Остров встречал людей беспощадным ветром. Буря горстями швыряла песок в лобовое стекло, билась в двери и окна, раскачивая машину. Каких-то двадцать или тридцать метров — и мир терялся в сплошном желтоватом облаке.
29 мин, 10 сек 11353
— Я вашу машину испортил, — тихо заговорил Дима. — Она у вас такая же, как и у них. Вот я и подумал, что вы… ну…
— Да я уже понял. Придется теперь новую группу ждать…
Влада оборвал истошный крик Джозефа. Американец вопил, рискуя сорвать голос, умело выражаясь как на родном, так и на русском. Дима побледнел и тут же выскочил в коридор, будто за ним гналась свора бешеных собак. Ученый бросился в спальню. Все равно мальчику отсюда бежать некуда.
Джо сидел на полу рядом со своей койкой, пытаясь разжать челюсти медвежьего капкана, плотно стиснутые на его голени. Из рваной раны торчал край сломанной кости, кровь, пачкая одежду, растекалась по линолеуму.
— Why?! — Джозеф посмотрел на Влада полными слез глазами. — Why did you do this to me? Я хотел в туалет!
— Господи, это не я! — Владислав не мог поверить в то, что видел. — Это Дима! Он два дня здесь прячется, думал, что мы бандиты…
— Shut up! Just, — Джозеф закряхтел от натуги. На пару сантиметров челюсти поддались, но тут же сжались на изуродованной ноге, вырвавшись из пальцев. — Помоги!
Просьба о помощи захлебнулась в вопле боли и отчаяния.
Крик вывел Влада из ступора. Через полминуты он уже стоял в кладовке и ковырялся в ящике с лекарствами, сгребая все, что, по его мнению, могло пригодиться.
Когда он вернулся, Джо уже не кричал, только что-то шептал себе под нос, глядя на «озеро» собственной крови.
— I«ll die, I» ll die, I«ll die… — смог расслышать Влад, когда приблизился к раненому.»
— Эй, не раскисай! — он влепил американцу звонкую пощечину. Взгляд Джозефа прояснился.
— What the…
— Помоги мне, — перебил Владислав. — Когда я раскрою капкан — вытащишь ногу, понял?
Джо неуверенно кивнул.
— Готов? Давай!
Влад навалился на механизм, и железные челюсти разъехались в стороны. Американец взвыл, но все-таки нашел в себе силы отползти, оставляя багровый след за своей изувеченной ступней. Владислав ослабил хватку и отпрянул от механизма. Ржавое «чудовище», подпрыгнув, с лязгом стиснуло зубы.
— Хватайся за меня! — тощая рука вяло обвилась вокруг шеи Влада. — Ну же, крепче держись!
Джозеф оказался легче, чем казалось, так что уложить его на кушетку не составило особых проблем. Владислав смутно представлял, что делать дальше — первая помощь не входила в число его познаний.
— Пей, — он протянул Джо початую бутылку коньяка из загашников Валерия Петровича.
Американец недоуменно посмотрел на коричневую жидкость.
— Пей, сказал!
Джозеф приложился к горлышку, сделал несколько глотков и тут же закашлялся, обрызгав шею и свитер.
— Еще! — рявкнул Влад, закатывая штанину порванных джинсов.
От вида перелома его замутило. Окровавленный обломок кости торчал прямо из ноги, ступню неестественно свернуло вбок. Владислав почувствовал, как комок подбирается к его горлу, пытаясь выбраться наружу, но коньяк снова загнал его в желудок.
Трясущимися руками Влад вылил на рану целый флакон перекиси, туго забинтовал ее, в качестве шины использовав ножку от стула, наложил жгут из обрывка простыни… На этом все его познания заканчивались, оставалось только уповать на экстренную группу.
От боли Джо вырубился еще на перевязке. Что ж, по крайней мере, он все еще дышал. Влад не представлял, чем еще может помочь бедолаге, а потому, раздобыв в тумбочке Дениса пачку «Bond», вышел в коридор.
Руки тряслись, словно у больного Паркинсоном, отчего сигарету удалось подкурить раза с пятого. Одурманенные страхом мысли путались. Где-то на станции остался напуганный до полусмерти мальчик… Влад помнил о нем, знал, что его нужно найти, успокоить. Знал он, что нужно разрядить остальные капканы, чтобы ненароком не попасться самому, да и Димка тоже может влезть в один из них.
Голова, тем не менее, оставалась пуста, словно пыльная ваза. Мигрень, о которой Влад забыл, дала о себе знать с новой силой. А ведь он просто собирался зайти на кухню за водой и поискать какую-нибудь таблетку…
Владислав, опьяненный первой за долгие годы сигаретой, затянулся и уже собирался швырнуть окурок в сторону, как вдруг замер, поперхнувшись табачным дымом.
Там, где коридор уходил вправо, в сторону лаборатории, стоял человек. Влад успел разглядеть только черный силуэт, который, спустя секунду, скрылся за поворотом. Сердце екнуло, но ученый не испугался по-настоящему. Хотелось поскорее покончить со всем этим бредом. Прихватив из спальни карабин, он побежал следом.
Силуэт стоял в самом конце коридора, у запертой двери в комнату наблюдения. Лампы там почему-то не горели, и Влад не смог разглядеть незваного гостя, хотя по комплекции он напоминал…
— Петрович? — неуверенно спросил ученый, на всякий случай прицеливаясь.
Вместо этого наступила кромешная тьма. Перепуганный Владислав вжался в стену, переводя оружие то в одну, то в другую сторону. Посторонний в комплексе — дело одно, но когда он стоит перед тобой, и вдруг вырубается свет — совсем другая история.
— Да я уже понял. Придется теперь новую группу ждать…
Влада оборвал истошный крик Джозефа. Американец вопил, рискуя сорвать голос, умело выражаясь как на родном, так и на русском. Дима побледнел и тут же выскочил в коридор, будто за ним гналась свора бешеных собак. Ученый бросился в спальню. Все равно мальчику отсюда бежать некуда.
Джо сидел на полу рядом со своей койкой, пытаясь разжать челюсти медвежьего капкана, плотно стиснутые на его голени. Из рваной раны торчал край сломанной кости, кровь, пачкая одежду, растекалась по линолеуму.
— Why?! — Джозеф посмотрел на Влада полными слез глазами. — Why did you do this to me? Я хотел в туалет!
— Господи, это не я! — Владислав не мог поверить в то, что видел. — Это Дима! Он два дня здесь прячется, думал, что мы бандиты…
— Shut up! Just, — Джозеф закряхтел от натуги. На пару сантиметров челюсти поддались, но тут же сжались на изуродованной ноге, вырвавшись из пальцев. — Помоги!
Просьба о помощи захлебнулась в вопле боли и отчаяния.
Крик вывел Влада из ступора. Через полминуты он уже стоял в кладовке и ковырялся в ящике с лекарствами, сгребая все, что, по его мнению, могло пригодиться.
Когда он вернулся, Джо уже не кричал, только что-то шептал себе под нос, глядя на «озеро» собственной крови.
— I«ll die, I» ll die, I«ll die… — смог расслышать Влад, когда приблизился к раненому.»
— Эй, не раскисай! — он влепил американцу звонкую пощечину. Взгляд Джозефа прояснился.
— What the…
— Помоги мне, — перебил Владислав. — Когда я раскрою капкан — вытащишь ногу, понял?
Джо неуверенно кивнул.
— Готов? Давай!
Влад навалился на механизм, и железные челюсти разъехались в стороны. Американец взвыл, но все-таки нашел в себе силы отползти, оставляя багровый след за своей изувеченной ступней. Владислав ослабил хватку и отпрянул от механизма. Ржавое «чудовище», подпрыгнув, с лязгом стиснуло зубы.
— Хватайся за меня! — тощая рука вяло обвилась вокруг шеи Влада. — Ну же, крепче держись!
Джозеф оказался легче, чем казалось, так что уложить его на кушетку не составило особых проблем. Владислав смутно представлял, что делать дальше — первая помощь не входила в число его познаний.
— Пей, — он протянул Джо початую бутылку коньяка из загашников Валерия Петровича.
Американец недоуменно посмотрел на коричневую жидкость.
— Пей, сказал!
Джозеф приложился к горлышку, сделал несколько глотков и тут же закашлялся, обрызгав шею и свитер.
— Еще! — рявкнул Влад, закатывая штанину порванных джинсов.
От вида перелома его замутило. Окровавленный обломок кости торчал прямо из ноги, ступню неестественно свернуло вбок. Владислав почувствовал, как комок подбирается к его горлу, пытаясь выбраться наружу, но коньяк снова загнал его в желудок.
Трясущимися руками Влад вылил на рану целый флакон перекиси, туго забинтовал ее, в качестве шины использовав ножку от стула, наложил жгут из обрывка простыни… На этом все его познания заканчивались, оставалось только уповать на экстренную группу.
От боли Джо вырубился еще на перевязке. Что ж, по крайней мере, он все еще дышал. Влад не представлял, чем еще может помочь бедолаге, а потому, раздобыв в тумбочке Дениса пачку «Bond», вышел в коридор.
Руки тряслись, словно у больного Паркинсоном, отчего сигарету удалось подкурить раза с пятого. Одурманенные страхом мысли путались. Где-то на станции остался напуганный до полусмерти мальчик… Влад помнил о нем, знал, что его нужно найти, успокоить. Знал он, что нужно разрядить остальные капканы, чтобы ненароком не попасться самому, да и Димка тоже может влезть в один из них.
Голова, тем не менее, оставалась пуста, словно пыльная ваза. Мигрень, о которой Влад забыл, дала о себе знать с новой силой. А ведь он просто собирался зайти на кухню за водой и поискать какую-нибудь таблетку…
Владислав, опьяненный первой за долгие годы сигаретой, затянулся и уже собирался швырнуть окурок в сторону, как вдруг замер, поперхнувшись табачным дымом.
Там, где коридор уходил вправо, в сторону лаборатории, стоял человек. Влад успел разглядеть только черный силуэт, который, спустя секунду, скрылся за поворотом. Сердце екнуло, но ученый не испугался по-настоящему. Хотелось поскорее покончить со всем этим бредом. Прихватив из спальни карабин, он побежал следом.
Силуэт стоял в самом конце коридора, у запертой двери в комнату наблюдения. Лампы там почему-то не горели, и Влад не смог разглядеть незваного гостя, хотя по комплекции он напоминал…
— Петрович? — неуверенно спросил ученый, на всякий случай прицеливаясь.
Вместо этого наступила кромешная тьма. Перепуганный Владислав вжался в стену, переводя оружие то в одну, то в другую сторону. Посторонний в комплексе — дело одно, но когда он стоит перед тобой, и вдруг вырубается свет — совсем другая история.
Страница 6 из 9
