Багровое лезвие: Отродье зла

Миг и зубы Джеффа сомкнулись на носу мужчины, сжимая его до хруста. Он тщательно прогрызал нос, стараясь не упустить ни капли крови, но конечно у него это плохо выходило. Жертва билась в конвульсиях от боли под коленом Джеффа, аппетитно чавкающим от удовольствия. Сдавленный крик сошел на нет, а жертва затихла и успокоилась, перестав дергаться. Убийца запрокинул голову назад и проглотил остатки, вытирая подбородок рукавом кофты, которую планировал разорвать и сменить на более подходящую. Но тут он вспомнил про второго мужчину. Он поспешил вернуться к его телу чтоб удостовериться в смерти незваного гостя, и какова была его радость, когда он увидел его еле живого. Джефф подпрыгнул несколько раз на одной ноге, смеясь в потолок, и уверенным движением опустил ногу на ручку ножа, торчащего из шеи мужчины, вдавливая тот до поверхности пола.

— О даа, детки, папочка вернулся!

Дом Хэммингов никогда не отличался гостеприимством, но даже к такой реакции Блэйз готова не была. Отец Евы моментально поднялся с дивана, стоило девушке с ребенком ступить на порог. Питер направил на нее дуло пистолета, намереваясь наконец положить конец доминированию убийц. Блэйз толкнула Дэмиена за дверь и выронила сумку, готовясь запустить в отца Евы ножом. Конечно исход был ясен, какой бы ловкой девушка не была, но она оставалась девушкой, при том беременной, да и пистолет с пулей был куда более скоростной, чем ножи. Выстрел и новая картина упала со стены, едва не задев девушку. Ева облегченно выдохнула и отпустила руку отца.

— Отец, это я ее позвала!

Блэйз приняла подругу в свои объятия, скрепляя руки за ее спиной. Ева уткнулась носом в темные волосы девушки и вдохнула аромат хвои, исходящей от нее.

— Я бы спросила, почему ты такая круглая, да догадываюсь. ― шатенка отпрянула от Блэйз и посмотрела на выпуклый живот подруги, решив не высказывать свое мнение, на которое убийце явно было параллельно.

Блэйз стояла в комнате Бони и осматривала ту, словно сканируя. Ее не волновали бывшие родители, застрявшие в дверном проеме, и сверлящие взглядом спину девушки, не волновала полиция, нацелившая на нее оружие прямо из окна. Да, здесь своя атмосфера. Пока Ева целовала и приветствовала Дэмиена, Блэйз перешла к действиям. Она подошла к окну и пальцем сдвинула пистолет полицейского наружу, открывая и закрывая окно.

— Окно не разбито, замок не взломан. Видимо, это потому что его нет вообще, тупая твоя бошка! — данное замечание было адресовано Стивену, вновь напрягшемуся от очередных обвинений. И эти люди собираются вновь плодиться?

Блэйз со злостью придавила палец полицейского оконной рамой. Она прошлась по комнате, смотря в пол. Следы от мужских ботинок вели прямо до кровати и обратно до окна, этот отпечаток Блэйз прочно закрепила в памяти и посмотрела на Аманду, молчавшую все это время.

— Твою дочь украли из кровати, а ты беспокоишься за свою жизнь? Ты не меняешься! Люди вообще не меняются! Кто из вас хоть пальцем шевельнул, когда я пропала? Он приходил сюда конкретно за Бонитой, следы лишь до ее кровати, так что это не простой прохожий или вор, он прежде видел Бони!

— Твой побег был осознанным, и не стоит забываться в моем доме, полиция сама разберется во всем! — Стивен вытолкал жену из комнаты, не желая ее участия в разговоре с беглянкой.

— Обычно родителей это мало волнует! А насчет полиции… сомневаюсь. ― она скептически посмотрела на полицейского, дующего на ушибленный палец за окном.

Она хотела сказать что-то еще, но желания разжевывать столь очевидные вещи взрослым людям не возникло. Блэйз вновь повернулась к приемному отцу спиной и подошла к комоду, стоявшему у окна. Она открыла верхний ящик и замерла, чувствуя подступающие слезы. Запах сестры, исходящий от вещей, наполнил ее легкие детским родным ароматом, словно сплетаясь в тяжелый ком, давящий на Блэйз изнутри. Блэйз оперлась рукой на комод и чуть согнулась, запустив руку в вещи. Она пошарила между ними, не понимая для чего, хотя чувствовала необходимость в этом. Ее рука коснулась чего-то острого и твердого. Блэйз достала из вещей стеклянную рамку с фотографией. Теперь эмоции и слезы стали необходимостью, иначе девушку бы разорвало изнутри. Она прикрыла рот рукой и зажмурилась, медленно и прерывисто вздыхая. Это была та самая вещь, на которую смотрела Бони в день, когда Ева провожала ее, это было фото Бони и Блэйз перед приездом в этот чертов город, в котором все для них пошло к чертям собачьим. Блэйз не любила это фото никогда, ведь она на нем слишком широко улыбнулась на камеру, но сейчас это фото показало девушке, насколько она была глупой и не ценила то время. Девушка открыла глаза и осмотрела два довольных лица на снимке. Бони хранила его все эти годы как память о единственном человека, которому не было на нее плевать, и который сбежал. Чувство вины давило на старшую сестру, но она не могла позволить себе вернуться и подвергнуть малышку опасности. Хотя сам ее поступок грозился смертью каждому встречному.