Это случилось в пятницу. Я вышел уставший из института и подумал, как же меня задолбала моя работа. Душа снова была пуста, и ее щемило от тоски, как в тот новый год, когда я копил деньги на фигурку Суйсейсеки.
24 мин, 39 сек 2914
Легкий холод пробежал по всей коже. Вокруг меня начало возникать синеватое сияние. Толстенное существо открыло рот, приготовившись принимать оплату за проезд на этом долбанном автобусе. Я покрепче взял девушку за руку и закрыл глаза. Глотка этой бабы не самое приятное зрелище, к тому же с частью души расстаюсь, можно и о вечном подумать.
Я сидел с закрытыми глазами, ощущая холодок окружающего сияния, сжимающую мою ладонь руку девушки, тоже чертовски холодную, жесткое сидение и боль в висках. Остальной мир попросту перестал существовать. Я попытался представить что-нибудь отвлеченное, но никак не получалось. Я продолжал сидеть во тьме, не видя картинок перед глазами.
Душа… А есть ли она у меня вообще? Иногда я чувствую такую пустоту внутри, что всерьез в этом сомневаюсь. Может и хрен бы с ней? Впрочем, наверное разницу я сейчас почувствую на себе. Окружающий холод усилился и я понял, что чудо-кондуктор уже включила режим пылесоса. Гори оно все огнем… Холод прекратился, а вместе с ним и частично стихла головная боль. Наверное, у бездушных людей она вообще не болит. Странно, но после данной процедуры я даже немного осмелел. Хоть к самому дьяволу везите, какая разница-то? Ну да, умер. Зато работодателю месячный отчет можно не писать.
Я открыл глаза. Вокруг по-прежнему галдели паникующие люди. Девушка сидела полу-боком, спиной прижавшись к стеклу, со страхом глядя то на меня, то на кондуктора. Нависшая надо мной гигантская фигура тянулась к девушке. Попятившись от зловещей фигуры, я еще плотнее прижался к девушке.
Неожиданно, девушка отпустила мою руку. Резким движением она прижалась лицом к моей рубашке, крепко обняв меня. Она вся дрожала, а я не знал что мне делать. Так, надо ее обнять. Черт, почему я не могу просто действовать инстинктивно, везде используя логику?
Я обнимаю мертвую девушку, а за спиной у меня стоит чудовищных размеров и форм существо, пытающееся похитить часть ее души. Прелестно… Девушка всхлипывала и тряслась, в то время как вокруг нее также возник все тот же синий огонь, часть которого исчезла в пасти монстра. Огонь погас и кондукторша пошла дальше, но девушку все продолжало трясти.
Кондукторша шла вдоль салона, собирая четвертинки душ, а девушка продолжала плакать, потихоньку успокаиваясь. Я поглаживал ее волосы, и говорил на ухо что-то тихое и несвязное, чтоб ее успокоить. Она подняла заплаканные глаза. «Синий огонь… Вокруг тебя… Так много огня… Было»… Нет, я решительно не понимаю, о чем она говорит. «Что?» «Я так испугалась… Сияние яркое… вокруг тебя.» Она хочет сказать, что пока я сидел с закрытыми глазами, вокруг…«Отойди от МЕНЯ, чудовище!» Кто-то стоял в проходе, но за фигурой кондуктора его было почти не видно. Судя по хрипловатому голосу, он принадлежал мужчине лет 30-40.«Моя душа БЕСЦЕННА, я не отдам ЕЁ никому! Особен… ЧТО ЗА?!» Раздался глухой звук падения. Судя по всему, взгляд водителя парализовал ему ноги, как тогда это сделал со мной, и бедняга повалился на пол.
«Бесценная, значит. Ох-ох-ох. Да чего ты достиг в жизни за свои годы?» Старикан произнес это с такой неописуемой надменностью в голосе, что захотелось спрятаться.«Я — художник, у меня ТАЛАНТ!» «Ты? Да ты из запоя не вылезал последний месяц. Да и прошлые тоже.» «Я сегодня начал НОВУЮ жизнь! Почти начал!» «Пойми, ты — ничтожество, как и все здесь.» В салоне повисла тяжелая пауза.
Всхлипывая, девушка слушала весь этот диалог, разыгранный водителем и страдающим гордыней горе-художником. Последние же слова повергли ее в оцепенение. Тяжелая пауза, нависшая над салоном была прервана громогласной бабищей, которая вернулась к исполнению своих прямых обязанностей по сбору душ.
Кондукторша потерзала художника и его соседа и пошла дальше, оставив их сидящими в страхе, бубня что-то под нос. Сидящие вокруг люди постепенно оживлялись, но девушка все молчала, смотря куда-то сквозь людей. Это меня уже начало беспокоить, когда она вдруг заговорила.
«Как ты считаешь, человеческая жизнь имеет цену?» «В смысле значимость?» «Ну да, значимость, важность»… «Последнее время я сильно в этом сомневаюсь. Почитай хотя бы какого-нибудь Ницше» «То есть ты не жалеешь о смерти?» «Рано или поздно я бы все равно умер. Особых достижений, значимых для человечества в целом я тоже не в состоянии совершить. Так какая в общем разница для истории?» «Но ты же личность! Неужели тебе не страшно, что твоя сущность исчезнет навечно, никогда не повторится?!» «Я — всего лишь человек. И мне совершенно нечем гордиться. Я настолько обычен, что без меня никому не станет хуже» Я хотел было продолжить, но вдруг замолк. И когда я успел стать таким циничным и безразличным даже к самому себе? Ладно, пускай я других людей за унылую биомассу держу, но как давно я перестал считать себя кем-то из нее выделяющимся? Ведь я не был таким.
Я снова закрыл глаза и напрягся. В этот раз меня почти сразу окружило видение.
Я сидел с закрытыми глазами, ощущая холодок окружающего сияния, сжимающую мою ладонь руку девушки, тоже чертовски холодную, жесткое сидение и боль в висках. Остальной мир попросту перестал существовать. Я попытался представить что-нибудь отвлеченное, но никак не получалось. Я продолжал сидеть во тьме, не видя картинок перед глазами.
Душа… А есть ли она у меня вообще? Иногда я чувствую такую пустоту внутри, что всерьез в этом сомневаюсь. Может и хрен бы с ней? Впрочем, наверное разницу я сейчас почувствую на себе. Окружающий холод усилился и я понял, что чудо-кондуктор уже включила режим пылесоса. Гори оно все огнем… Холод прекратился, а вместе с ним и частично стихла головная боль. Наверное, у бездушных людей она вообще не болит. Странно, но после данной процедуры я даже немного осмелел. Хоть к самому дьяволу везите, какая разница-то? Ну да, умер. Зато работодателю месячный отчет можно не писать.
Я открыл глаза. Вокруг по-прежнему галдели паникующие люди. Девушка сидела полу-боком, спиной прижавшись к стеклу, со страхом глядя то на меня, то на кондуктора. Нависшая надо мной гигантская фигура тянулась к девушке. Попятившись от зловещей фигуры, я еще плотнее прижался к девушке.
Неожиданно, девушка отпустила мою руку. Резким движением она прижалась лицом к моей рубашке, крепко обняв меня. Она вся дрожала, а я не знал что мне делать. Так, надо ее обнять. Черт, почему я не могу просто действовать инстинктивно, везде используя логику?
Я обнимаю мертвую девушку, а за спиной у меня стоит чудовищных размеров и форм существо, пытающееся похитить часть ее души. Прелестно… Девушка всхлипывала и тряслась, в то время как вокруг нее также возник все тот же синий огонь, часть которого исчезла в пасти монстра. Огонь погас и кондукторша пошла дальше, но девушку все продолжало трясти.
Кондукторша шла вдоль салона, собирая четвертинки душ, а девушка продолжала плакать, потихоньку успокаиваясь. Я поглаживал ее волосы, и говорил на ухо что-то тихое и несвязное, чтоб ее успокоить. Она подняла заплаканные глаза. «Синий огонь… Вокруг тебя… Так много огня… Было»… Нет, я решительно не понимаю, о чем она говорит. «Что?» «Я так испугалась… Сияние яркое… вокруг тебя.» Она хочет сказать, что пока я сидел с закрытыми глазами, вокруг…«Отойди от МЕНЯ, чудовище!» Кто-то стоял в проходе, но за фигурой кондуктора его было почти не видно. Судя по хрипловатому голосу, он принадлежал мужчине лет 30-40.«Моя душа БЕСЦЕННА, я не отдам ЕЁ никому! Особен… ЧТО ЗА?!» Раздался глухой звук падения. Судя по всему, взгляд водителя парализовал ему ноги, как тогда это сделал со мной, и бедняга повалился на пол.
«Бесценная, значит. Ох-ох-ох. Да чего ты достиг в жизни за свои годы?» Старикан произнес это с такой неописуемой надменностью в голосе, что захотелось спрятаться.«Я — художник, у меня ТАЛАНТ!» «Ты? Да ты из запоя не вылезал последний месяц. Да и прошлые тоже.» «Я сегодня начал НОВУЮ жизнь! Почти начал!» «Пойми, ты — ничтожество, как и все здесь.» В салоне повисла тяжелая пауза.
Всхлипывая, девушка слушала весь этот диалог, разыгранный водителем и страдающим гордыней горе-художником. Последние же слова повергли ее в оцепенение. Тяжелая пауза, нависшая над салоном была прервана громогласной бабищей, которая вернулась к исполнению своих прямых обязанностей по сбору душ.
Кондукторша потерзала художника и его соседа и пошла дальше, оставив их сидящими в страхе, бубня что-то под нос. Сидящие вокруг люди постепенно оживлялись, но девушка все молчала, смотря куда-то сквозь людей. Это меня уже начало беспокоить, когда она вдруг заговорила.
«Как ты считаешь, человеческая жизнь имеет цену?» «В смысле значимость?» «Ну да, значимость, важность»… «Последнее время я сильно в этом сомневаюсь. Почитай хотя бы какого-нибудь Ницше» «То есть ты не жалеешь о смерти?» «Рано или поздно я бы все равно умер. Особых достижений, значимых для человечества в целом я тоже не в состоянии совершить. Так какая в общем разница для истории?» «Но ты же личность! Неужели тебе не страшно, что твоя сущность исчезнет навечно, никогда не повторится?!» «Я — всего лишь человек. И мне совершенно нечем гордиться. Я настолько обычен, что без меня никому не станет хуже» Я хотел было продолжить, но вдруг замолк. И когда я успел стать таким циничным и безразличным даже к самому себе? Ладно, пускай я других людей за унылую биомассу держу, но как давно я перестал считать себя кем-то из нее выделяющимся? Ведь я не был таким.
Я снова закрыл глаза и напрягся. В этот раз меня почти сразу окружило видение.
Страница 5 из 7
