До моего рождения мои мама и папа жили в двухкомнатной квартире с мамиными родителями. Естественно, им было тесно. А потом ещё и я родилась.
Добавить в моё избранное
5 мин, 44 сек 765
Более того, мой ребёнок определённо с кем-то играл по ночам. Я просыпалась от того что сын лопочет:«Тяпа, Тяпа…» — тянет куда-то руки, на меня не смотрит, и смеётся. А я так выматывалась с маленьким ребёнком, что даже испугаться сил уже не было.
Вскорости умерли мои бабушка и дедушка, оставив мне в наследство свою квартиру, куда мы с сыном и переехали. А мою прежнюю комнату заняла младшая сестра. Ей тогда было лет 18. И вот звонит она мне через неделю и рассказывает: «Я в твоей комнате спать не могу: кто-то тут бегает, смеётся, лопочет, а утром я просыпаюсь исцарапанная. Причём, началось это ещё неделю назад: вначале утром были исцарапаны ноги, на следующую ночь — живот, потом грудь, потом шея… И вот сегодня я проснулась и полностью исцарапанным лицом!».
Можно было бы, конечно, сказать, что это она сама себя во сне царапала, но есть такая фишка: моя сестра лет до двадцати грызла ногти. Прям до мяса. Ногтей у неё по сути и не было вовсе. А царапины на ней были глубокие.
Потом сестра тоже вышла замуж и переехала к мужу. У них в прошлом году родился сын. Сейчас муж сестры занят стройкой их собственного дома, поэтому сестра с сыном временно вернулась к родителям. На то время, пока идёт отделка их с мужем дома. И всё началось заново: снова по ночам кто-то бегает по комнате, и теперь уже сын сестры, которому год и три месяца, с кем-то играет ночами и смеётся.
Мы тут с сестрой посидели, подумали, и пришли к выводу, что это не домовой. Потому что «их» всегда несколько, и началось это ещё тогда, когда была жива баба Граня. И это с ними, скорее всего, она разговаривала и ругалась. И похоже, что это из-за них глубоко верующая старушка перестала ходить в церковь, и отвернула к стене иконы. Вот только кто это? Ну не черти ж, в самом-то деле?
Вскорости умерли мои бабушка и дедушка, оставив мне в наследство свою квартиру, куда мы с сыном и переехали. А мою прежнюю комнату заняла младшая сестра. Ей тогда было лет 18. И вот звонит она мне через неделю и рассказывает: «Я в твоей комнате спать не могу: кто-то тут бегает, смеётся, лопочет, а утром я просыпаюсь исцарапанная. Причём, началось это ещё неделю назад: вначале утром были исцарапаны ноги, на следующую ночь — живот, потом грудь, потом шея… И вот сегодня я проснулась и полностью исцарапанным лицом!».
Можно было бы, конечно, сказать, что это она сама себя во сне царапала, но есть такая фишка: моя сестра лет до двадцати грызла ногти. Прям до мяса. Ногтей у неё по сути и не было вовсе. А царапины на ней были глубокие.
Потом сестра тоже вышла замуж и переехала к мужу. У них в прошлом году родился сын. Сейчас муж сестры занят стройкой их собственного дома, поэтому сестра с сыном временно вернулась к родителям. На то время, пока идёт отделка их с мужем дома. И всё началось заново: снова по ночам кто-то бегает по комнате, и теперь уже сын сестры, которому год и три месяца, с кем-то играет ночами и смеётся.
Мы тут с сестрой посидели, подумали, и пришли к выводу, что это не домовой. Потому что «их» всегда несколько, и началось это ещё тогда, когда была жива баба Граня. И это с ними, скорее всего, она разговаривала и ругалась. И похоже, что это из-за них глубоко верующая старушка перестала ходить в церковь, и отвернула к стене иконы. Вот только кто это? Ну не черти ж, в самом-то деле?
Страница 2 из 2
