Б — значит башерт

— Почему ты не поднимаешься наверх? Я так долго ждал тебя, — сказал он, подходя к столу и усаживаясь на стул. Это было демонстрацией его намерения остаться тут.

Самозванка ответила безупречным голосом его матери, опираясь ладонями о стойку:

— Ну, я просто хотела что-то съесть. Сделать тебе тоже чего-нибудь, дорогой?

— Нет, спасибо. Ты ешь, я составлю тебе компанию, — Чарльз пытался не выказывать никаких эмоций, но эти нежные слова вместе с нервной улыбкой, которая так подходила смущённому взгляду женщины, почти заставили его прыснуть от смеха. Ситуация была бы нелепой, если бы не была такой тревожной. Какое существо способно так точно скопировать внешний вид и мимику другого человека? Это было по-настоящему невероятно, и Чарльз никогда раньше не видел ничего подобного.

— Мам? — он решил сделать смелую вещь и обратиться к этой фальшивой Шерон неформально, чего настоящая Шерон никогда бы не позволила.

— Что такое, сладкий? — ответила женщина, выжидающе посмотрев на него и поддерживая этот маскарад.

— Я соскучился, — признался Чарльз. И это действительно было так, отчего становилось ещё грустнее. На самом деле, он хотел сказать: «Ты изменилась после его смерти, и я всё жду, что ты вернешься, но также я понял, что этого, возможно, никогда не произойдёт».

Его глаза наполнились непрошеными слезами; глядя на эту самозванку, Чарльз помимо воли вынужден был признать, что хотел бы, чтобы всё это оказалось реальностью.

Как по команде, Шерон подошла и погладила его по голове, растрепав волосы. Её лицо было достаточно расслабленным, и Чарльз, поверхностно исследовав её разум, почувствовал, что она его жалеет. Он замер под её прикосновением и не мог заставить себя отстраниться. Этот момент был лучшей возможностью разоблачить её. Он мог бы узнать, кто она такая, может даже, сделать что-то, что заставило бы её признаться. Но это всё были методы Курта Марко. Чарльз не хотел стать таким же отвратительным человеком, как он.

Помимо этого, кем бы ни было это создание, оно выглядело в точности как женщина, в объятиях которой Чарльз хотел оказаться больше всего на свете. Так что он просто воспользовался этим редким шансом и сжал её протянутую руку.

— Можешь… можешь уложить меня спать после того, как поешь, мам? — попросил он грустным голосом, который прерывался дрожащими вздохами.

Улыбка фальшивой Шерон на мгновение дрогнула. Но затем она кивнула и сжала его руку в ответ:

— Как насчёт того, чтобы уложить тебя прямо сейчас? Ты, наверное, очень устал. Пойдём, Чаки.

Чарльз проигнорировал тот факт, что она знает даже его имя, и просиял одной из своих лучших улыбок. Слез со стула и повел её в сторону большой лестницы, решив по пути вовлечь самозванку в разговор.

— Сегодня было весело, — начал он. — Я провёл большую часть дня в библиотеке, изучал Африканский континент. Я хочу когда-нибудь отправиться туда и помогать местным людям из маленьких деревень. Они не могут позволить себе жить так, как мы тут. Ты знаешь, что в африканских странах так много болезней и эпидемий из-за недостатка ресурсов и безразличия тех, кто у власти?

К этому моменту они уже поднялись до середины лестницы. Фальшивая Шерон, казалось, слушала его вполуха, но она хотя бы пыталась. А это было тем, что ребёнку всегда на самом деле нужно от родителя.

— Я смотрю, ты был занят. Ну, всему своё время, Чарли. Может, когда ты вырастешь, то сможешь исполнить эти мечты.

— Да, смогу, — Чарльз просиял. Эта самозванка могла рассыпаться в притворных сантиментах, но Чарльзу всё равно было приятно слышать их. Так что он продолжил рассказывать: — Я хочу отправиться в такие места, как Африка, и использовать ресурсы нашей семьи, чтобы обеспечить людям лучшую жизнь и, особенно, образование. Я люблю узнавать что-то новое каждый день, мам, и я уверен, что в тех деревнях есть мальчики и девочки, которым это тоже понравилось бы, если бы они умели читать.

Они наконец дошли до его спальни, а когда вошли внутрь, Чарльз взволнованно потянул её за руку. И отпустил только для того, чтобы забраться на кровать и накинуть на себя одеяло. К его слабому, но приятному удивлению, фальшивая Шерон помогла ему укрыться, возможно, просто инстинктивно, потому что это было чем-то очевидным. Кем бы она ни была, Чарльз всё ещё чувствовал в ней доброту, хоть она и колебалась, проявляя её по отношению к незнакомому мальчику.

Прощупав её разум немного глубже, он лучше понял её намерения и успокоился, узнав, что причиной вторжения было лишь то, что самозванка очень сильно хотела есть. Она точно не планировала этот маскарад, чтобы обмануть Чарльза. Просто оказалась застигнута врасплох и теперь вынужденно играла роль. Не задумываясь о причинах, Чарльз лежал в постели среди больших подушек, вместо которых обычно представлял своих родителей, и смотрел в голубые глаза фальшивой Шерон. А она смотрела на него в ответ без презрения и сожалений его настоящей матери.

— Спой мне песню, мам, как обычно.