Олег никогда не верил в бога, но в момент, когда смерть была неизбежна, в дело вмешался его ангел-хранитель. Цена за спасение — велика, да только за язык Олега никто не тянул. Что из этого получится?
15 мин, 31 сек 25
СТОЛКНОВЕНИЕ БЫЛО СЛИШКОМ БЛИЗКО. МНЕ ПРИШЛОСЬ ВМЕШАТЬСЯ ОТКРЫТО. ТЫ УВИДЕЛ МЕНЯ.
— И теперь я тебя не разувижу.
— ДА.
И тут я вдруг вспомнил.
Аварию в детстве.
Крышу гаража.
Болезнь в институте.
Историю с той аферой на прошлой работе.
Все эти случаи, когда я чудом выкручивался. Когда «повезло». Когда «пронесло».
Я начал перечислять их вслух, сбиваясь, торопясь.
И с каждой новой историей глаза на кольцах моргали всё чаще. Будто узнавали. Будто помнили.
— ПОЧЕМУ ТЫ ДУМАЕШЬ, ЧТО Я НЕ СПАСАЛ ТЕБЯ?
Я замолчал.
— ТЫ ДУМАЕШЬ, ЧТО ВЫЖИЛ СЛУЧАЙНО?
Тишина.
— ТЫ ДУМАЕШЬ, ЧТО ЭТО БЫЛА ТВОЯ УДАЧА?
Я не ответил.
— НЕТ.
И тогда я заплакал. Не от страха, а от внезапного понимания, что вся моя жизнь, все эти нелепые спасения, все невозможные совпадения — это был он. Это существо. Эти вращающиеся кольца. Эти бесконечные глаза. Он всё время стоял рядом. А я ничего не замечал.
— Спасибо, — прошептал я.
— Спасибо тебе. Я… я больше никогда не буду грешить. Клянусь.
И в этот момент все глаза замерли одновременно.
В этом было что-то страшнее самого их движения.
— ТЫ ДАЛ ОБЕЩАНИЕ.
Пауза.
— Я ПОМОГУ.
Свет исчез.
Мир сорвался с места.
Поезд с грохотом пронёсся мимо.
Люди закричали.
Кто-то схватил меня за рукав:
— Мужик, ты как? Ты же чуть под поезд не улетел!
Дома я долго лежал и смотрел в потолок.
«Шок», — убеждал я себя.
«Выброс адреналина. Галлюцинация».
Никакого ангела не было.
Просто мозг пытался защититься.
Через три дня я понял, насколько ошибался.
— Сначала всё выглядело как совпадения.
Я захотел заказать пиццу — жирную, с беконом и двойным сыром. И приложение зависло.
Перезапустил — снова зависло.
Позвонил напрямую — у них заболел курьер.
Заказал в другом месте. Когда доставка наконец приехала, в коробке оказалась постная вегетарианская пицца.
Без сыра и мяса. Я выругался, но потом всё-таки съел её. Оказалось, что весьма неплохо даже.
«Бывает», — подумал я.
На следующий день решил выпить, и для этого купил бутылку виски.
Пробка раскрошилась прямо в горлышке.
Пока я процеживал алкоголь через сито, позвонила мать.
— Олег, приезжай срочно, у меня трубу прорвало!
Я помчался через весь город.
Никакую трубу не прорвало.
Она просто перепутала кран.
Когда я вернулся домой, пить уже не хотелось.
В баре было ещё хуже.
Я поднял стакан — и в помещение вошла полиция.
Проблемы с лицензией.
Всех выгнали на улицу.
Виски остался стоять на стойке.
После этого мне впервые стало по-настоящему не по себе.
Потом была женщина.
Наверное, именно тогда я начал по-настоящему паниковать.
Потому что пицца — ладно.
Виски — ладно.
Но когда реальность начинает ломаться вокруг тебя раз за разом, мозг быстро перестаёт искать рациональные объяснения.
Она была яркая. Очень живая. Из тех людей, рядом с которыми ты внезапно начинаешь чувствовать себя интереснее, смешнее, увереннее.
У неё были короткие тёмные волосы, кольцо в губе и привычка смотреть прямо в глаза так, будто ей вообще плевать, выдержишь ты этот взгляд или нет.
Мы познакомились возле бара. Она сама подошла спросить зажигалку, хотя сигарета у неё уже была прикурена.
Сейчас я думаю, что это был просто повод.
Тогда мне казалось — удача.
Мы танцевали почти час. Она смеялась, прижималась ко мне всем телом, и впервые за последние дни мне стало спокойно.
Я даже подумал, что всё закончилось.
Что ангел отстал.
Какой же я был идиот.
Мы вышли на улицу и поймали такси.
Машина заглохла.
Вторая не приехала.
У третьего водителя кончился бензин.
Девушка посмотрела на меня долгим странным взглядом.
— Слушай… это уже какая-то мистика.
И ушла.
Тогда я всё понял.
Это был он.
Он действительно помогал.
— Дальше стало хуже.
Я попытался накричать на начальника — и внезапно потерял голос.
Попробовал украсть шоколадку в магазине — охранник остановил меня ровно перед выходом.
Решил провести выходной в постели — и весь день кто-то ломился в дверь, звонил, просил помощи, тащил меня куда-то.
К вечеру я сидел на кухне и смотрел в потолок.
— Ты здесь?
Тишина.
— Я знаю, что ты здесь. Покажись.
Свет в комнате потускнел.
Воздух стал тяжёлым.
— И теперь я тебя не разувижу.
— ДА.
И тут я вдруг вспомнил.
Аварию в детстве.
Крышу гаража.
Болезнь в институте.
Историю с той аферой на прошлой работе.
Все эти случаи, когда я чудом выкручивался. Когда «повезло». Когда «пронесло».
Я начал перечислять их вслух, сбиваясь, торопясь.
И с каждой новой историей глаза на кольцах моргали всё чаще. Будто узнавали. Будто помнили.
— ПОЧЕМУ ТЫ ДУМАЕШЬ, ЧТО Я НЕ СПАСАЛ ТЕБЯ?
Я замолчал.
— ТЫ ДУМАЕШЬ, ЧТО ВЫЖИЛ СЛУЧАЙНО?
Тишина.
— ТЫ ДУМАЕШЬ, ЧТО ЭТО БЫЛА ТВОЯ УДАЧА?
Я не ответил.
— НЕТ.
И тогда я заплакал. Не от страха, а от внезапного понимания, что вся моя жизнь, все эти нелепые спасения, все невозможные совпадения — это был он. Это существо. Эти вращающиеся кольца. Эти бесконечные глаза. Он всё время стоял рядом. А я ничего не замечал.
— Спасибо, — прошептал я.
— Спасибо тебе. Я… я больше никогда не буду грешить. Клянусь.
И в этот момент все глаза замерли одновременно.
В этом было что-то страшнее самого их движения.
— ТЫ ДАЛ ОБЕЩАНИЕ.
Пауза.
— Я ПОМОГУ.
Свет исчез.
Мир сорвался с места.
Поезд с грохотом пронёсся мимо.
Люди закричали.
Кто-то схватил меня за рукав:
— Мужик, ты как? Ты же чуть под поезд не улетел!
Дома я долго лежал и смотрел в потолок.
«Шок», — убеждал я себя.
«Выброс адреналина. Галлюцинация».
Никакого ангела не было.
Просто мозг пытался защититься.
Через три дня я понял, насколько ошибался.
— Сначала всё выглядело как совпадения.
Я захотел заказать пиццу — жирную, с беконом и двойным сыром. И приложение зависло.
Перезапустил — снова зависло.
Позвонил напрямую — у них заболел курьер.
Заказал в другом месте. Когда доставка наконец приехала, в коробке оказалась постная вегетарианская пицца.
Без сыра и мяса. Я выругался, но потом всё-таки съел её. Оказалось, что весьма неплохо даже.
«Бывает», — подумал я.
На следующий день решил выпить, и для этого купил бутылку виски.
Пробка раскрошилась прямо в горлышке.
Пока я процеживал алкоголь через сито, позвонила мать.
— Олег, приезжай срочно, у меня трубу прорвало!
Я помчался через весь город.
Никакую трубу не прорвало.
Она просто перепутала кран.
Когда я вернулся домой, пить уже не хотелось.
В баре было ещё хуже.
Я поднял стакан — и в помещение вошла полиция.
Проблемы с лицензией.
Всех выгнали на улицу.
Виски остался стоять на стойке.
После этого мне впервые стало по-настоящему не по себе.
Потом была женщина.
Наверное, именно тогда я начал по-настоящему паниковать.
Потому что пицца — ладно.
Виски — ладно.
Но когда реальность начинает ломаться вокруг тебя раз за разом, мозг быстро перестаёт искать рациональные объяснения.
Она была яркая. Очень живая. Из тех людей, рядом с которыми ты внезапно начинаешь чувствовать себя интереснее, смешнее, увереннее.
У неё были короткие тёмные волосы, кольцо в губе и привычка смотреть прямо в глаза так, будто ей вообще плевать, выдержишь ты этот взгляд или нет.
Мы познакомились возле бара. Она сама подошла спросить зажигалку, хотя сигарета у неё уже была прикурена.
Сейчас я думаю, что это был просто повод.
Тогда мне казалось — удача.
Мы танцевали почти час. Она смеялась, прижималась ко мне всем телом, и впервые за последние дни мне стало спокойно.
Я даже подумал, что всё закончилось.
Что ангел отстал.
Какой же я был идиот.
Мы вышли на улицу и поймали такси.
Машина заглохла.
Вторая не приехала.
У третьего водителя кончился бензин.
Девушка посмотрела на меня долгим странным взглядом.
— Слушай… это уже какая-то мистика.
И ушла.
Тогда я всё понял.
Это был он.
Он действительно помогал.
— Дальше стало хуже.
Я попытался накричать на начальника — и внезапно потерял голос.
Попробовал украсть шоколадку в магазине — охранник остановил меня ровно перед выходом.
Решил провести выходной в постели — и весь день кто-то ломился в дверь, звонил, просил помощи, тащил меня куда-то.
К вечеру я сидел на кухне и смотрел в потолок.
— Ты здесь?
Тишина.
— Я знаю, что ты здесь. Покажись.
Свет в комнате потускнел.
Воздух стал тяжёлым.
Страница 3 из 5
