— КЗАМЕН! Э…
— Что Э?
— Э… кзамен…
По спине Сфинкс прошел холодок.
— То есть каждый раз, когда ты мне являлся…
Ангел снова скорчил серьезную физиономию и… :
— КЗАМЕН!
— Э? — Протянула Сфинкс, ангел кивнул. Чуть было не рухнул на землю но, расставив ноги и раскинув руки, удержался.
— Постой! Три практических курса, два раза ты спасал мою душу, а третий?
Ангел снова выпрямился и придал своей пьяной физиономии выражение загадочности. Точнее попытался придать, напоминало это лицо человека страдающего синдромом Дауна и слушающего Каннибал Корпес. Он поманил Сфинкс пальцем. Та встала с чемодана и, сокрушенно взмахнув головой, подошла к нему. Ангел пыхнул божественным перегаром, который почему-то пах банальным пивом.
— Зыкрой гза…
Сфинкс закрыла глаза, размышляя, есть ли у ангелов половые признаки и как она въедет по этим признакам, если эта пьяная морда попытается ее поцеловать. В следующую секунду Сфинкс услышала визг тормозов и оглушительный грохот. В спину ударила волна воздуха. Еще через секунду наступила тишина. Не открывая глаз, Сфинкс проговорила:
— Прямо в столб?
— Угум…
— Я бы не успела отбежать?
— Не а…
— А чемодан?
— Ка… кайук…
Сфинкс открыла глаза, оглядываться почему-то не хотелось.
— Но ты же только что меня спас, как же ты мог получить диплом?
— А время, видишь ли, не такая простая штука. По крайней мере, для ангелов.
Страница 4 из 5
