Бальдр

Миф о смерти Бальдра является своеобразным введением к скандинавскому эсхатологическому циклу — смерть его служит как бы предвестием гибели богов и всего мира (см. Рагнарёк). В обновлённом мире, который возникнет после гибели старого, вернувшийся к жизни Б. примиряется со своим убийцей Хёдом, тоже ожившим («Прорицание вёльвы»). Своеобразный отголосок мифа о Бальдре в форме героического сказания имеется в «Деяниях датчан» Саксона Грамматика. У него Б. (Balderus) — полубог. Увидев во время купания Нанну — сводную сестру Хёда (Hotherus), Б. влюбляется в неё. Хёд сам любит Нанну и женится на ней, но Бальдр преследует его. Чтобы убить Б., Хёд достаёт меч Мимминг и, по совету лесной девы, чудесную пищу из змеиного яда и пояс, дающий победу. Хёд смертельно ранит Бальдра., его хоронят в холме. Предсказатель финн пророчит Одину, что за Бальдра отмстит сын богини Ринд, которого она родит от Одина, пророчество сбывается. Учёные-мифологи 19 в. видели в Бальдре солнечного бога, борющегося с тьмой. Немецкие филологи Г. Неккель, Ф. Р. Шредер, Г. Хемпель и некоторые другие находили в мифе о Бальдре точки соприкосновения со скандинавскими ваническими культами плодородия (см. Ваны) и косвенное воздействие восточных мистериальных культов «умирающего и воскресающего» бога растительности (Таммуза, Диониса, Адониса и особенно Аттиса), а норвежец С. Бугге — варварское отражение мифа о Христе. В соответствии с теорией Дж. Фрейзера о царе-маге, периодически умерщвляемом или выставляющем вместо себя жертву-заместителя (ритуал обновления королевской власти), Б. X. Кауфман, а позднее О. Хёфлер видели в Бальдре королевскую жертву, Хёфлер аналогичную Бальдру жертву видел и в образе Хельги. Голландский германист Ян де Фрис (связывавший Бальдра, как и названные выше авторы, с мифологией Одина) видел здесь миф о появлении смерти как первого жертвоприношения и отражение возникновения обычая сжигания трупов, а также известное отражение воинских инициации.

Хёда он считает ипостасью Одина, а убийство Бальдра — жертвоприношением Одину. В новейшее время ритуальный характер драмы Бальдр аргументировали французский мифолог Ж. Дюмезиль и шведский филолог Ф. Стрём, в то время как шведская исследовательница А. Б. Рут рассматривает миф о Бальдре как конгломерат различных мотивов, сложившийся частично под влиянием ирландской традиции, знающей мотивы слепого убийцы, гибельного оружия из магического растения, несчастного выстрела (убийство Лугом своего деда Балора и др… Вслед за немецким учёным фон дер Лайеном и финским филологом К. Кроном Рут допускает также воздействие еврейской талмудической легенды о кочерыжке (Иисуса не могут повесить, т. к. он заговорил все деревья, Иуда указывает на огромный капустный стебель).Нельзя полностью исключить связи мифа о Бальдре с культами плодородия и древневосточными мифами, а тем более христианских влияний. Однако, в отличие от ванов, Бальдр несомненно относится к мифологии Одина. В своей основе миф о Бальдре скорее всего представляет собой миф о первой смерти, осложнённый мотивами воинских инициаций (характерны имена: Baldr — господин, боец, мужественный). Возможно, что Хёд — «убийца рукой»(handbani) Бальдра — ипостась самого Одина, в известном смысле и Локи — его«убийца советом»(raibani) также является«двойником» Одина. Весьма существенное отличие истории Б. от других сюжетов скандинавской мифологии, получивших повествовательную разработку, заключается в том, что здесь изображается не борьба с внешними силами, а драматическая коллизия внутри общины асов. Это связано и с культовыми корнями сказания о Бальдре, и с тем, что оно включилось в традицию скандинавского мифологического эпоса на более позднем, чем другие сюжеты, этапе.