Эта история не очень страшная, она — о доброй колдунье. Да, бывают и такие. Так вот — о бабе Кате.
Добавить в моё избранное
5 мин, 34 сек 12923
Ночь постоят, и выливаю в ведро с болтушкой«.» А откуда у вас этот дар?«,» Это у меня от матери, а ей ее мать передала. Да и прабабка умела, — пояснила баба Катя.
— У мамы нас две дочки было: я и Анька. Старшая сестра всегда была злой да мстительной, а мне всю жизнь всех жалко. В общем — не козырной я росла. Сестра мне говорила: «Растопша ты! Нюня! Вот мать помрет — мне дар передаст! И я буду, как сыр в масле кататься, а тебя из дома выгоню! Зачем ты мне?» А вышло по-другому. Когда мама стала стареть, то сказала мне:«Теперь ты будешь вместо меня людям помогать. Аньке этим заниматься нельзя, она им одно зло принесет. Только за взрослых не берись. Будешь их жалеть — сама скоро на тот свет отправишься». И дом мне отписала. Только я его Аньке отдала — где ж ей жить? А мы с мужем сами построили вот эту хатку«.» А что — хороший дом, — похвалила я.
— А как это — дар передать?«,» Да никак, — махнула рукой баба Катя.
— Просто отдала мне листочек с молитвой и все. У меня его потом Анька выкрала, да у нее все равно ничего не получилось. А я молитву запомнила, она коротенькая«.»
Кстати, за то время, что мы бывали у бабы Кати, Сонечка уже выбралась из своего манежа и потихоньку ковыляла по двору. Да и ножки ее стали гораздо ровней. Ее глазки просто сияли от счастья. А однажды пришли — ни манежа нет, ни Сонечки. А на том месте стоит штабель ящиков с клубникой, мешки с сахаром и десятилитровые бутыли то ли с вином, то ли с маслом. «Вот, — вздохнула баба Катя, — отец Сонечку забрал. А я уж так к ней прикипела. Выздоровела уже. Видишь, сколько добра навез? А еще — рыбы и икры! Куда мне столько? Хорошо Анька была, пообещала половину забрать. Давай и тебе клубники насыплю».
А после третьего выкатывания и моя дочка выздоровела. Выросла теперь — умница и красавица. Что б с ней было, если б я тогда на остановке бабу Катю не встретила?
— У мамы нас две дочки было: я и Анька. Старшая сестра всегда была злой да мстительной, а мне всю жизнь всех жалко. В общем — не козырной я росла. Сестра мне говорила: «Растопша ты! Нюня! Вот мать помрет — мне дар передаст! И я буду, как сыр в масле кататься, а тебя из дома выгоню! Зачем ты мне?» А вышло по-другому. Когда мама стала стареть, то сказала мне:«Теперь ты будешь вместо меня людям помогать. Аньке этим заниматься нельзя, она им одно зло принесет. Только за взрослых не берись. Будешь их жалеть — сама скоро на тот свет отправишься». И дом мне отписала. Только я его Аньке отдала — где ж ей жить? А мы с мужем сами построили вот эту хатку«.» А что — хороший дом, — похвалила я.
— А как это — дар передать?«,» Да никак, — махнула рукой баба Катя.
— Просто отдала мне листочек с молитвой и все. У меня его потом Анька выкрала, да у нее все равно ничего не получилось. А я молитву запомнила, она коротенькая«.»
Кстати, за то время, что мы бывали у бабы Кати, Сонечка уже выбралась из своего манежа и потихоньку ковыляла по двору. Да и ножки ее стали гораздо ровней. Ее глазки просто сияли от счастья. А однажды пришли — ни манежа нет, ни Сонечки. А на том месте стоит штабель ящиков с клубникой, мешки с сахаром и десятилитровые бутыли то ли с вином, то ли с маслом. «Вот, — вздохнула баба Катя, — отец Сонечку забрал. А я уж так к ней прикипела. Выздоровела уже. Видишь, сколько добра навез? А еще — рыбы и икры! Куда мне столько? Хорошо Анька была, пообещала половину забрать. Давай и тебе клубники насыплю».
А после третьего выкатывания и моя дочка выздоровела. Выросла теперь — умница и красавица. Что б с ней было, если б я тогда на остановке бабу Катю не встретила?
Страница 2 из 2
