Арсенал

Женя вернулся в реальность. Ему было очень больно, причем везде, все горело огнем. Его мутило. Окружавшее его стало нереально. Вот едет вереница танков. Останавливается недалеко от его груди, стреляет. Боль пронзает тело мальчика насквозь. Он рукой смахивает их подальше от себя. Вот летят, словно стрекозы, тяжелые бомбардировщики и сбрасывают на него пригоршни бомб. Его тело сотрясается от сотен взрывов. Женя пытается подняться; боль пронизывает руку и по дуге передается к раздробленной стопе. Женя теряет сознание.

Солнце светит в лицо. На небе ни облачка. День обещает быть хорошим. Женя открывает уцелевший глаз и осматривает пространство вокруг себя. Никого. Лишь несколько сломанных танков. Неужели все кончилось? Неужели меня оставили в покое? Пожалели? Женя вспоминает, что в этой игре в плен брать не положено — нет такой функции. Разработчики не предусмотрели такого варианта. Победа — это полное уничтожение. Он сам всегда так побеждал. Они просто исчезли. Вещь перестала работать и все — они исчезли. Женя засмеялся. Жизнь — это не игра и там может быть всякое, и правила можно менять. Он был счастлив, что жизнь гораздо более непредсказуема, чем игра, где может быть миллионы комбинаций, решений и всегда есть шанс.

Что-то, не торопясь, влетело в комнату, ярко блестя на солнце, звуча размеренно и четко. Звук тревожный и величественный. Женя узнал в этом красивом летящем творении, чуде конструкторской мысли, ядерный бомбардировщик, который спускался все ниже и ниже…